Чтение онлайн

— Что это? — прохрипела я, задыхаясь, стараясь напомнить себе, что это всего лишь сон. Скоро я проснусь, и всё станет лучше. — Хорошие девочки принимают свои лекарства. Или у них появляются вздутые животики, — прошипел монстр, засовывая маленькую таблетку мне в глотку. — Ты же не хочешь вздутый животик, правда?

Я покачала головой.

— Ты будешь принимать одну такую таблетку каждую ночь, — продолжал он угрожающе. — Я прослежу за этим.

— Я не хочу, — всхлипывала я, ненавидя ощущение, как таблетка скользит по горлу. — Пожалуйста, не заставляй меня принимать ещё лекарства.

ДВЕ НЕДЕЛИ ДЛЯ МНОГИХ

Хьюи

17 января 1997 года

С момента, как Лиз начала учиться в первом классе в сентябре, она ездила домой со мной на школьном автобусе в три часа дня. Однако прошло уже две недели с тех пор, как мы вернулись после рождественских каникул, а Лиззи так и не появилась.

Я знал, что это значит.

Она снова заболела.

После нескольких дней уговоров мама наконец согласилась позвонить маме Лиззи. Проведя полчаса на телефоне с Кэтрин, мама вернулась ко мне в комнату и заверила, что Лиззи не попала в больницу, а просто лежит дома с гриппом.

Может, так и было, но мне это всё не нравилось. И терпение у меня уже заканчивалось.

К тому времени как мама ушла на работу в субботу утром, я достиг предела. Пробраться на кухню, когда Кива присматривает за нами, было делом лёгким — она всё своё время проводила, целуясь с этим кретином.

К счастью, она редко приводила его в дом, предпочитая зависать с ним в саду.

Набрав номер, который я выучил наизусть в семь лет, я поднёс трубку к уху и стал слушать пронзительные гудки.

— Алло? — раздался знакомый голос.

— Привет, Майк, это я, — ответил я, стараясь говорить спокойно. — Можно Лиззи к телефону?

— Элизабет всё ещё нездоровится, Хью, — дружелюбно отозвался её отец. Майк меня очень любил, и хоть я не отвечал ему взаимностью, всегда старался быть вежливым. — Она наверху, отдыхает.

— Да, я знаю, что она болеет, — сказал я, с трудом сдерживая эмоции, хотя мне хотелось заорать: «дай мне с ней поговорить, чёрт подери!» — Но это очень важно. Я не стал бы тебя беспокоить просто так, Майк.

— Подожди, сынок, — сдался он быстрее, чем я ожидал. — Сейчас посмотрю, сможет ли она поговорить.

— Спасибо, Майк.

Прошло несколько мучительно долгих минут, прежде чем Лиззи взяла трубку.

— Алло?

— Лиз… — Я крепче сжал трубку, прислонился к стене и выдохнул с облегчением. — Это я.

Ответ занял у неё дольше обычного.

— Хью?

— Да, Лиз, это я.

— Привет.

— Как ты? — спросил я, пока сердце бешено колотилось в груди. — Говорят, у тебя грипп?

— Грипп? — она помолчала, затем пробормотала: — А, да… — Ты не очень-то здорово звучишь, Лиз.

— Я в порядке… просто… устала. — Прошло ещё несколько секунд, прежде чем она добавила: — Мне нужно идти, Хью.

— Лиз, подожди…

Тишина. Линия оборвалась.

— Блин! — Я с грохотом швырнул трубку на рычаг, поднял её и снова со злостью шлёпнул на место. И так ещё три раза. — Чёрт побери! — Эй! — Кива появилась в дверях кухни. — Телефон тебе что плохого сделал?

— С твоей сестрой всё в порядке? — Я спросил прямо. А точнее — потребовал. — Я знаю о ней всё, Кива, так что подумай, прежде чем мне врать.

— Раз ты всё знаешь о Лиз, зачем тогда спрашиваешь?

Я прищурился.

— У неё нет никакого гриппа, да?

— Нет, грипп есть, — ответила она. — Настоящий грипп. Но у неё ещё и приступ опять.

— Понятно… — У меня всё сжалось внутри. — Сильный? — Нет, не как раньше, — тихо ответила она. — Ей лекарства поменяли, теперь она как овощ. Постоянно выключается. — Она пожала плечами и попыталась улыбнуться. — Но она вернётся. Лиззи как бумеранг. Всегда возвращается к себе.

А если нет?

Я хотел знать больше о её болезни, но никто не объяснял мне толком, да и Лиззи, похоже, сама мало что понимала.

Я солгал, уже составляя в уме план.

— Я к Гибси на пару часов.

— Эм, алло? — Кива указала наверх. — Гибси сейчас с Клэр в комнате.

Чёрт.

— Тогда к Робби.

— Я для тебя выгляжу как полная дура, Хью Биггс? — строго посмотрела она. — Куда на самом деле собрался?

— К Робби, — упрямо повторил я и направился к гаражу. — Честное слово.

— Хм… — Она пошла за мной, настороженная. — А мама разрешила?

Ну, она не запрещала. Этим я и собирался воспользоваться. — Ага. — Выкатив велосипед, я сел на него и поехал к дороге. — Увидимся позже.

— Будь осторожен на дорогах, Хью! — крикнула она мне вслед. Я мчался по городу, как бешеный, петляя по тротуарам, пока они не сменились просёлочными дорогами.

Меня не пугали ни проносящиеся мимо машины, ни риск заблудиться. Я уверенно держался в седле и обладал отличной памятью. Я найду дорогу к ней. Несмотря ни на что.

***

Спустя сорок пять минут, проехав мимо указателя на Робин-Хиллроуд, я почувствовал гордость: я нашёл дорогу сам. А когда через пару минут подъехал к воротам Олд-Холл-хауса, он выглядел столь же внушительно, как я помнил.

Рядом с основными воротами был пешеходный вход, который их семья никогда не запирала. Я проскользнул туда и по гравийной дорожке покатил к дому.

Когда я подъехал к двору, Майк как раз выходил из дома.

— Хью? — удивлённо поднял брови он. — Не знал, что ты приедешь, парень.

— Ага, — только и ответил я, слезая с велосипеда. — Я сразу наверх, если не против?

— Как хочешь, — пожал он плечами и направился к конюшням. — Элизабет в своей комнате.

Я сам открыл дверь и пошёл прямиком к широкой лестнице. Сердце билось всё сильнее. Подойдя к её двери, я вошёл, не постучав. — Лиз? — Она лежала свернувшись калачиком на кровати. Я почувствовал, как у меня треснуло что-то внутри. Я подошёл и сел на край матраса. — Лиз, ты не спишь?

Молчание.

— Эй… — Я дотронулся до её руки, стараясь быть как можно нежнее.

— Это я.

Но как только я её коснулся, она взбесилась — заколотила руками, задергала ногами, как будто отбивалась за свою жизнь. И всё это — в полной тишине.

— Господи! — Я отпрянул, подняв руки. — Лиззи, это я, Хью!

Услышав моё имя, она замерла.

— Хью?

— Да, Лиз, это я, — я стоял у её кровати, не зная, стоит ли подойти. — Повернись ко мне.

С трудом, но она перевернулась. И когда её взгляд встретился с моим, мне стало не по себе. Её глаза… они были не голубые. Почти чёрные. — Прости, — прошептала она, подложив руки под щеку. — Мне казалось, я всё ещё во сне.