Чтение онлайн

– Я помню, что видел заголовки газет… он сидел в камере смертников в Техасе за убийство своих детей, но затем его приговор был отменен. Это был ты?

Зейн кивнул.

– В начале своей карьеры я защищал его брата по обвинению в торговле наркотиками. Он умолял меня встретиться с Феррера в Техасе и выслушать его историю. Я был настроен скептически, но терять было нечего, поскольку его брат оплатил мне поездку и расходы. Когда я увидел доказательства, которые прокурор использовал против него, то понял, что его адвокаты облажались. Но вытащить невиновного человека из тюрьмы, а тем более из камеры смертников, практически невозможно. Мне потребовалось почти три года, чтобы найти доказательства, что он этого не делал.

– У него было алиби, верно?

– Да, но он не смог доказать его на своем первом судебном процессе. Мне удалось найти запись с камер наблюдения, на которой видно, что он находился на заправочной станции, расположенной почти в трехстах милях от места совершения преступления. Копы, наконец, выяснили, что это был бойфренд бывшей жены, после того как обвинительный приговор Феррера был отменен.

Зейн начал потирать руки.

– Как бы то ни было, я начал встречаться с Блейком примерно в то же время, когда готовил официальную апелляцию Феррера. Чем больше времени я уделял этому делу, тем меньше времени проводил с ним. Он обвинил меня в том, что я больше забочусь о своей карьере, чем о нем. Пару раз я пытался порвать с ним, но он всегда умолял меня не бросать его. Он сказал, что любит меня так сильно, что не вынесет разлуки со мной. На самом деле мне не нравились эти отношения, поэтому я просто начал игнорировать его звонки и сообщения. Но чем больше я пытался отстраниться, тем в большее отчаяние он впадал. Он стал угрожать, что причинит себе вред, но как только я заходил проведать его, он отмахивался от всего этого и просил меня остаться с ним. Через некоторое время я перестал реагировать на все, включая угрозы.

Зейн взглянул на розы.

– Однажды он сказал мне, что они его любимые, и я попросил свою помощницу прислать ему две дюжины в день рождения, так как мне нужно было работать. В тот вечер он звонил мне несколько раз, но я так и не прослушал его сообщения и не перезвонил ему. Я нашел его в своей ванной, когда вернулся домой. Я даже не заметил, что он взял один из моих запасных ключей.

– Кто их присылает?
– Спросил Коннор, глядя на красивые цветы.

– Его родители. Каждый месяц десятого числа. В день его смерти. Офис коронера сделал снимок в рамках расследования, так что, полагаю, откуда они его взяли.

– Они винят тебя, - сумел выдавить из себя Коннор, когда ужас того, что пришлось пережить Зейну, стал очевиден.

– Они должны.

Слова Зейна отвлекли Коннора от его мыслей.

– В том, что он сделал, не было твоей вины.

Вместо ответа Зейн достал свой телефон и нажал на экран. Как только раздался голос, Зейн положил телефон на стол.

– Зейн, ты мне так нужен. Я сделал кое-что... кое-что глупое. Я принял несколько таблеток… Прости.

Коннор услышал звук льющейся воды, и собеседник заплакал.

– Я отдал тебе все, Зейн. Почему ты не с мог полюбить меня хотя бы немного?

На этом реплика оборвалась, и Коннор, подняв глаза, увидел, что Зейн прислонился к стене.

– Коронер обнаружил в его желудке месячную дозу снотворного - они считают, что он потерял сознание через несколько минут после того, как позвонил мне, но не раньше, чем порезался бритвой. Если бы я ответил на звонок или хотя бы прослушал сообщение вовремя...

– Ты никак не мог знать, - сказал Коннор, вставая. Он был рад, что у него хватило ума надеть протез, потому что Зейн немедленно отодвинулся, когда Коннор потянулся к нему.
– Так вот почему ты хотел, чтобы между нами был только секс?

Зейн кивнул, а Коннор недоверчиво покачал головой.

– Неужели ты думал, что я из тех людей, которые способны на то, что сделал он?

– Нет, - быстро и твердо ответил Зейн.
– Но я не был уверен, что ты сможешь сдержать свои эмоции. Я не хотел ранить тебя так, как ранил его, - признался Зейн, взглянув на перевернутую фотографию.

– Ты поэтому выбрал Деклана?

Стыд промелькнул на лице Зейна, и он опустил взгляд в пол.

– Он был так глубоко заперт в шкафу, что я знал, мне не придется беспокоиться о том, что он захочет чего-то большего, чем физические отношения. Я воспользовался этим... использовал его. Думаю, мы использовали друг друга. – Зейн, наконец, поднял глаза и прошептал: - Я никогда не целовал его, Коннор. Мы никогда не прикасались друг к другу так, как мы с тобой.

Напоминание о том, что Зейн и Деклан были вместе, обожгло желудок Коннора, как кислота, но он поверил тому, что сказал ему Зейн.

– Я люблю тебя, Зейн, - сказал Коннор, глядя на цветы.
– Это, - он указал на фотографию на столе, - ничего не изменит. То, что было у вас с Декланом, этого не изменит. Твоя работа этого не изменит. И ты прав, я не смогу сдержать своих эмоций.
– У Коннора защемило в груди, пока он выдавливал из себя следующие слова.
– И если ты захочешь уйти, я буду в порядке...

Зейн прерывисто вздохнул, прежде чем он смог закончить предложение. Он издал судорожный стон, когда Зейн подтолкнул его назад, пока он не врезался в холодильник.

– Я не хочу уходить, - выдавил из себя Зейн.
– Я так сильно люблю тебя, Коннор.
– Зейн снова крепко поцеловал его, прежде чем пробормотать: - Лучшим днем в моей жизни был тот, когда ты вошел в мой офис и потребовал счет Джаггера. Я уже тогда знал, что ты изменишь для меня все.

Коннор был настолько ошеломлен словами Зейна, что не смог ничего сделать, кроме как обнять его за шею и уткнуться лицом в плечо. Зейн, должно быть, почувствовал его внутреннюю борьбу, потому что просто прижал его к своей груди и погладил ладонями Коннора по спине.

Это прикосновение одновременно успокоило и воспламенило его. Он повернул голову и нашел губы Зейна. Поцелуй начался сладко и нежно, но быстро превратился в обжигающий, чувственный поединок языков. Руки, лежавшие на спине Коннора, переместились ему на задницу, притягивая к члену Зейна. Но даже этого было недостаточно, потому что Зейн оторвался от губ Коннора и опустился на колени. Его брюки и трусы даже не дошли ему до лодыжек, так как Зейн, казалось, был слишком нетерпелив, чтобы что-то делать, кроме как ослабить их настолько, чтобы обхватить ртом член Коннора.

Коннор схватил Зейна за волосы, когда тот заглотил его, а затем толкнулся вперед бедрами. Но было ясно, что Зейн хотел контролировать ситуацию, потому что жесткие пальцы впились в бедра Коннора, ограничивая любые движения, в то время как язык и рот Зейна мучили его медленными, восхитительными движениями, теребя и облизывая. Коннор умудрился опустить взгляд, чтобы посмотреть, что Зейн делает с ним, но когда Зейн поднял на него свои светящиеся глаза, Коннор потерял самообладание и кончил жестко и быстро. С каждым толчком освобождения, Зейн заглатывал его все глубже, и к тому времени, когда тело Коннора выплеснуло все до последней капли, единственное, что удерживало его на ногах, это руки Зейна на бедрах.