Чтение онлайн

— Зои. — Я снова подпрыгиваю, когда из ниоткуда появляется Тагиз.

— Боже, предупреждай о приходе, — бормочу я, всё ещё глядя вслед Чарли и Айви, зависть впивается когтями в моё сердце.

— Это могли быть мы, — говорит он, следя за моим взглядом.

Я открываю рот, не зная, что именно сказать, и Тагиз зарывается рукой в мои волосы.

Его поцелуй собственнический. Он явно метит свою территорию на всеобщем обозрении. Я хмурюсь, собираясь поделиться с ним своими мыслями, но его губы нежны, лаская мои, и я смягчаюсь в его объятиях.

Он отстраняется.

— Я даю тебе личное пространство, маленькая целительница. Но скоро я устану позволять тебе убегать от меня. Скоро я заставлю тебя выслушать то, что я хочу сказать.

Я прищуриваюсь, глядя на него, всё еще желая узнать, как он ускользнул из лагеря, без моего ведома, и куда, чёрт возьми, он летал с Драгиксом.

Но он поворачивается и уходит.

Глава 17

Тагиз

Раннее утро, солнце едва взошло на небе. Ветер прохладный, солнце тёплое, а кровь моя горячая.

Зои тренируется с Кронизом. Я не знаю, как это произошло, но я подозреваю, что это Хьюекс виноват. Я слышал, как она умоляла его научить её драться, и мои руки сжимались от того факта, что она никогда не просила об этом меня.

Почему она не спросила у меня? Она думает, что я считаю её слабой. Я действительно думал, что она слабее, чем браксианская самка, но за последние дни Зои доказала, что я заблуждаюсь.

Крониз говорит что-то, что рассмешило её, протягивая ей один из тренировочных мечей.

Она откидывает голову назад, обнажая гладкую бледную кожу на шее, и мое веко дёргается.

Он улыбается ей, и я скрежещу зубами.

Он жестом предлагает ей придвинуться к нему поближе, и моя рука тянется к мечу.

Моя рука сжимает рукоять меча, когда Крониз подходит ещё ближе к Зои, показывая ей, как увернуться, когда он размахивает своим тренировочным мечом. Это я должен учить её защищаться. Я встану между ней и любым, кто посмеет причинить ей боль до конца наших жизней.

Мне хочется зарычать от ярости, когда я смотрю за их тренировкой.

Хьюекс должен мне всё объяснить. Он знает, как я отношусь к маленькой целительнице.

Я должен уйти, прежде чем сделаю что-то, о чём пожалею, и в ярости бросаюсь к кради целителей.

Хьюекс проснулся, хотя его глаза сонные.

— Ты назначил Крониза ответственным за боевую подготовку Зои? — рычу я.

Он пожимает плечами, морщась от этого движения, и вид его боли сдерживает мою ярость. Едва-едва.

— Он был должен мне услугу.

Я скалю на него зубы, и он мягко смотрит на меня в ответ.

— Насколько я слышал, ты скоро станешь спаренным самцом, — говорит он. — Зои тренировалась с Кронизом уже много раз, каждое утро. Ты просто был не в курсе.

— Мы почти братья. И ты предаёшь меня вот так?

Он закатывает глаза — я никогда не видел, чтобы он делал это раньше, — и становится ясно, что он много проводил времени с Зои. От этой мысли у меня затряслись руки.

— Ты должен привыкнуть к мысли о ней с другими самцами. Хотя вряд ли тебе придётся это увидеть лично.

Я не стал его исправлять. Я ещё не рассказал ему, что дал понять отцу, что не стану спариваться с Малис.

— Что ты имеешь в виду?

Он хмуро смотрит на потолок кради.

— Я слышал, как Мони разговаривала с одним из других целителей. Зои обучает одну из младших самок, чтобы она заняла здесь её место. — Он обводит вокруг себя кради целителей. — Она решила, что когда корабль починят, она покинет Агрон.

Моё сердце заколотилось в груди, и мои кулаки сжались, от их пустоты, когда они должны держать мою целительницу.

— О чём ты говоришь?

Подходит Мони с чашкой в руке.

— Хватит, — шепчет она. — Хьюекс должен отдохнуть, если хочешь, чтобы он вылечился.

Его глаза уже закрываются, и я едва сдерживаю желание встряхнуть его и потребовать, чтобы он рассказал мне больше.

Я чувствую, словно парю над своим телом, когда выскальзываю из кради целителей.

И чуть не врезался в мою мать.

Мой рот открывается, когда я протягиваю руку, чтобы поддержать её. Она моргает, глядя на меня.

— Я думала, ты можешь оказаться здесь, — бормочет она. — Я искала тебя.

— Ты здесь, чтобы официально отречься от меня? — мой голос хриплый, и я хотел бы взять свои слова обратно, когда она вздрагивает.

— Я… я понимаю, почему ты так думаешь, Тагиз. Но нет. Я бы хотела поговорить с тобой.

Часть меня хочет отказать ей.

— Отец послал тебя, чтобы убедить меня передумать насчет спаривания с Малис?

— Нет. Он не знает, что я здесь. — Я хмурюсь при этом, и она одаривает меня тонкой, обнадёживающей улыбкой. — Пожалуйста, Тагиз.

Я оглядываюсь, замечая любопытные взгляды, наблюдавшие за нами. Я не хочу везти её в свой кради, так как он слишком близко к кради моих родителей. Кроме того, он полон воспоминаний о Зои. Воспоминаниями, которыми я не хочу делиться с мамой.

Если я вообще могу называть её мамой.

Её руки дрожат, и я вздыхаю.

— Я знаю тихое место.

Я отвожу её к ручью, к моему любимому месту, где мы с Зоей были вместе. Мне кажется, что с того дня прошли годы, и я хмуро смотрю на воду, прежде чем жестом предложить маме сесть на большой плоский камень.

Её глаза становятся мечтательными, когда она смотрит в воду, и на мгновение единственные звуки исходят от ветра, свистящего в деревьях, и воды, журчащей по гладким камням.

— Чего ты хочешь, матушка?

Она поворачивает голову, и я напрягаюсь, когда увидел её глаза блестевшие от слез.

— Я должна была быть для тебя лучшей матерью, — бормочет она.

Я хмурюсь.

— Что ты имеешь в виду?

— Я потерпела неудачу как мать. Моя работа заключалась в том, чтобы защитить тебя, чтобы ты чувствовал себя в безопасности. Вместо этого я заставила тебя почувствовать, что ты должен заслужить нашу любовь.

— Отец ясно дал понять, какие у меня задачи, когда сказал, что возьмёт меня как своего.