Чтение онлайн

Игнорируя вскочившую девушку, новый председатель буквально вламывается в кабинет Царева. Мы за ним.

– Какого… что Вас привело? – вскидывается Царев, а потом замечает меня и его раздраженную физиономию искривляет злоба и презрение. – Что делает здесь эта… особа? По какому праву вы все ворвались?

– Послушаем, что скажет наша гостья, - с превосходством повернулся спиной к Цареву Никита Сергеевич.

– Здравствуйте, - прищурилась я, изображая вежливую улыбку, но не скрывая того, что полностью разделяю и возвращаю презрение, которое испытывает ко мне Царев.
– У меня есть к Вам деловое предложение. Возможно, Вы слышали, что Следины изобрели лекарство от рака? HSP 60.

– Услышал вчера, - сухо подтвердил он, напрягаясь. Я же воодушевилась.

– Это мои бабушка с дедушкой, - с искренней гордостью улыбнулась я, наблюдая, как мрачнеет еще больше Царев. – Об этом Вы не знали?

– Утром узнал, - шипит он. Я ликую.

– Я хочу предложить Вам патент на это лекарство.

– В обмен на моего сына, надо полагать?

– Вы очень проницательны.

– С чего ты взяла, что я соглашусь?

– Ваш корабль тонет. Это может его спасти, - пожала я плечами.

– У меня полно других вариантов. Заткнись, Мурманов, - рыкнул он на Никиту Сергеевича, который собирался что-то сказать. Я улыбнулась шире.

– Значит, Вам не интересно мое предложение? Что ж, Байер предлагают очень солидную сумму за него.

– Но не предлагают Ивана, - осклабился Царев.

– Хочу напомнить, что решения принимает совет… - попытался встрять председатель, но его проигнорировали.

– Они и без него, и без лекарства отлично живут. Их не раздирают на части кредиторы. Вам, кажется, пришлось продать главный пакет акций ЦаревБанка? Все равно, что продать своего ребенка. У него даже фамилия Ваша. Какая жалость. Но хорошо, что у вас есть еще один ребенок, которого можно продать, - продолжала улыбаться я, а потом улыбка резко сползла с моего лица. Игры кончились. Я должна сделать его прямо сейчас, не просто сделать, а продемонстрировать его слабость и свою силу – это его язык, который он понимает.
– Я готова Вас спасти и продать вам патент в обмен на Ивана.

– Продать? То есть, оказывая тебе услугу, я еще и платить должен? – сощурился Царев в злобной усмешке. Мои слова задели его.

– Ваши главные местные конкуренты предлагают столько, - показала я телефон с внушительно суммой на экране. – Вы столько заплатить не сможете, правда? Так что это я оказываю Вам услугу.

– Я заплачу тридцать процентов от этой суммы, - бросил на телефон взгляд Царев и снова уставился на меня прищуренным взглядом.

– Совет директоров… - попытался привлечь наше внимание Мурманов, но мы буравили взглядами друг друга и бровью в его сторону не повели.

– Семьдесят. Я изучила вашу платежеспособность.

– Пятьдесят и Иван.

– По рукам, - протянула я ладонь, но одернула ее назад, не желая соприкасаться с чудовищем.
– Зовите сюда Ваню. Нужна его подпись в книге регистрации браков.

– Только после подписания контракта.

– Нет. Зовите юристов и всех необходимых, пусть проверят договора и подлинность патента, но я подпишу только после Вани. А передам Вам все документы только после того, как увижу его.

– Совет директоров переносится на прямо сейчас! – громко сообщает в мобильный телефон для секретарши Никита Сергеевич. Лев Петрович же звонит своей секретарше и требует немедленно привести Ивана в главный конференц-зал.

Не верю своему счастью! Сейчас я увижу его! И мы поженимся! И все станет хорошо!

– Что происходит? – входит в зал хмурый Иван. – Кто созвал совет директоров?

– Я, - сообщаю собственно я. Глаза Ивана находят меня в толпе мужчин и женщин, возбужденно обсуждающих происходящее, и расширяются от удивления. Он медленно подходит ко мне.

– Ты догадалась на счет патента? – утвердительно спрашивает он. Я киваю и поднимаю ладонь, чтоб он дал мне «пять» с улыбкой он хлопает. Я перехватываю его руку и опускаю к своему животу.

– У тебя очень умная женушка. Но догадались мои предки, если честно.

– Передайте документы, пожалуйста, - подходит ко мне их юрист. Я только киваю нашему, и они присаживаются за стол и начинают обсуждение. Их окружают директора.

– Пока разбираются в правомерности документов, предлагаю тебе жениться на мне прямо сейчас! – торжественно, хотя не слишком, требую я.

– Я согласен! – со смехом говорит он и крепко обнимает меня, поднимая над полом. По Дашкиному указанию регистратор подходит к нам.

– Что, прямо здесь? Нужна тишина! – хмурится и оглядывается женщина.

– Просто сделайте то, что должны, - торопит ее Иван.

– Но свидетели…

– Мы здесь! – сообщает Юра, обнимая Дашку за талию. – Привет, брат. Поздравляю со свадьбой. Подарок будет позже!

– Отойдем хотя бы в угол! – взмолилась регистратор, и мы не стали спорить, переместились.

– Итак. Это все очень необычно и неправильно!

– Приступайте же! – нетерпеливо обрывает ее Иван.

– Не торопи ее! И не вздумай перебивать! Я хочу запомнить каждое слово. Дашка, а ты чего стоишь? Доставай телефон и снимай, давай! Приступайте, пожалуйста, - повернулась я к регистратору.

– Ладно. Хорошо. Да. У мен есть три варианта речи: стандартный, сентиментальный и трогательный, какой предпочитаете?

– Какой покороче? – шепнул мне Иван.

– Нам стандартный, пожалуйста, - со смехом говорю женщине.
– Чтоб все, как положено.

– Но это все не как положено!

– Начинайте же! – хором с Ваней торопим мы ее.

– Хорошо! Итак, - глубоко вздыхает регистратор и прикрывает глаза.
– Стандартный. Как же оно… а, вот. Помню, - регистратор прокашлялась и начала громким поставленным голосом, заставляющим меня нервно похихикивать из-за ее неподражаемых торжественных интонаций, совершенно неподходящих этому месту.
– Дорогие новобрачные! В жизни каждого человека бывают незабываемые дни и события. Сегодня такой день у вас - день рождения вашей семьи. Семья - это союз любящих людей и союз добровольный. И, прежде чем зарегистрировать ваш брак, я обязана спросить вас, является ли ваше желание вступить в брак искренним, свободным и хорошо обдуманным. Прошу ответить Вас… как там Вас?

– Иван, - сквозь смех ответил новобрачный.

– Прошу ответить Вас, Иван, - невозмутимо продолжила регистратор.

– Да!

– Подождите! – громоподобно раздалось сзади. Я закатила глаза и раздраженно топнула ногой.

– Вот же мудак! – зашипела я, закрывая глаза и оборачиваясь. – Что, Лев Петрович?

– Документы еще не проверены. Подождите, - злорадно ухмыляется он. Мне кажется, или он просто издевается? На самом деле он ведь счастлив, что все сложилось так! И сэкономил, и бизнес спас.

– Ненавижу его, - мрачно сообщила я.

– Почему он вечно все портит? – шипит Дашка.

– Там же все в порядке? – хмуро буравит юристов взглядом Иван.

– Да. Он просто издевается! – вспыхиваю я.

– С юридической стороны документы оформлены правильно, - громко сообщил их юрист.

– Мы можем продолжить? – спросила я.

– Совет директоров объявляется открытым. Прошу всех занять свои места, - громко объявил Царев, не обращая на нас больше внимания.

– Можете отвлечься на минуту? Ваш сын тут жениться! – взорвалась я, но он даже не посмотрел на меня. Все посмотрели: директора, помощники, секретари и прочие, а он нет. Бесчувственный мудак.