Чтение онлайн

“Они говорили о Боге понятными словами. Они не думали об Иисусе из Назарета как о важнейшем эксперименте. Они знали Его как Друга и Учителя и предавались всем своим существом энтузиазму Его дружбы и служения. Их проповедь была благой вестью об Иисусе. Говоря о Боге, они предполагали, что люди уже что-то знают, и, не обращаясь к наследию иудаизма, они ставили рядом с ним Иисуса, которого знали живым, мертвым и снова живым. Они прошли через что-то намного большее, нежели свидетельство чудес, исцелений, голосов, таинственной власти над самой Природой и в конце концов – победы над смертью. Если бы они говорили миру и нам только это, то им бы верили. Такие истории всегда находят слушателей. И люди все еще не знали бы ничего большего о значении Бога. Но их опыт был опытом такой Дружбы, какой человек никогда не знал прежде, катастрофической неудачи и невероятного прощения, а также новой, свободной, созидательной жизни. Ничто из всего этого не было их собственным достижением. Они знали, что их переделали и что методом их переделки была любовь. Это было провидение, промысел божий, избавление, более великое и более значительное, чем всё, что евреи когда-либо ожидали от Бога-Творца. Тем не менее, они не могли думать об этом как о чем-то, отличном от работы Бога, так как Бог, как учила их вся национальная традиция, Един. Он интерп­ретировался для них, если использовать наши более осторожные выра­жения, как творческая реальность, на которую они смотрели, как и все люди, с неуверенностью и даже со страхом. С этого времени, центральная гипотеза, которую люди называют Богом, стала известна как лю­бовь, и повсюду Он был проявлен именно настолько, насколько любовь Христа проникла в братство христианской общины”. [239]

Христос воскрес и Своим Воскресением доказал, что человечество несёт в себе семя жизни и что не существует смерти для челове­ка, который может следовать по стопам Учителя.

235] В прошлом, всецело поглощенные идеей Распятия, мы бы­ли склонны забывать факт Воскресения. Тем не менее, на Пасху верующие во всем мире выражают свою веру в воскресшего Христа и жизнь по ту сторону смерти. Они обсуждают с разных сторон возможность Его воскресения и спорят о том, воскрес ли Он как человеческое существо, или как Сын Божий. Они глубоко заинтересованы в доказательстве того, что благодаря Его воскресению, воскреснем и мы, при условии, что мы в Него верим. Чтобы удовлетворить потребность теологии в доказательстве того, что Бог есть Любовь, мы придумали место для наказания, называемое по-разному, например, чистилищем; мы придумали – для отошедших в мир иной – разнообразные уровни для различных верований, так как много миллионов людей умирают или умирали, ничего не зная о Христе. Поэтому для них вера в Него как в историческую фигуру невозможна. Мы развивали такие теории, как условное бессмертие и искупление кровью Иисуса, пытаясь прославить личность Иисуса и защитить христиан, а также прими­рить человеческие интерпретации с истиной Евангелия. Мы проповедо­вали теорию адского огня и вечного наказания, а затем пытались приспособить все это к основному утверждению, что Бог есть Любовь.

Тем не менее, истина в том, что Христос умер и воскрес вследствие Своей божественности, имманентно присутствующей в челове­ческом теле. Через процессы эволюции и посвящения Он продемонстриро­вал нам смысл и цель божественной жизни, наличествующей в Нем и в нас. Христос был человеческим существом, и потому Он воскрес. Христос был также божественным существом, и потому Он воскрес; разыграв драму воскресения, Он открыл нам великую концепцию непре­рывности раскрытия божественности, что всегда было задачей Мистерий всех времен.

Вновь и вновь мы обнаруживали, что три эпизода Евангельской исто­рии – это не изолированные события в жизни Иисуса из Назарета; им много раз с давних времен подвергались посвященные в тайных местах Хра­мов Мистерий. Все Спасители прошлого 236] прошли через процессы смерти в той или иной форме, но все они воскресли или были прославлены. Похороны и воскресение на третий день были хорошо знакомым ретуалом в церемониях Посвящения. История рассказывает нам о многих Сынах Божьих, которые умирали, воскресали и в конце концов возносились на Небеса. Мы находим, например, что “Погребение Адониса праздновалось в Александрии (в Египте) с пре­дельной наглядностью. Его образ с великой торжественностью несли к могиле, воздавая ему последние почести. Прежде чем воспеть его возвращение к жизни, выполнялись траурные обряды в честь его стра­дания и смерти. Показывалась большая рана, которую он получил, точно так же, как показывалась рана, нанесенная Христу ударом копья. Празднование воскресения Адониса было установлено 25-го марта”. [240] Существуют такие же легенды о Таммузе, Зороастре, Эскулапе. К последнему Овидий обращается с таки­ми словами:

“Приветствую Тебя, Великий мира Врач, вместе со всеми!

Приветствую Тебя, могучее Дитя, что в грядущие века

Народы исцелит и посрамит могилы.

Быстр Твой рост, триумф Твой безграничный

Все царства укрепит и человечество умножит.

Твое бесстрашное искусство воскресит мертвых

И навлечет угрозу на голову повинную Твою;

И Ты погибнешь, но из тьмы могильной

Воскреснешь Ты, победоносный, и станешь дважды Богом”. [241]

Эти слова можно отнести и к Христу. Они указывают на древность 237] Учения о Мистерии, которое непре­рывно открывало в Человеке божественность и показывало ему Путь, которым идет Спаситель. В древние времена предписывалось хранить эти мистерии в секрете. Обряды Посвящения совершались только для тех, кто был готов пройти через пять великих опытов от Рождения до Воскресения. Уникальность работы Христа кроется в том факте, что Он был первым, кто представил все церемониальные обряды и ритуалы Посвящения публично, перед всем миром, тем самым продемонстрировав человечеству божественность, сосредоточенную в одном лице, так что­бы все могли видеть, знать, верить и следовать по Его стопам.

Такие же истории рассказывают о Геракле, Балдуре, Митре, Вакхе и Осирисе, причем здесь мы упомянули только некоторых из многих. Один из отцов ранней христианской Церкви Фирмик Матернус говорит нам, что мистерии Осириса очень похожи на христианское учение и что после воскресения Осириса его друзья радовались, говоря: “Мы нашли его”. На это указывает Анни Безант в приведенном ниже отрывке:

“В христианских Мистериях, так же как и в других древних Мистериях – египетских, халдей­ских и так далее, существовала внешняя символика, выражавшая этапы, через которые проходил человек. Его вводили в зал Посвяще­ния и растягивали на полу с распростертыми руками, иногда на дере­вянном кресте, иногда просто на каменном полу, в позе распятого человека. Потом его сердца касались тирсом – “копьем” распятия – и, оставляя тело, он уходил в высшие миры, а тело впадало в глубокий транс (смерть распятого). Его помещали в каменный сарко­фаг и оставляли там, тщательно охраняя. Тем временем сам человек проходил сначала странные мрачные сферы, названные “сердцем зем­ли”, а затем попадал на небесную гору, где надевал на себя совершен­ное тело блаженства, полностью организованное как проводник сознания. В нем он возвращался в тело из плоти, чтобы оживить его. Крест, на котором покоится тело (или оцепеневшее и твердое тело, если никакой крест не использовался), на третий день поднимался из саркофага и помещался на наклонную плоскость, лицом к востоку, ожидая восхода солнца. В тот момент, когда лучи солнца касались лица, Христос, совершенный Посвященный, или Учитель, вновь входил в тело, 238] про­славляя его Своим телом блаженства, изменяя тело плоти контактом с телом блаженства, придавая ему новые свойства, новые силы, новые способности, трансмутируя его в Свое собственное подобие. Это было Воскресение Христа, и после него тело плоти само изменялось и обретало новую природу”. [242]

Таким образом, мы обнаруживаем, что история воскресения очень древ­няя и что Бог благодаря Мистериям и Своим просветленным Сыновь­ям всегда ставил человечество перед фактом бессмертия, точно так же, как наш христианский мир поставлен перед фактом бессмертия бла­годаря смерти и воскресению Его возлюбленного Сына Иисуса Хри­ста.

В настоящее время проблема смерти и бессмертия все больше привлекает внимание обще­ственности. Мировая война представила общественному сознанию факт смерти новой стороной. Вряд ли нашлась бы семья в более чем двадцати странах, которой не коснулась бы смерть в той или иной форме. Мир прошел через процесс умирания, и в настоящее время таинство Воскресения становится в людских умах темой огромной важности. Мысль о Воскресении становится ближе; его значение ис­покон веков было центральной идеей Масонского Братства, становясь для высокой Третьей Степе­ни фокусной точкой работы. С масонским “возвышением” тесно связана мало известная проповедь Будды, в которой Он учит Своих учеников значению “пяти стадий Дружбы” и, таким образом, связывает эти пять стадий, пять кризисов в жизни Христа и пять ступеней масонской легенды. Все эти ссылки служат тому, чтобы показать непрерывность откровения, кульминационным событием которого для Запада было Воскресение (с последующим Вознесением).

Современному христианству особенно необходимо ставить акцент на живом, воскресшем Христе. Мы слишком долго обсуждали смерть Христа, пытаясь втиснуть мир в узкие рамки сектантского христианства. Мы питали огонь разделенности нашими христианскими течениями, церквями, сектами и “измами”. “Имя им – 239] легион”, и большинство из них основано на каком-либо сектантском представлении о мертвом Христе и более ранних событиях Его жизни. Давайте теперь объединимся, полагаясь на воскресшего Христа – Христа, который жив сейчас, Христа как источника вдохновения и основателя Царства Божьего, Христа как космического Христа, вечно пребывающего на Кресте, и все же вечно живого; Христа, исторического Спасителя, основателя христианства, наблюдающего за Своей Церковью; мистического, мифиче­ского Христа, представившего в Евангелиях эпизоды раскры­тия таким образом, что все живущие могут узнать Его и последовать за Ним; Христа, живого сегодня в каждом человеческом сердце как гарантия и устремление к божественности, которую человечество проявляет с таким постоян­ством. Вследствие присутствия Христа в человеке, человеческому сознанию оказывается присущей уверенность в божественности и, как следствие, в бессмертии человека. Эта мысль неизбежно будет все больше и больше овладевать вниманием человека, пока не обретет наглядной демонстрации и доказательства; между тем, уже было показано, что по ту сторону физической смерти явно что-то существует. Факт бессмертия пока еще не доказан, хотя в него верят миллионы умов, а там, где имеется такое единодушие, несомненно, должно быть и основание для него.

Весь вопрос о бессмертии тесно связан с проблемой божественности и невидимого, субъективного мира, который, по-видимому, лежит в основе осязаемого и видимого, часто делая свое присутст­вие ощутимым. Поэтому, если мы будем исходить из предпосылки существования невидимого и незримого мира, то мы, вероятно, в конце концов проникнем в него и откроем, что он всегда был с нами, но мы были слепы и не способны узнавать его присут­ствие. Всегда были те, кто видел и знал, и их нота звучит, усиливая нашу веру, подтверждая нашу надежду и гарантируя, что мы тоже, в конце концов, будем иметь подобное переживание.

Так как же мы узнаем истину, или реальность, когда встретим ее? Как мы узнаем, от Бога эта доктрина или нет? Легко впасть в ошибку, поверить в то, во что мы хотим верить, и обмануться, желая найти поддержку и подтверждение нашим собственным идеям 240] в других умах. Следующие слова д-ра Стритера содержат определенную ноту ободрения, потому что указывают требования, на которые мы можем ориентироваться:

“Даже самообман, последний оплот врага, будет терять свою власть по мере того, как индивидуум будет подчинять себя определенным условиям, необходимым (по мнению библейских авторов) для его подготовки к восприятию достоверной вести от Божества – независимо от уровня, на котором человек находится, будь то уровень творящего эпоху пророка или уровень простого чело­века, правильно направляемого на пути повседневных обязанностей. Этих условий, в основном, четыре: