Чтение онлайн

Отсутствие начальника Ветрова вполне устраивало, поскольку давало возможность отправить благожелательный отзыв о предложении Денисова. Единственное, что сейчас требовалось, это подписать бумагу у заместителя по научной работе генерала Павлова. Тот был деликатным и довольно либеральным человеком, так что содержание отзыва не вызвало бы никаких возражений. Единственная трудность состояла в том, что, оставаясь за начальника, он становился не в меру осторожным и безоговорочно подписывал только отпускные билеты. Намерение Ветрова у него, как и ожидалось, энтузиазма не вызвало:

— Отсрочить никак нельзя?

— Бумага на контроле, а инстанция сами видите какая.

Генерал принялся за отзыв и по прочтении поморщился:

— Эк, расписал… Надо поскромнее, а то действительно получается не простой старший лейтенант, а настоящий Эдисон…

«Ох, не зря выплыла фамилия американского изобретателя, — подумал Ветров, — наверное, у него с Зеленцовым все-таки был разговор на эту тему». Вслух же сказал:

— Что-то мы слишком страхуемся. Будто не рацпредложение, а докторская диссертация.

Генерал оживился:

— Была бы диссертация, подписал бы не глядя — какой с нее спрос? А тут — предложение. Армейский закон сам знаешь: кто предлагает, тот и…

— Мы и так выполним, тут же написано: предполагаем применить данное предложение в нашем изделии.

— Вот применишь, тогда и напишешь, а сейчас трубить об этом преждевременно. Если же не говорить о практическом применении, какой во всем этом толк?

В общем, так ничего у Ветрова и не вышло, но попытка оказалось не бесполезной — подумалось: а почему бы, действительно, не прикинуть вариант практического применения? И тут же закипела работа.

Сейчас ему предстояло практически воплотить режим ускоренной передачи боевых донесений. Предложение Денисова имело к этому режиму отдаленное отношение, хотя и послужило исходным пунктом. Общие контуры новой системы вырисовывались следующим образом. Набросок сообщения, составленный из стандартных блоков, поступает на передающую аппаратуру. Как только радиотракт будет установлен, сообщение «выстрелится» в эфир. На приемном конце произойдет выделение стандартных блоков, включатся соответствующие программные генераторы, восстанавливающие полный текст, и после автоматической компоновки и редактирования полученное донесение будет представлено адресату.

Ветров был так увлечен новой разработкой, что возвращение начальника института из командировки прошло для него незамеченным. Об этом возвестила только красная «труба» — тот самый телефон прямой связи, свидетельствующий о восхождении адмирала на капитанский мостик.

Зеленцов выглядел довольным и посвежевшим. Врученный Ветровым отзыв о предложении Денисова он отложил в сторону, как бы показывая, что с этим делом можно повременить, и сказал:

— Слышал, хотите нас чем-то удивить. Поделитесь, если не секрет.

«Информация у командира поставлена на должном уровне», — мысленно отметил Ветров и стал делиться.

Адмирал слушал внимательно, это он умел. И не просто показывал, потому что следы услышанного обнаруживались в последующих разговорах.

— Интересно, интересно, — сказал он, — вы, сдается, смешали здесь несколько новаций. Кстати, методам адаптивной радиосвязи и сжатия информации был посвящен ряд докладов на конференции, проблемы актуальные. И в результате может выйти стоящая вещь.

— Вот-вот, — обрадовался Ветров, — эффект будет поразительным.

— А вы не пробовали оценить его?

— Пока нет. Тут многое зависит от внешних условий: структуры донесений, радиоэлектронной обстановки, помехового фона…

— Ну-ну, не надо набивать цену, — прервал его адмирал. — Расчетом боевой эффективности следует заняться прежде всего. Если появятся обнадеживающие результаты, нужно сразу же готовить правительственное постановление. Сделаем упор на новые идеи и отечественный приоритет, теперь это в цене. Работа может потянуть на премию, если, конечно, хорошенько посчитать и соответствующим образом представить. Смекаете?

— До премии пока далековато, — осторожно заметил Ветров.

— Ничего, ничего, учитесь сразу же ставить высокие цели, такие, чтоб миллиарда было не жалко. У исполнителей миллиардного заказа соответствующие полномочия и награды тоже соответствующие, ясно? Бросайте сюда всех своих людей, скажите, кого надо дополнительно, подкинем…

Только теперь Зеленцов занялся принесенным отзывом. Как и следовало ожидать, он ему явно не понравился. Правда, не настолько, чтобы испортить хорошее настроение.

— Неужели этот Денисов и впрямь такой толковый парень?

— Толковый, — подтвердил Ветров и, решив, что настал удобный случай, заговорил о целесообразности его перевода в институт и подключения к данной разработке.

Адмирал восторга не выразил. Люди его положения поневоле поставлены в такие условия, что главным достоинством потенциального сотрудника является не способность к научному творчеству, а наличие жилплощади.

— Посмотрим, — вяло сказал Зеленцов, — на всякий случай составьте справку на вашего протеже… А отзыв придется переписать. Там, наверху, любят четкие однозначные выводы, без двусмысленностей. Все эти армейские выкрутасы, типа «честен, но требует постоянного контроля», оставьте для аттестаций. Что, не согласны?

— Я сделал заключение по существу вопроса и написал, как умею.

— Этого мало! — Голос адмирала стал жестким. — Нужно писать так, как это требуется! — Вот где прорвалось недовольство профессорским своеволием, ему ведь были даны четкие намеки о содержании отзыва. — Удивляюсь вашему упрямству, особенно после того, как получили режим, о котором мечтает всякий ученый. Дело-то выеденного яйца не стоит.

Он замолчал, ожидая реакции, и Ветров отреагировал:

— Я сам теряюсь в догадках. Дело действительно не стоит того, чтобы идти на сделку со своей совестью. В жизни приходилось нередко поступаться собственными взглядами, а теперь хочется жить честно и называть цвет таким, каким его вижу.

— Рассуждаете не по чину, — прервал его Зеленцов. — Вооруженные силы, в которых вы изволите служить, построены по такому принципу, чтобы младшие выполняли волю старших и имели взгляды, которые диктуются интересами обороноспособности страны. Это раз. И второе, человек вашего звания не может уподобляться примитивному кочевнику: что видит, о том и поет. Степные элегии нужно оставить лейтенантам. Полковник должен всегда усматривать более высокие цели, и если вы их не увидели, то очень жаль. Они лежат на поверхности.