Чтение онлайн

— Я до сих пор не могу в себя прийти, — призналась мама Софи. — Поверите ли, смотрела на дисплей детектора и прикидывала в уме, хватит ли старшим детям нашей страховки, чтобы закончить учебу…

— Восемьсот пятьдесят тэв! — хмыкнул кто-то из пап. — Когда видишь такие цифры… м-да… И не по телевизору, не в кино, а в родном операционном зале, вот тут, совсем рядом…

Он не нашелся, что сказать дальше, и скорчил лицо.

— А я думал: жив останусь — напьюсь в дым, — сказал другой папа.

— Ну и как? — поинтересовался мелодичный женский голос. — Удалось?

— Скоро узнаем, — папа посмотрел на стакан виски в своей руке.

— Напиваться, пожалуй, рановато, — мрачно произнес хозяин кабинета, отец Софи. — Я слышал, Плюи настаивает на повторном тестировании. Да что — слышал… Знаю. И он своего добьется. Совет директоров уже отправил заявку в министерство энергетики на двойное повышение лимита потребления…

— Зачем опять рисковать? Ради чего? Лаборатории еще не успели полностью обсчитать результаты первого теста, работы хватит на месяцы… Кто их гонит в шею?!

— Да этот Плюи просто одержимый! — экзальтированно воскликнул все тот же женский голос. Кажется, это была мама Жину, лучшей подруги Софи. — Он готов рисковать и собой, и нами!

— Насчет риска — эмоционально, но бездоказательно, — с неожиданной серьезностью ответил папа Софи. — Проверка работы систем показала, что сбоев не было, все работало штатно. Я сам готовил сводку для главного конструктора. Так что…

— Да плевать на эту проверку! — прорычал папа со стаканом виски. — Все штатно, а «Котел» чуть на воздух не взлетел. И человек пропал!

— Ой, точно! Ужас! — подхватили сразу несколько женских голосов. — Этот несчастный уборщик… Кажется, он из арабской семьи? Кошмар! Бедный мальчик! Такой симпатичный! О нем попрежнему никаких известий?

— Официально — никаких, — сказал папа Софи. — Полиция придерживается версии, что пацан запаниковал во время эксперимента, спрятался куда-то, ну и… Мог, например, в вентиляции застрять…

— Кричал бы, как резаный боров, — хладнокровно предположил папа со стаканом виски.

— Если попал под лопасти, то не закричал бы.

— Я слышала, он пропал вместе со своей моечной машиной! — заявила обладательница мелодичного голоса. — Огромная такая машина, как автомобиль!

Все промолчали. Из гостиной доносились топот детских ног и веселые вопли. Папа Софи произнес:

— Тогда неудивительно, что он застрял…

Кто-то неуверенно хихикнул.

— Про машину вранье. Скорей всего, он забежал в технический ярус и там заблудился, — папа допил свой виски, подошел к бару и щедрой рукой снова наполнил стакан почти до половины. — Там целый лабиринт с огромными крысами…

— Какой ужас! — закричала мама Жину. — Я ненавижу крыс!

Под занавес праздника случилось небольшое происшествие: одна из девочек опалила волосы огнем. Ущерб прическе был нанесен незначительный, частый гребешок и ножницы быстро поправили дело. Однако няня решила разобраться, в чем дело и откуда дети взяли огонь. Следствие было недолгим. Во всем оказались виноваты Жину и Софи — они придумали игру в «Черного Уборщика», для чего взяли какую-то ужасную старую куклу, обложили ее палочками для суши и пытались поджечь при помощи свечки с именинного пирога. Пострадавшая девочка была у них за факельщика, остальные же водили вокруг хоровод и пели: «Раз-два-три! Черный Уборщик — умри! Пять-семь-десять! Черный Уборщик — воскресни!»

— До чего глупые у вас игры! — покачала головой няня, сноровисто убирая следы неудавшегося аутодафе. — Здесь же все могло загореться!

— Сама ты глупая! — Жину возмущенно потрясала маленькими ручками, явно копируя жест из какого-то взрослого фильма. — Уборщик не может загореться, как ты не понимаешь! Он — пр-ривидение! Привидение! Его ведьма сожгла в своем котле! Вот так!

— Зачем же вы тогда опять поджигали его? — няня хитро улыбнулась.

Жину посмотрела на Софи. Обе девочки вздохнули и насупились, явно испытывая сомнения в способностях нянечки, равно как и других взрослых, понять столь сложные материи.

— Чтобы он вернулся домой, — выговорила, наконец, Софи, когда няня уже перестала ждать ответа и принялась вытирать пол в углу салфеткой. — Домой, к маме.

— Так было в одном кино, я сама видела, — подтвердила Жину.

Няня оглянулась, посмотрела на девочек и убрала салфетку в карман.

— Смотрите всякую чушь, — только и сказала она.

Колонна двигалась без происшествий. Солнце клонилось к закату. Его обрамляла пара легких, почти прозрачных облаков, которые по прихоти случая сложились в правильную симметричную фигуру, удивительно напоминающую эмблему компании «Крайслер» с крылышками. Если бы такая картинка появилась над Нью-Йорком, Лос-Анджелесом или Чикаго, то это был бы уже не случай, а реклама.

Обещанная буря так и не пришла, что тоже казалось удивительным, и никого во взводе не расстроило. По восточной обочине за колонной тянулись косые вытянутые тени. Сухой, раскаленный ветер неожиданно сменился холодным воздушным потоком, словно на гигантском кондиционере резко повернули ручку в синий сектор. Небольшие островки зелени вдоль дороги заволновались, затрясли кронами, роняя сгоревшие на солнце листья, — эта картина почему-то вызывала у Смита неприятное, тревожное чувство. И вообще ему трудно было представить себе того, кто искренне называл бы эту багровокрасную, словно напитанную ядом, неприветливую землю своей родиной. Наверное, это должен быть не обычный полноценный человек, скорее какое-то человекоподобное существо, мутант…

«Лейви» привычно покачивался на упругих рессорах, скорость была небольшой, а дорога относительно ровной, поэтому можно было немного отвлечься и посмотреть по сторонам. Наружу из-под земли стала выползать разная мелкая живность, в воздухе замелькали силуэты пернатых хищников. Смит видел стайку шакалов, похожих на латиноамериканскую шпану, которая выгуливается по вечерам в его родном городишке такой же легкой упругой рысью.

А вот людей видно не было. Во второй половине дня они не встретили ни одной машины, ни одной из этих убогих запряженных быками повозок, которых достаточно насмотрелись еще в окрестностях Фао, — просто удивительно, что в стране, экспортирующей нефть, оказывается, все еще в ходу тягловый скот… Дорога была пуста, будто все в окрестностях вымерло. В голову лезли слова Прикквистера об атомной войне, которые только что казались Смиту… ну, скажем так, фантазиями чересчур начитанного Умника… А когда вот так взглянешь в передний поднятый люк, потом на мониторы боковых и задней камер и буквально чувствуешь, как слова эти набирают силу и правду и кажутся уже не фантазиями, а страшным пророчеством…

Правда, вскоре дорога пошла под уклон, перед колонной открылась глубокая чашеобразная низина, и Смит услышал, как Палман по местной связи передает, что засек радаром какое-то упорядоченное движение на другой стороне, в трех с половиной милях. Может, опять какие-то животные, а может, и люди. Рассмотреть в оптику ничего не удалось, потому что колонна ушла вниз.

Маккойн по рации объявил повышенную готовность, скорость сбросили до пятнадцати миль. А когда преодолели низину и поднялись за ее край, в бинокли увидели впереди, прямо посреди дороги что-то живое, дергающееся. Колонна по приказу Мако остановилась, вперед выдвинулся только «Абрамс», причем Палман опустил крупнокалиберный зенитный «браунинг» и пушку выставил на прямую наводку. Через несколько минут остановился и он. Доложил: