Чтение онлайн

— Что? — Фандор так взвился, будто я ему палец на ноге прищемила. — Нет, конечно! Как можно?!

— Тогда что?

Фандор немного помялся, а затем со вздохом выдал:

— Вы уже поняли, что у нас с Теодором долгая и сложная история?

Если бы рядом был стул, я бы нащупала его рукой и опустилась на него, потому что таким вступлением мог бы похвастаться щемящий душу каминг-аут друга-гея.

— Допустим, — осторожно ответила я.

Фандор же не заметил моего возросшего любопытства. Он неловко взлохматил соломенные волосы и, заломив руки, продолжил:

— Он мой заклятый враг! Мы уже полгода сражаемся при каждой встрече, и победа оказывается то на его стороне, то на моей.

— Угу, — вставила я, просто чтобы не молчать. — Угу.

Тщательно отглаженная форма и странная тяга к образу героя мелодрамы стали выглядеть еще более подозрительно, чем раньше.

— Я боюсь, что как только у него заживет рука, он покинет ваш отель.

— Угу.

— А срок службы у него заканчивается! Значит, он отправится домой.

— Угу.

— И я не смогу сразить его!

— Угу. Что-о-о? В каком смысле?

Фандор засуетился так, словно я поймала его на оговорке по Фрейду.

— В смысле хочу одержать окончательную победу, сразить его! — торопливо вставил Фандор. — Я не могу остаться в дураках, опозорить честь семьи! Понимаете?

— Ну, примерно, — растерянно отозвалась я, мысленно жалея, что поняла даже больше, чем хотела. — А что тебе мешает каждый день наведываться в отель и проверять на месте ли Теодор?

— Боюсь, упущу момент, — мрачно ответил Фандор. — Надежнее караулить его здесь, в отеле.

Я проглотила замечание о том, что его поведение напоминает сталкинг, и ему бы с этим к психологу. В конце концов, у меня самой полно тараканов. Некогда чужими заниматься.

— Ладно, — пробормотала я себе под нос. — Проблему я поняла. Значит, тебе нужен статус моего любовника, чтобы в армии тебя не сочли дезертиром?

— Да, госпожа Офа! — с жаром выпалил Фандор и снова жалобно воззрился на меня. — Помогите, прошу вас! Это всего на пару недель, не больше… Вы меня и не увидите!

— Вот еще! — возмутилась я. — Очень даже увижу! Как ты меня собрался охранять, если не будешь попадаться на глаза? Да и идея с массажем вполне себе рабочая… В общем, оставайся. На полставки охранника, на полставки массажиста.

Мы ударили по рукам. Ну, вернее, я попыталась так сделать, но в итоге Фандор ухватился за мою ладонь и приложился к ней влажными губами. Еще и поддержал возле своего лба, как святыню.

— Благодарю, госпожа Офа! Ваше великодушие не знает границ! Поверьте, вы не пожалеете.

Интуиция подсказывала, что как раз-таки пожалею и довольно быстро, но я даже в кошмарном сне не могла подумать, что это случится настолько скоро!

Когда мы с Фандором вернулись, то с удивлением заметили, что за столом царит оживление. Вот только совсем не радостное. Судя по лицам собравшихся, удовольствие от беседы получали разве что ведьмы, а вот остальным было максимально неловко.

— Значит, вы занимаетесь продажей антиквариата? — с интонацией полицейского, устраивающего допрос с пристрастием, поинтересовалась Эш. — На чем конкретно специализируетесь?

Господин Розенфельд, избавившийся наконец от тарантула, не смел притронуться к еде на тарелке. Он смотрел прямо на Эш и выглядел при этом немного раскрасневшимся. Кажется, это был уже не первый вопрос, на который ему пришлось отвечать. Подозреваю, максимально развернуто и с предоставлением письменных доказательств.

Интересно, чтобы завести читательский билетик в библиотеке Эш, нужно пройти собеседование на стрессоустойчивость?

— В основном произведениями искусства, госпожа ведьма.

— Интересно-интересно, — в противовес своим словам равнодушно ответила Эш и переключилась на Теодора. — Ну а вы, герой войны, видимо, собираетесь дождаться момента, пока порт снова вернется в руки вашей армии? А до этой поры намерены любоваться видом из окна?

Фандор, как раз любезно отодвигавший мне стул, насмешливо фыркнул. Я неодобрительно покосилась на него. Шандор, за обе щеки уплетающий куриные ножки, закатил глаза. Видимо, столь страстная вражда успела ему изрядно приесться. Я уже заметила, что к возвышенным военным идеалам Шандор относился с хорошей долей скепсиса.

Теодор же так сильно стиснул челюсти, что я всерьез обеспокоилась, как бы у него не начали крошиться зубы. Теодор не стал отвечать колкостью на колкость (жизнь, похоже, для него важнее гордости). Вместо этого он кивнул и мрачно потянулся к уже наполовину пустому графину с вином, который Милоха, испуганно икнув, отдал с явной неохотой. Под моим взглядом Тори понятливо подхватилась с места и удалилась в сторону кухни.

Мда, если ведьмы решат наносить визиты на постоянной основе, я никакого вина не напасусь для гостей! Может быть, в этом случае постояльцам предлагать за ужином пустырник?

— Эш, перестань уже пытать гостей Офы, — мурлыкнула Моргана, почесывая брюшко своего тарантула. — Уверена, Офа и без тебя разберется. Разве что… Вот вы, дорогая, как тут оказались?

Моргана подняла голову и с интересом уставилась на девушку в свадебном платье, имени которой я так и не удосужилась узнать.

— Я… — невеста выронила приборы, и те упали под стол. — Меня зовут Аннабель. Я со свадьбы сбежала, госпожа.

— Это-то мы видим, — мрачно ответила Эш. — А что конкретно стряслось? За старика хотели выдать?

Аннабель полезла за приборами и провозилась с ними подозрительно долго. Когда девушка наконец выползла из-под стола, на ее красивом лице с тонкими чертами хорошо читалась отчаянная решимость человека, прыгнувшего в ледяную купель.

Я мельком отметила, что Теодор перестал мрачно прикладываться к фужеру с вином и внимательно, даже слишком, посмотрел на Аннабель. Девушка же его интереса не заметила.

— Нет, госпожа. Мой жених молод и богат, но я не хочу выходить за него замуж.

На пару мгновений в столовой повисла тишина, а затем ее прорезал звук, похожий на перезвон колокольчика — смех Моргана.

— Вот так фокус! — воскликнула она и даже хлопнула в ладоши пару раз. — Знаете, обычно принято сочувствовать тем девушкам, которые отказывается от брака со стариком. Тогда сбежавшие невесты получают статус благородной страдалицы, великомученицы. Но если речь о тех девушках, кто попросту не захотел связывать себя обязательствами, тем более с богатым и молодым мужчиной, тут общество уже категорично выносит вердикт: «сумасшедшая!»

— Адриан — неплохой человек, — тихо, не глядя ни на кого, ответила Аннабель, — просто… Я знаю его с детства, нас сосватали еще в младенчестве. И я его не люблю. А ведь замуж выходят по любви!