Чтение онлайн

Их битва взглядов длилась на протяжении минут двух. Затем она, глядя ему в глаза, сказала голосом лишенным всяких эмоций.
– Как же я тебя ненавижу. А вы все знали, -она обвела нас всех безразличным взглядом.

Ее отец вздрогнул как от удара. А она стремительно вылетела из дома. Опомнившись, я кинулся за ней и поймал ее около машины. Схватив ее за руку, я развернул ее к себе лицом.

– Пусти меня.

– Нет, не могу, не хочу.
– я чувствовал, что потерял ее, но никак не хотел это принять.

– Надо было раньше думать, когда ты сговаривался с ними за моей спиной.
– спокойный без эмоциональный голос. Ее безразличие пугало.

– Я сам не хотел, чтобы нас сводили, но потом, пообщавшись с тобой, влюбился и уже не так остро реагировал на их план.

– По сути, ты меня предал. Я тебе открылась, как открывалась только по- настоящему дорогим мне людям, а ты мне плюнул в душу.

– Оксан, я люблю тебя. И ты же любишь меня.
– я уже не знал что сказать, чтобы удержать ее.

– Я от своих слов не отказываюсь. В отличие от некоторых, я всегда отвечаю за свои слова.

– Ну ударь меня, наори на меня, только не уходи.
– я рукой начал гладить ее щеку.

– Не могу. Понимаешь, мне все равно.

– Не говори так.

– А как? В первый раз ты солгал мне в том, что не рассказал, что знаешь моего отца. А сейчас ты, зная о том какая я, а я уверена, что отец вам на меня и сестру целое досье предоставил, все равно согласился на это, зная почему я тогда ушла из семьи.

– Оксан, я люблю тебя. Прости меня. Я сделаю все, чтобы заслужить твое прощение.

Я попытался ее обнять, но она настойчиво отстранилась от меня и убрала мои руки.

– Поздно, Тарас. Мне это все уже не нужно, как и ты.
– такое ощущение, как будто она меня ударила. Пока я стоял в какой-то прострации, она села в машину и дала по газам, увозя с собой мое сердце.

Долго я ходил словно в воду опущенный, потом пытался позвонить ей и поговорить, но она не отвечала на мои звонки. Я сидел у нее под дверью, настойчиво названивая, но она просто выключила звонок и сменила замки, потому что связка ключей, которая была у Лиды не подходила к двери. Я пытался ее выследить и поговорить с ней, но в институте она либо сидела допоздна, либо ее провожал хмурый Гриша и не давал мне подойти к ней. В больнице у меня тоже не получалось ее отловить.

Мне было больно. Я метался как тигр в клетке. Лида и брат тоже себя неочень хорошо чувствовали. С отцом я поругался буквально на следующий день. Я винил его в том, что она ушла от меня.

Долго я так метался, не имея попытки с ней поговорить, пока в один день не узнал, что она уехала.

***

Игорь.

С того самого ужина Лида переехала домой. Когда мы на следующий день появились на пороге квартиры, Ксана молча выставила сумки с вещами Лиды за дверь и, не говоря ни слова, закрыла дверь, а на следующий день сменила замки (это узнал Тарас, когда хотел попасть к ней в квартиру и попросил на время ключи Лиды).

Братец просто обезумел. Он начал всюду таскаться за Ксаной, пытался просто с ней поговорить или хотя бы увидеть, что она впорядке. Ксана нивкакую не хотела общаться с моим братом. Ей даже его особо избегать не пришлось. Работа, учеба, написание диплома. На звонки она также не отвечала, телефон все время был выключен.

Сама обстановка в доме после ее ухода была какой-то подавленной. Их мама ушла на кухню и там тихо плакала, наш отец выглядел виноватым, а на дядю Андрея вообще было страшно смотреть. Он как будто постарел на несколько лет.

Отцы заперлись в коридоре и о чем-то долго беседовали. Через какое-то время приехала какая-то пожилая женщина с мужем и начала отчитывать дядю Андрея, и нашему отцу досталось. Как мы с Тарасом поняли, это была его мать с новым мужем.

– Андрей, вот в кого ты у меня такой?
– всплеснула руками женщина (бабушкой ее язык назвать не поворачивался), когда услышала всю историю.
– Вроде отец твой Адам умный человек был, царствие ему небесное! Даже он такого не творил!

– Ма, да все не так, я не то хотел...

– Да знаю я, что не то ты ей хотел сказать. Но это же Оксана. Ты сам тогда лишил ее поддержки, у нее не было рядом отца, она сама привыкла решать все в жизни. да она тебе непутевому хотела доказать, что она все может! Я всегда ей гордилась. Она добивалась поставленных целей, всегда двигалась вперед и никогда не опускала руки!

– Оксана привыкла, что она сама должна отвечать за себя и выстраивать свою судьбу и никогда не терпела давления со стороны.
– это уже вступил муж Нинель Ивановны- Аркадий Семенович.
– С ней всегда срабатывала ласка как метод убеждения.

Дядя Андрей все еще сидел молча, спрятав лицо в ладонях.
– Она меня ненавидит.
– сказал он спустя какое-то время.

– Ох, Андрюша.
– Нинель Ивановна подошла к сыну и стала гладить его по голове.
– Она на самом деле так не думает. Она впринципе неспособна на ненависть. Сейчас она просто очень злится на тебя. Что ты собираешься делать, сынок?

– Я не знаю. Попробую дать ей немного времени, чтобы она остыла, а потом попытаюсь поговорить с ней.

– Хорошо, Андрюш, главное не дави больше на нее. Не говори о том, что для нее лучше. Говори ей то, что ты видишь, и она прислушается к тебе.
– она отошла от дивана и обратилась к мужу.
– Аркаш, поехали домой.
– Нинель Ивановна пошла в сторону выхода, по пути ее за талию приобнял муж.

Уже выходя, она бросила через плечо: -Я попробую с ней поговорить.

Когда они ушли, мы тоже не стали долго задерживаться и уехали домой. Дома Тарас долго ругался с отцом и винил того во всем. Впринципе, я был согласен с братом, но так грубо не стал бы все-таки выражаться.

Сам я тоже чувствовал себя достаточно погано. Я считал Оксану своим другом и не хотел, чтобы все так вышло. Мне было больно на нее смотреть. Нет, не жалко, а именно больно. Оксана из разряда тех людей, к которым слово жалость просто не применимо, чтобы не случилось в ее жизни, жалости это никогда не вызовет.

Спустя несколько дней, я решил сам позвонить ей и попробовать поговорить. Судя по времени, она должна быть на дежурстве и следовательно не спать. Взяв телефон, я отыскал в контактах ее номер и нерешительно нажал на вызов. Спустя пять гудков мне ответил усталый голос.