Чтение онлайн

Поскольку получать уже почти коснувшихся земли летучих кораблей и главный судья Франции являлись одним лицом, Олег очень-очень сомневался в вынесении неприятного лично ему вердикта. Но мог и ошибаться. В таком случае он заплатит за своих подчиненных штраф…А после подумает, что выгоднее: платить подобные суммы на регулярной основе или же все-таки сворачивать работу.

— Хорошо, ваша позиция понятна, — журналистка не глядя строчила чего-то в своем блокноте. — Тогда…

— Боюсь, ваше время вышло, мадам, — покачал головой Олег, а после направился к Святославу, который покинул свое судно и спрыгнул на землю не дожидаясь, покуда окажется спущен трап. — Теперь, с вашего позволения…

Чувство опасности обожгло его, словно плеть. Острое и срочное, но какое-то…Размытое? Обычно опытный боевой маг легко мог определить характер угрозы и направление с которого она придет, относительно легко отличая летящую в лицо пулю от какой-нибудь зубастой крокозябры, которая заходит со спины и намерена откусить ему задницу по самую шею. Но на сей раз чутье просто сигнализировало о неприятностях, больше никакой конкретики не выдавая…Словно тот, кто собирался убить Олега принял меры для сокрытия своих замыслов. Просто не слишком эффективные, примерно как глушитель на оружии. Звук остается, но тише, да и источник его попробуй ещё найти.

Взгляд чародея заметался по округе, выискивая злоумышленника, а разум в этом время судорожно анализировал доставшиеся ему смутные ощущения и сопоставлял их с наблюдаемой картиной мира, пытаясь понять, кто и как на сей раз устраивает покушение. Журналистка с её блокнотом? Нет, аура спокойна, поза расслаблена, оружия или чего-то похожего на оружие нет и близко. Один из зевак, которых привлек процесс интервью? Маловероятно, там стоят офицеры жандармерии вперемешку с прибывшими поглазеть на предназначенные именно им игрушки военными чинами, титулованными гостями и прочими сливками французского общества. Да, почти любой из них может представлять некоторую опасность даже для одаренного шестого ранга, особенно в случае внезапного удара, но в то же время попытаться сейчас отвинтить голову русскому боярину значило для них поставить крест на своей карьере, а скорее всего и жизни, заодно запятнав репутацию связанных с ними персон. Его собственные телохранители? Маловероятно, да и потом, у них хватало более удачных моментов, когда никто не помешает. Свитские кого-то из высоких персон? Шансы незначительны, точную дату прибытия эскадры до совсем недавнего времени никто не знал, а потому и планы эти типы могли иметь какие-то свои. Примерно по той же причине отбросить стоило обычных солдат, ведь обработать человека, так или иначе сподвигнув того на самоубийственную глупость, займет много времени, а его ненормальное состояние скорее всего быстро наружу выплывет. Кто-нибудь из артиллеристов, стоящих сейчас за пушками воздушной гавани или же вообще на прибывающих летательных аппаратах?

Как оказалось, самым верным мог считаться последний вариант, однако в то же время реальность и отличалась несколько от гипотез, выдвинутых оракулом-самоучкой. Один из заходящих на посадку корабликов вдруг резко задергался туда-сюда, будто с рулем у него случилось что-то не то, и кто-то силой вырывал приборы управления из вцепившихся в них намертво холодеющих пальцев, накренил свой нос к земле и ринулся в таранную атаку. Или в данном случае следовало использовать какое-то другое слово, близкое по смыслу к японскому «камикадзе»? В любом случае результат управляемого и умышленного крушения мог оказаться страшен, а также вызвал бы громкий международный скандал.

— Он загружен порохом! — Мелькнуло озарение в голове Олега, стрелою взвившегося вверх и выжимающего сейчас из себя все возможное и невозможное. Святослав мог бы сделать больше. Легко. Да собственно он и самого «котенка» бы легко удержал в воздухе, словно натуральную кошку, пойманную в прыжке. Вот только бывшему крестьянину угрозу сию требовалось увидеть и осознать, а он сосредоточил свое внимание на встречающих эскадру французах. И связаться со своим другом вот прямо сей момент чародей не мог никак, а времени в запасе практически не имелось. До момента крушения и последующего грандиозного взрыва оставались лишь считанные секунды! — Сделанные нашими рабочими суда должны бесплатно отойти Парижу в счет нашей сделки…Но вот про груз, который загрузили в их трюмы, никто ничего не говорил…И в Индии селитра со всеми её производными на порядок дешевле, чем в Европе!

Защитный барьер судна не смог бы остановить одаренного шестого ранга…Надолго. Пару секунд эта зыбкая мерцающая пелена могла бы выиграть, а подобные затраты времени Олег не мог себе позволить. Щедро смещав воедино магию и жизненную силу, а также попытавшись приправить получившийся коктейль крохой энергии души, которую он постарался на лету от своей ауры отщипнуть без использования вспомогательной алхимии и прочих подручных средств, чародей создал движущийся перед собою некое подобие заточенное воронки, впившийся в магический щит и словно бы раздвинувшийся в центре себя небольшое окошко, куда мгновение спустя своей сиятельной персоной влетел сам боярин Коробейников, даже не пытаясь притормозить.

Корпус Олег пробил насквозь, подобно какому-то крупнокалиберному снаряду, пусть даже такое столкновение и хорошенько встряхнуло весь его организм, кажется вызвав в скелете с десяток микротрещин. Прорываться в рубку управления, где находилось неизвестное количество неизвестных по силе врагов, было слишком долго, а потому чародей поступил проще и в некотором роде изящней…Или все-таки грубее? Он пробил древесину судна, подобные которому строил своими руками по одной и той же схеме не один десяток раз в том конкретном месте, где шли жилы энерговодов. Питающие потоками руны, держащие летательный аппарат в воздухе, и в то же время корректирующие их работу в соответствии с теми командами, которые подавали приборы управления. И переподчинил их себе, благо по меркам техномагов эта система могла считаться сразу и до невозможности простой, и в то же время лишенной всякой защиты.

Корабль рванул вверх с такой силой, словно ему дали пинка куда-то в брюхо, и протестующий скрип трещащей от натуги древесины вторил сдавленным матам людей, внезапно начавшим страдать от натуральных перегрузок.

— Вот интересно, а хватило бы мне дури его чисто своей силой в воздухе удержать? — Мелькнула в голове у Олега мысль, когда он будто очень злобный и очень зубастый червь прогрызал себе дорогу дальше, чтобы попасть в трюм. Судно продолжало набирать высоту, поскольку частью своего сознания и воли чародей продолжал контролировать его системы напрямую, тем самым блокируя настойчивые сигналы к изменению курса, идущие из рубки. — Интересная, в принципе, гипотеза…Но проверять её я, конечно, не буду! Во всяком случае не тогда, когда судно нагружено порохом, а внизу толпа народа…

Едва только Олег попал в трюм, в него выстрелили. Трижды. С разных сторон. А потом, кажется, все-таки сумели опознать свое начальство и сразу же попытались извиниться. Впрочем, чародей на подобные мелочи внимания не обращал, да и попытки своего убийства подчиненным был готов простить. Они же действовали не рефлексах, которые он сам помогал в них вбивать, и знать не знали, что чуть не стали дополнительными поражающими элементами, которые разлетались бы в разные стороны от места авиакатастрофы. Боевой маг, стрелой летя к той части кораблика, которая могла считаться его командным пунктом, поскольку именно там располагались приборы управления. Но все равно опоздал, ибо там его встретили только три мертвых тела. Два со следами ножевых ран, оставленных зачарованным и отравленным кинжалом, который мог даже отличающихся изрядной живучестью одаренных мгновенно в могилу отправить. И одно, сжимающее этот самый кинжал, по рукоятку вогнанный в его собственное сердце. Причем реанимация тут была бесполезна — энергетика свежих трупов оказалась настолько перекорежена и загажена впрыснутыми внутрь эманациями хаоса, что если кинуть их зомби на прокорм, ходячие трупы бы от такого подарочка вторично подохли.Осознав свою невозможность устроить теракт, влившийся в ряды подчиненных Олега предатель предпочел убить себя, чтобы бы не оказаться на допросе и не сдать случайно своих подельников или тем более начальников.

Глава 9

О том, как герой участвует в тяжелой битве, верит продажным журналистам и хотел бы проигнорировать великую честь.

Битва была жестокой, длительной и беспощадной. Лилась кровь, хрустели кости и воздух наполняли стоны тех, кто проигрывал в жестокой и неравной битве, где казалось бы никак нельзя было победить…

— Ургххх…- Лили была готова то ли публично признать свое поражение, то ли просто взять и расплакаться, никого не стыдясь. Но все равно раз за разом вонзала нож в свою добычу, пытаясь раскромсать ту на много-много маленьких кусочков. Руки её еле-еле двигалась, словно налитые свинцом, но остановиться эльфийка попросту не могла. — Я больше не могу…Я сейчас сдохну…Лопну…

— Тогда отдай мне! — С готовностью предложила Доброслава, громко хрустя очередной порцией ребер, исчезающей в её ненасытной утробе, куда с недавних пор при должном желании получилось бы утрамбовать рыцаря вместе с доспехами, конем и копьем. И ещё бы для парочки оруженосцев место сталось.

— Нет, — весьма категорично отказалась остроухая девушка, в очередной раз вонзая серебро лезвия в кровяную колбасу, обильно покрытую этой самой кровью…Вернее, подкрашенным клубничным соком, весьма достоверно её имитирующим и заодно придающим более белковому блюду дополнительную сочность и вкус. — Я чуть ли не впервые в жизни встретила мясо, которое мне действительно пришлось по вкусу…Умру, но не отдам!