Чтение онлайн

Она разбирала папку с внутренними меморандумами и протоколами согласований — самая скучная часть работы. Подписи, даты, резолюции. Её рука двигалась почти автоматически. Перевернув очередной лист протокола, она заметила под ним другой, сложенный вдвое листок, непохожий на остальные. Не стандартный бланк «Сонхо» или «MetaSpace». Просто распечатка.

Раздражённо вздохнув из-за чьей-то небрежности, Чаён развернула её. Бумага была чуть плотнее обычной офисной и слегка шершавой на ощупь. Это была копия записи из электронной системы бронирования переговорных.

Дата: среда, 12 октября.

Время: 15:00–16:00.

Помещение: переговорная № 5 (крыло B, «MetaSpace»).

Организатор: Кан Мёнджин (CTO, «MetaSpace»).

Участник (внешний): Пак Минсу.

Тема: обсуждение лицензионной политики.

Чаён нахмурилась. Кан Мёнджин. Пак Минсу. Обсуждение лицензионной политики. Зачем её техническому директору, отвечающему за интеграцию, обсуждать лицензии с каким-то внешним специалистом на второй неделе работы? Да ещё и не поставив её в известность. Это было странно и однозначно выходило за рамки его прямых обязанностей.

А главное — в отчётах Мёнджина ничего подобного не было.

Она снова пробежала глазами имя внешнего участника. Пак Минсу. Фамилия показалась смутно знакомой. Пак… Она напрягла память, перебирая юристов, консультантов, партнёров. Где она слышала это имя?

И тут её словно ударило. Пак Минсу. Тот самый Пак Минсу из юридической фирмы «Чон и Пак», который представлял интересы… «Ханмин Технолоджис». Во время патентного спора два года назад. Это точно был он!

Чаён застыла, глядя на распечатку.

Всё выстраивалось в чёткую уродливую картину. Так Мёнджин получал всю информацию от них? Его нежелание работать в штате, его фирма-однодневка — это всё для прикрытия? Его самоуверенность — это наглость предателя?

Он работал на них или только продавал информацию? Или готовил почву для саботажа, чтобы ослабить «Сонхо» перед следующим ударом «Ханмин»?

Чаён почувствовала привкус горечи во рту. Она вспомнила мысленный спор с самой собой, свои сомнения, которые она подавила, впечатлённая его результатами и планами. Она вспомнила, как сама предложила ему пост в компании, как защищала это решение перед собой и даже перед Суёном — которому вообще не было до этого дела. Как поверила в «особые методы» Мёнджина.

Какая же она была дура. Слепая самонадеянная дура.

Она подняла голову, её взгляд нашёл фигуру Суёна в углу. Он по-прежнему стоял неподвижно, но она знала, что он всё видит. Она протянула ему листок бумаги. Рука не дрожала, но голос прозвучал глухо.

— Суён-а, — по-свойски обратилась она к телохранителю. — Посмотри. Вот чем занимается мой технический директор.

Суён молча взял лист. Быстро пробежал глазами по строчкам. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но Чаён уловила, как его взгляд на долю секунды стал жёстче, когда он дочитал до фамилии Пак.

Телефон на столе завибрировал, прерывая напряжённую тишину. Личный номер. Инха.

Чаён помедлила мгновение. Хотелось просто сбросить звонок, остаться наедине со своим гневом и смятением. Но какая-то часть её, уставшая от бесконечного напряжения последних недель, потянулась к этому островку другой, «нормальной» жизни. Она коротко кивнула Суёну, показывая, чтобы он подождал, и поднесла телефон к уху.

— Да, Инха.

— Онни! Привет! Не отвлекаю? — Голос сестры звенел от возбуждения. — У меня такие новости! Мы с Мингю… Мы решили пожениться! Представляешь? Я так счастлива!

Чаён прикрыла глаза.

— Поздравляю, Инха. Я… рада за тебя.

— Спасибо! И мы уже начали планировать помолвку! Я думаю… Онни, как ты думаешь, «Шёлковый путь» подойдёт? Там так красиво, такая атмосфера… Представляешь, какие фотографии получатся? Я хочу, чтобы всё было идеально. Может, посоветуешь, какие цветы лучше выбрать? Мне нравятся пионы, но Мингю говорит, это банально…

Внутри Чаён всё сжалось. Перед глазами мелькнула картина: столик у окна, Мёнджин напротив, его ироничная улыбка, а потом — появление Хан Сеён… Да они ведь просто смеялись над ней! Чаён с трудом подавила желание бросить трубку — Инха-то ни в чём не виновата. Просто решила расспросить сестру о её любимом ресторане…

— Инха, я сейчас немного занята, давай обсудим это позже, хорошо? — Чаён пришлось сильно постараться, чтобы голос не дрогнул.

— Ой, прости, конечно! — Инха ничуть не смутилась. — Просто я так волнуюсь! Кстати, представляешь, кого я видела на прошлой неделе? Хан Сеён! Она так изменилась, просто невероятно. Все шепчутся, конечно. А ещё говорят, у «Ханмин» дела совершенно внезапно пошли в гору. Причём как-раз таки об их успехах не так уж много информации, все только и судачат о Сеён. Вот уверена, не случайно её именно сейчас показали! А ты как думаешь?

Чаён молчала, слушая болтовню сестры. Какой великолепный и своевременный успех у их основного конкурента, кто бы мог подумать. И всё это на фоне листка в её руке, указывающего на связь её… доверенного лица с этим самым конкурентом. Какая ирония… Мир Инхи, полный платьев, цветов и светских сплетен, был не просто далёким — он казался насмешкой над ней и её положением.

— …но Мингю говорит, что дело не только в деньгах, — беззаботно продолжала Инха. — Он говорит, настоящий класс — это умение видеть возможности, которых другие не замечают. Знаешь, он так интересно рассуждает об активах, о том, как создавать ценность буквально из ничего… Он даже помог мне разобраться с моими… ну, ты знаешь, с моими небольшими сбережениями. Теперь это не сбережения, а актив! Говорит, нужно быть смелее, не бояться рисковать, если понимаешь, что делаешь. Может, тебе тоже стоит попробовать, онни? Ты ведь всегда такая осторожная…

Слова сестры ложились на истерзанные нервы Чаён, как соль на рану. Создавать ценность из ничего, видеть возможности и быть смелее — лучше и не скажешь.

Сон Чаён будто оказалась в центре умело сотканной паутины, связанная и беспомощная — неспособная отличить правду от лжи, неспособная защитить ни свою компанию, ни, возможно, даже свою семью.

— Инха, мне действительно нужно идти, — голос Чаён прозвучал отстранённо, но Суён, стоявший рядом, подобрался. — Поговорим позже.

Чаён завершила звонок, не дожидаясь ответа. Несколько секунд она молча смотрела на тёмный экран телефона. Потом медленно положила его на стол, рядом с распечаткой. Она поднялась, подошла к окну. Внизу раскинулся Сеул, море огней — и среди них она увидела горящую вывеску штаб-квартиры «Ханмин», что находилась не так уж и далеко и выделялась на фоне окружающих её небоскрёбов.

А ведь всё было как на ладони…

Она обернулась. Её взгляд снова встретился с глазами Суёна. В них не было эмоций — лишь ожидание приказа.

— Суён, — сказала девушка тихо, но отчётливо. — Я катастрофически ошиблась. Начинай полную проверку. Все его контакты, все передвижения, все финансовые операции его «фирмы». Я хочу знать всё.

Чаён сделала паузу, её губы сжались в тонкую линию.

— И подготовь варианты… как убрать его. Тихо.

***

Ночь опустилась на Сеул, скрыв суету дня под тёмным покрывалом. В одной из высоток, в квартире с панорамными окнами, царила почти полная тишина. Тусклый свет далёких рекламных щитов и уличных фонарей едва проникал сквозь стекло, рисуя на потолке и стенах неясные подвижные тени.