Отогрею твою душу
Шрифт:
Я уснула, прогоняя плохие мысли. И было бы все дальше хорошо, если бы через два дня ко мне не приехал тот самый паренёк.
— Ева, плохие новости, — прилетает мне с порога, едва я распахнула двери в свой уютный домик.
— Что случилось?!
У меня все похолодело внутри? Гурам. Она жив? Я понимаю, что меня трясёт от нервного перенапряжения. Парень видит, что я вот, вот хлопнусь в обморок, хватаясь за стену.
— Так, так, он жив, не нервничай. Его арестовали, подозревают в убийстве.
Голова кружится так, что не хватает кислорода. Я сползаю вниз по стене, а в голове миллион мыслей. Но самая страшная одна: он убил Влада.
— Он убил моего мужа?
Парень смотрит на меня и ничего не говорит, впрочем, ответ бы я и не услышала, меня накрыла темнота.
16 глава
Стася
Я села за руль, перевела дыхание и вставила ключ в замок зажигания. Последние несколько дней как в аду. Вздрагиваю уже от каждого звонка, потому что каждый раз кажется, что хуже уже некуда, но при этом каким-то образом все умудряется стать еще хуже.
Илья остался с детьми. Сейчас мне смешно вспоминать, как я думала, что он не из тех, кто встает к кроватке. Он был отличным отцом нашим мальчишкам, но когда родилась дочка, его как подменили. Я больше отдыхаю и кайфую в одиночестве, а принцесса прописалась на ручках и животе у папочки. Поэтому, сцедив молока, в путь отправляюсь я, оставив взрывного любимого следить за детьми. Дипломатические миссии в нашей паре лучше удаются мне. Нужно только заехать к ним в офис и взять у Ильи в сейфе документы Евы, которые он сохранил для Гура тогда.
От мыслей о Гуре все болезненно сжимается в груди. Мне невыносимо думать о месте, в котором он находится и обстоятельствах, при которых он туда попал. Сердце разрывается настолько, что хочется просто ворваться туда, забрать его и умчаться в закат. Он поступил бы так ради любого из нас.
Захожу в кабинет мужа, забираю из сейфа то, что нужно, улыбаюсь, видя на столе свое фото с детьми. Вот же жук. Не говорил мне, что у него такое имеется. У меня на работе на столе стоит похожее, только там он и детишки.
Я редко бываю у них в офисе, чаще Илья приезжает ко мне. И с причиной, по которой я стараюсь сюда не приезжать, я сталкиваюсь прямо на выходе из кабинета мужа.
— Привет, — подаю голос первой, глядя на застывшего Вартана, который не ожидал меня здесь увидеть.
Мы впервые за долгие годы вот так сталкиваемся тет-а-тет. Он явно не ожидал. Стоит, как вкопанный, и молчит, вижу только, что пальцы нервно сжимаются. Мне кажется, что его единственным желанием было крутануться на пятках и свалить в закат. Шум за его спиной привел мужчину в чувство. Он спрятал руки в карманы идеально сидящих на нем брюк и спросил взволновано:
— Илья? Он что-то натворил?!
— Он дома с детьми, — отвечаю, улыбнувшись про себя мысли, что первое, о чем он подумал, что это его горячий друг опять сунул свою беспокойную голову, куда не надо. — Я еду за Евой. Есть какие-то новости? — смотрю на него с надеждой.
Вартан всегда умел решать вопросы. И если кому-то и удастся что-то узнать о судьбе нашего общего друга, то только ему.
— Никаких встреч — единственное, что твердят следаки. Понимаешь, ему не на руку то, что его не было в городе столько недель. Без телефона, без опознавательных знаков. Он молчит, и это играет против него. Какого хера его ранили, а мы не знали? Кто это был? Влад?
— Я не знаю, — качаю головой отчаянно и раздраженно.
Мы все на грани. С Ильей это обсуждать вообще невозможно, он сразу начинает беситься, материться и орать. Даже Вартан, обычно умеющий сохранять в таких моментах трезвую голову, сейчас размахивает руками и нервничает. И я совершаю идиотскую ошибку.
— Но я собираюсь узнать, — делаю шаг вперед и накрываю его сжатый кулак своей ладонью, — для этого нужна Ева.
Дёргает рукой и отскакивает в сторону, потирает кулак и дико смотрит на меня.
Я тоже отступила на шаг назад и сжалась вся.
— Прости, — выдавила хрипло, нервно глядя в пол.
Я идиотка. Тупейшая идиотка. Забылась и теперь не знаю, как сбежать, ведь он перегородил путь к выходу, отскочив к двери.
Мы прикасались друг к другу всего единожды после того, как расстались. Когда он подарил мне амулет, который я с того дня не снимала. Я обняла его тогда. И после этого он стал избегать меня еще активнее, чем до. И вот теперь опять. Чертов инстинкт, который заставил меня коснуться его в успокоительном жесте. Теперь успокоительное пить и мне, и ему видимо придется.
— Проехали, зачем ты едешь за Евой? — старается придать голосу небрежный тон, но я же понимаю, что выходит лажово.
— Перевести её в более комфортное место. А заодно, наконец, увидеть воочию. Пообщаться. Узнать о том, как к ней попал раненный Гур и что рассказывал о том, кто и при каких обстоятельствах его ранил. Узнать, каковы ее намерения относительно нашего друга, — при последней фразе мои губы трогает саркастичная ухмылка.
Гурам тут всем нам в делах любовных как сына. И, надеюсь, эта шутка немного разрежет напряжение, которое, кажется, можно потрогать.
— Тебе нужна помощь?
— Нет, но спасибо что предложил.
Тем более что я могу только представить, как тяжело тебе далось это предложение.
— Поеду, — говорю обтекаемо, бросив взгляд на дверь, которую он загораживает своим телом. — Илья потом позвонит тебе, если я узнаю что-то интересное.
— У вас все хорошо? — прилетает внезапно.
Я хмурю брови и борюсь с тем, чтоб сохранить лицо. Ну, куда ты лезешь, глупый?
— Ну что ты ожидаешь услышать на это? — спрашиваю мягко, открыто глядя ему в глаза.
— Прости, мне нужно идти. Удачи.
Он сбегает так быстро, словно черт его гнал.
Я горько вздыхаю, проводив его взглядом, и ругаюсь про себя. Идиотская встреча, не зря я сюда не езжу. Не зря. И сегодня не стоило. Конечно, сегодня я сама виновата. Валить надо было сразу, и разговор по-другому вести, и замуж за него не выходить… Ай, черт, никогда не будет тут ничего нормального. Один выход — избегать его, как он избегает меня. Это было бы проще, не будь он так тесно связан с Ильей. Старшим и младшим. Мой сын по-прежнему привязан к нему, и к его дочерям. И это меня тоже беспокоит не на шутку.