Чтение онлайн

Хорошенькая блондинка неуверенно шагнула в мою комнату и присела в глубоком дворцовом реверансе.

— Добрый вечер, госпожа Оливия. Благодарю вас за то, что согласились на эту встречу.

У нее был красивый мелодичный голос, как у тех, кто занимается пением. Не удивлюсь, что девочка действительно музицирует и поет. Именно что девочка, потому что мне одного взгляда хватило, чтобы понять, что она если и старше принца, то от силы на пару лет. Не удивительно, что Лерка решила пустить в расход этот хрупкий цветочек? Или это все маска?

— Вы меня заинтриговали, Августа, — призналась я. — Мой сын передал мне вашу благодарность, но так же сообщил, что вы не можете поблагодарить меня лично. Что изменилось сейчас?

— Я здесь из-за него, — выпалила фрейлина и неожиданно упала передо мной на колени. — Госпожа Оливия, спасите Тимоти!

Спасти?! У меня все оборвалось в груди. Что я умудрилась пропустить?

— Что с ним? — Я подскочила с дивана. — Он ранен?

— Тим в тюрьме. Король арестовал его.

Да чтоб у этого короля арестовыватель сломался!

— За что? — выдохнула я, и прикусила язык. И так понятно, за что. Точнее, из-за кого. Из-за тебя, Оль. Ты нашла с мальчиком контакт, его отцу стало завидно, что с Тимоти у тебя есть контакт, а у его величества никаких с тобой контактов. Вот он и зверствует.

— Говорят, за своеволие, — объяснила Августа. — Госпожа Валери просила его величество передумать, но у нее ничего не получилось. Вы моя последняя надежда. Если король кого-то и послушает, то только вас!

Я не знала, просит фрейлина искренне, или меня втягивают в очередную дворцовую интригу, но успела не на шутку завестись. Стефан, гад! Значит, одного моего сына ты отправил в сад, а другого решил посадить под замок! Я так просто этого не оставлю.

— Послушает, — грозно пообещала я Августе. — Я освобожу Тимоти. Ступай.

Она кивнула, а я попросила вернувшуюся Бланш передать, что требую встречи с королем. Я так и сказала: требую! Но что удивительно, это сработало. За мной явились гвардейцы и снова повели длинными коридорами. Я надеялась, что не в темницу за неподобающее обращение к чешуйчатому монарху. Но массивные двустворчатые двери, которые передо мной распахнули, ничем не напоминали вход в тюрьму. Хотя, шагнув вперед, я подумала, что предпочла бы темные казематы. Потому что привели меня в спальню. В королевскую спальню.

Свечи в длинных подсвечниках ярко освещали мрачноватую, в темно-бордовых тонах, огромную комнату. Тяжелые шторы были задернуты, на стенах висели мечи, в потухший камин можно было забраться целиком и встать в полный рост. Кровать тоже не подкачала: на такой можно друг друга не найти. Но что-то мне подсказывало, от Стефана не спрятаться. Вот и сейчас король развалился в черном кожаном кресле и потягивал из изящного бокала темно-красный напиток. Но, стоило мне появиться в поле его зрения, сразу же вонзил в меня взгляд.

— Отпусти Тимоти, — приказала я, стоило створкам двери захлопнуться за моей спиной. — Он не виноват в наших разногласиях.

Стефан вновь пригубил напиток и сообщил:

— Идет. Цену ты знаешь.

— Ты вообще нормальный? — слова сорвались с моих губ раньше, чем я успела их остановить. Не лучшее, что можно сказать злому пьяному дракону. В том, что он пьян, сомнений не оставалось, я медик, и отлично понимала, как это выглядит. Хотя, может, я ошибаюсь, и он тут вишневый сок пьет? А глазами сверкает, потому что у него особенность такая?

Стефан поднялся из кресла в одно мгновение, я даже вздохнуть не успела. Поднялся и оказался рядом со мной, выбивая своей близостью воздух из моей груди.

— Я все думал, когда ты придешь. Как у тебя налажено информирование, — хмыкнуло его драконье величество, игнорируя мой комментарий про нормальность. — Выходит, отвратительно. Или за Лазаром ты просто прибежала быстрее, Оливия?

Он провел ладонью по моей щеке, но эта ласка была лаской ровно настолько, насколько можно считать нежностью прикосновение ползущей по твоему телу экстремально ядовитой змеи.

Я подавила желание отступить назад.

— Я узнала сегодня, — сказала, глядя ему в глаза. — Серьезно, Стефан? Ты посадил собственного сына в темницу, чтобы проверить меня? Чем ты тогда от меня отличаешься?

Сейчас его глаза сверкнули уже не от вишневого сока, или что там осталось стоять в бокале на столике.

— Не смей сравнивать мой поступок с твоим.

— Почему? В прошлый раз Тимоти разочаровался в матери, в этот раз — в отце.

— Я узнал, что Лазар жил у тебя, Оливия. Ты прятала его, несмотря на…

— И спрятала бы снова, — перебила я. — И Тимоти заодно. Потому что ненависть ко мне превращает тебя в чудовище, Стефан.

— Я и есть чудовище, — усмехнулся дракон, запуская пальцы в мои волосы. Стягивая их в горсть с такой силой, что мой подбородок невольно дернулся наверх. Стефан коснулся его пальцами, а после скользнул ладонью по моим губам. — Если бы я мог просто тебя убить… но ты как отрава. Даже на расстоянии продолжаешь сводить с ума.

Да-да, это я отрава, а не ненависть, которая тебе затуманивает разум в сочетании с тем, чего ты набуздырился.

— Охотно верю, — сказала я. — Но чудовищем лучше быть не с самыми близкими, в противном случае рискуешь оглянуться и обнаружить, что их у тебя не осталось.

— По себе судишь? — зло выплюнул Стефан.

— Разумеется. Я свое самое ненаглядное пособие.

Интересно, если я ему сейчас скажу, что я иномирянка, что он сделает?

Хотя лучше не проверять. Он и так ноздри раздул, того и гляди, драконом обернется и затопчет.

— Отпусти Тимоти, — сказала я. — Ты его единственная опора, не лишай сына того, что его держит.

— Тебе надо было думать об этом раньше, — процедил дракон.

— Не подумала! Раньше я не подумала! — огрызнулась я, чувствуя, как пальцы на моих волосах сжимаются все сильнее. — Может, уже хватит жить прошлым, Стефан? Ненавидишь меня — отыгрывайся на мне, не на детях. Они тут вообще ни при чем. Тимоти не сказал тебе про Лазара, потому что знал, как ты отреагируешь…

— Тимоти не сказал мне про Лазара, потому что все еще тебя любит, Оливия, — выплюнул он мне в лицо, неожиданно резко разжал пальцы и шагнул назад. — Потому что верит, что ты его не уничтожишь легко, по щелчку пальцев. Как чуть не уничтожила в прошлом. Что ты там говорила про опору, Оливия? Я просто не даю ему упасть.