Чтение онлайн

– Ч-что… что вы сказали, вы хотите? – пролепетала она, от стыда не поднимая на него глаз.

– Вам пришло письмо, – тихо ответил он. – И вижу, не только оно.

Джек не смог побороть искушения поддразнить ее. Представив эту длинную ночную рубашку, чувственно скользящей по ее коже, он вмиг напрягся всем телом, воображение услужливо нарисовало Кейт, облаченную только в прекрасный прозрачный шелк. А этот румянец, так легко окрасивший ее щеки, залил, несомненно, и другие части тела. Он знал это. И она знала, что он это знает; он догадался об этом по ее смущению. А смутить Кейт Фарли не так-то легко, и раз подвернулся такой случай, он, ей-богу, насладится им сполна. В этот миг маленькая фурия была просто восхитительна: разрумянившаяся, растерянная и неуверенная.

– Пожалуйста, отдайте мне письмо, – попросила Кейт, все еще взволнованная его насмешливым глубоким голосом.

Он протянул ей конверт. Кейт потянулась за ним, но Джек молниеносно отдернул руку.

– Сначала скажите «спа-си-бо», – растягивал он слова, продолжая усмехаться.

– Дайте его мне, пожалуйста, – недовольно повторила Кейт.

Что за дурачина! Неужели вообразил, будто она станет сражаться с ним из-за какого-то письма? Еще в детстве Кейт дразнили настоящие эксперты в этом деле – ее братья, – и не так уж она глупа: прекрасно знает, пытаться выхватить у него бумагу совершенно бесполезно. Начать хотя бы с того, что Джек слишком высокий.

В любом случае, она поклялась, что не позволит ему снова до нее дотронуться. Ее стычки с Джеком Карстерзом совершенно не походили на драки, в которые она вступала с братьями. Его прикосновения никак нельзя было назвать братскими; из-за них она чувствовала себя странно беспомощной, внутренне трепетала и ей требовалась вся ее сила воли, чтобы оторваться от него.

– Я преодолел столько ступенек, чтобы доставить его вам. Разве я не заслужил кое-чего? – дразнил он Кейт, наслаждаясь ее замешательством.

– Хорошо, кое-что заслужили, – пробормотала она себе под нос.

Но он расслышал ее и рассмеялся:

– Маленькая дикая кошечка. Вот ваше письмо, держите.

И он бросил его на кровать.

– Благодарю. Теперь, пожалуйста, уходите. – Кейт демонстративно зашагала к двери. – И можете забрать с собой все свои вещи.

Он посмотрел на нее в притворном изумлении.

– Мои вещи? Это вы о чем, мисс Фарли?

Кейт кивнула на кровать с грудой одежды.

– Обо всем этом. Я же вам говорила, что не могу принимать от вас такие подарки.

Он воззрился на нее преувеличенно удивленным взглядом.

– Мои вещи? Вы думаете, они мои? Моя дорогая мисс Фарли… – Джек нагнулся, и не успела Кейт сообразить, как он вытащил из-под платьев шелковую ночную сорочку и приложил ее к своей стройной крепкой фигуре.

– Полагаете, это мое?

Его синие глаза озорно насмехались над ней. Кейт боролась с вновь угрожающим наплывом смущения.

– О, не будьте смешны! – воскликнула она, еле сдерживая улыбку. Нежный шелк только подчеркнул очевидную мужественность стоящего перед Кейт человека. – Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду.

Он пропустил тонкий шелк сквозь свои длинные смуглые пальцы, затем отбросил соблазнительный предмет в сторону.

– Но я не присылал вам этой одежды.

– Однако…

– Все объяснения вы найдете в письме моей бабушки, – спокойно прервал он Кейт. – Оно доставлено вместе с этими вещами. Они выбраны не на мой вкус… хотя впервые в жизни я полностью согласен с бабушкой.

Он улыбнулся медленной дразнящей улыбкой, и Кейт снова пришлось унимать ощущение внутреннего трепета.

– Вашей бабушки?

– Да. В адресованном мне письме она говорит, что отправила вам немного одежды, более подходящей вашему положению.

– Хотите сказать, что это не ваших рук дело?

– Нет, разумеется. Надеюсь, будучи джентльменом, я бы никогда вас так не оскорбил. – И благочестиво добавил: – Леди, безусловно, не может принять подобного подарка от джентльмена, мисс Фарли. Я потрясен, что вы осмелились на такие намеки.

Он чопорно поджал губы, озорно мерцая глазами.

Кейт старалась не смотреть Джеку в глаза. По его вине она чувствовала себя очень глупо. Он прекрасно знал, что после их предыдущего обсуждения ее гардероба она неминуемо решит, что вещи прислал он. И тут ее осенило, что, возможно, Джек и не делал этого собственноручно, но, наверняка, именно он надоумил бабушку на сей благотворительный жест.

– Но я не могу…

– Надеюсь, вы не усмотрите ничего бестактного в том, что пожилая леди приобрела какую-то мелочь для дочери своей крестницы? – прервал он Кейт холодным голосом. – Ее личная портниха сшила их по меркам, снятым Смизерз с вашей старой одежды.

Кейт и не подозревала, что леди Кейхилл взяла на себя столько хлопот. Она почувствовала некоторое замешательство, и все же ей не хотелось уступать, пока Джек вот так давил на нее.

– Нет… но… всего этого слишком много… слишком щедро…

Лицо его застыло, глаза потеряли свой блеск.

– Поймите, мисс Фарли. Эти вещи от моей бабушки, и вы можете их принять и примете!

Кейт пришла в негодование от его тона.

– Вы не имеете никакого права указывать, что мне принимать, а что нет.

– Мне это безразлично. Вы очень меня обяжете, если в течение получаса появитесь в одном из этих платьев.

Боже! Девчонка упряма до безумия.

– И не подумаю, – вызывающе ответила Кейт. – Я возмущена вашими властными манерами, сэр, и хочу предупредить, что не стану носить эту одежду.

Он сделал в ее направлении два угрожающих шага, и она метнулась подальше от него.

– Послушайте, мисс! Вы будете носить новую одежду и сожжете старую!

– О, в самом деле? – она скорчила гримасу.

Джек вынул из кармана часы и взглянул на них.

– Через полчаса вы предстанете в одном из этих платьев, или…

– Или что?

– Или, мисс Кэтрин Фарли, я приду сюда и сам вас одену.

Яростный блеск его глаз подсказывал, что он вовсе не шутит.

Она сморщила носик.

– Вы не посмеете!

– А вы проверьте, мисс! – рявкнул Джек. – У вас ровно полчаса.

И он покинул комнату.

Кейт надежно заперла за ним дверь и уселась на кровать. Он бросил ей перчатку, и, естественно, она ее подняла. Настало время Джеку Карстерзу понять раз и навсегда, что он ей не хозяин. Нет у него над ней никакой власти. Если она решила не носить эту одежду, то и не будет, и никакой властный, крупный и настырный мужчина ей не указ.