Чтение онлайн

Я забираюсь на дерево — крепость моих братьев, откуда мне всё видно. Я забираюсь так высоко, что меня никто не замечает. Здесь я снова становлюсь невидимкой, как тогда, когда чудовище заглянуло мне в глаза.

— Несси! — Кто-то зовёт меня, но я не хочу спускаться вниз. Я сижу на одеяле, которое оставили здесь мои братья, и держу в руках игрушку из «Звёздных войн», которую нашла в углу.

— Несси! Зайди внутрь! — Зовёт дядя Антонио, но я прячусь. Его голос громкий и пугающий. — Ванесса, это не смешно. Где ты? Сейчас они все зовут меня, но раньше им было всё равно, где я, лишь бы я не путалась у них под ногами. Не обращая на них внимания, я закрываю глаза и прячусь, потому что боюсь, что внизу могут быть другие монстры.

На улице становится прохладно, и небо начинает окрашиваться в светло-розовый цвет, словно пришло время ужина. В животе урчит, ведь сегодня я ничего не ела. Они перестали звать меня, кажется, они забыли обо мне. Спускаться по лестнице нелегко, подниматься было гораздо проще. Мои босые ноги утопают в сочной зелени газона, когда я бегу обратно к кухонной двери.

Войдя в дом, я открываю холодильник в поисках чего-нибудь перекусить. Урчание в животе становится ещё громче. Я достаю одну из сырных долек, которые мама хранит специально для меня, и кладу другую в карман. Из гостиной доносятся голоса, и я украдкой выглядываю из-за угла.

Там я вижу стариков в костюмах и свою тётю, которые тихо разговаривают. Монстров нет. Я вбегаю в комнату и сажусь рядом с тётей Лаурой.

— Где ты была, Несси, мы беспокоились, — говорят они.

— Я пряталась от монстра, — отвечаю я им, — на случай, если он вернётся за мной теперь, когда я больше не невидимка.

— Ванесса, ты видела человека, который это сделал? — Тихо спрашивает меня мой дядя.

— Да, я сказала ему, что я невидимка, и тогда он ушёл. Я увидела его рядом с папой, и он испачкал кровью мой игровой коврик. — Глаза моего дяди округлились, и он посмотрел на тётю и других мужчин в комнате.

— Ты говорила с ним, ты видела его лицо? — Повторяют они.

— Это было почти милое личико, совсем не такое, каким я представляла себе монстра, — продолжаю я, и они становятся все более обеспокоенными.

— Она свидетель, — шепчет тётя себе под нос. — Что, если они вернутся за ней?

— Я снова стану невидимкой, — говорю я ей.

— Антонио, мы должны забрать её отсюда, она не может остаться. Посмотри на всё это. Этого достаточно. Позволь ей поехать с нами и быть нормальной маленькой девочкой, — предлагает тётя.

В её голосе звучит испуг, и я кладу голову ей на колени. Я устала и проголодалась. Мне хочется спать, но они запретили мне спускаться по коридору в спальни. Тётя нежно проводит пальцами по моим волосам, и я закрываю глаза.

— Ты права. — Я слушаю, как они разговаривают, пока она играет с моими волосами, как делала моя мамочка.

ЛОРЕНЦО

Каждую ночь, когда я закрываю глаза, чтобы уснуть, я вижу её карие глаза и лицо, испачканное кровью. Я знаю, что моя семья будет преследовать её вечно. Если они когда-нибудь узнают, что она видела меня, то найдут и убьют её тоже.

Я должен был убить её, это была моя работа, но я не смог этого сделать. Что-то во мне сломалось, когда она назвала меня монстром. Она лежала в окровавленной постели своего брата и просила меня не убивать её. Не произнося ни слова, я согласился и не стал её убивать. Я оставил её там, прятаться среди трупов.

Я чудовище. Я знаю это, и весь мир это знает. Что бы я ни делал и ни говорил, эта девочка была права.

Это преследует меня, она преследует меня.

Вся Каморра в смятении из-за убийства Контини. Они все знают, что это были мы, но всё равно ведут себя разъярённо. Перестановки и смена власти дали моему отцу именно то, чего он хотел — всё. Теперь он правит балом, и ни у одного человека не должно быть такой власти.

Призрак маленькой девочки сводит меня с ума. Теперь, когда у моего отца есть то, что он хочет, я собираюсь попросить о том, чего хочу я. Он может отказать мне, но может и отпустить. Я никогда не узнаю, если не попрошу. Я назначил эту встречу с ним и теперь задаюсь вопросом, было ли это разумно.

— Лоренцо! — Приветствует он меня, хлопая по плечу, когда входит в клуб. Я подумал, что лучше всего сделать это на людях, где он не сможет сразу же убить меня. — Как дела, сынок?

— Чао, папа, — здороваюсь я, и он садится. Этот человек вызывает уважение, куда бы он ни пошёл, и персонал носится вокруг него, как мухи, чтобы сделать заказ.

— Ты хотел меня видеть? — Спрашивает он, любопытствуя, чего я хочу. Мне никогда раньше не приходилось договариваться с ним о встрече. Но сейчас все по-другому, это важно. Это моя жизнь, и я хочу иметь свободу распоряжаться ею.

— Да, мне нужно с тобой поговорить.

Он поднимает глаза от своего кофе и ставит чашку на стол. Я никогда раньше не просил о чем-то подобном, всегда просто выполнял приказы. До сегодняшнего дня я никогда не требовал чего-то для себя.

— Говори, — приказывает он.

— Я буду говорить, если ты пообещаешь выслушать. Не злиться, а просто слушать, пока я не закончу.

Он уже выглядит недовольным, и это не самое лучшее начало.

— Я не даю обещаний, которые не собираюсь выполнять, Лоренцо. Говори, что тебе нужно сказать, — говорит он, сложив руки на груди.

Моя уверенность в себе пошатнулась. Возможно, это не самая лучшая идея, но я хочу этого.

— Я подал заявление на юридический факультет и поступил, — говорю я, и его плечи слегка расслабляются. — В Америке, точнее, в Чикаго.

Он делает глубокий вдох и задерживает дыхание. Ждёт, пока я закончу, готовый взорваться, как боеголовка.

— Если я получу там юридическое образование, мы сможем открыть агентство и использовать мою практику для вывода денег из наших типографий в Неаполе. Я могу защищать наших людей, наших мужчин, по всему миру, если мой план сработает так, как я хочу.

Он не произносит ни слова. Он думает об этом, и это больше, чем я ожидал от него. У меня есть ответы на любые вопросы, которые он может мне задать. Я спланировал всё до мелочей. Но чтобы всё получилось, мне нужно поступить в колледж. Я должен забыть о том, что я убийца, и стать оружием в зале суда.

— Это то, чего ты хочешь? — Спрашивает он, когда я на мгновение замолкаю. — Сбежать от своей семьи, бросить меня? — Он недоволен, но пока не сказал «нет».

— Я бы не оставил тебя. Я бы укрепил семейные узы по всему миру, создав условия для роста. То, что меня не будет в Неаполе, не означает, что я тебя бросаю.

В глубине души я знаю, что это не так. Я хочу быть как можно дальше от него и от этой жизни.

— Ты убийца, вот чем ты занимаешься. Почему так? — Спрашивает он меня, и я не уверен, пытается ли он понять или ищет причину, чтобы сказать «нет». — Ты не юрист, так что же заставило тебя захотеть им стать? — Теперь он давит сильнее.