Чтение онлайн

«Воровского». Логотип читается как «Вор»: тут каждый задумается…

С этого дня наши дороги разошлись – я бросился с головой исправлять положение с отметками, а он сделал иной выбор: джинсы из его гардероба с кроссовками в одночасье исчезли, а им на смену пришли… телогрейка, спортивные штаны с лампасами, уродливые ботинки «прощай, молодость» и шапочка с помпоном. Я с удивлением все это окинул взглядом и ничего не сказал – просто не понял тогда, что это значило и почему этим надо гордиться. Вскоре, кстати, выяснились и другие «фешн»-предпочтения пацанов из группировки – во-первых, им явно не нравились те, кто носил пальто (а я как раз носил пальто зимой до 8 класса!), а во-вторых – в 1982 году в наших магазинах начали продавать оригинальные зимние шапки из замши с длинными ушами и натуральным мехом: так они их тут же окрестили «чушпанками» или «пидорасками». Носить такие шапки было чревато во всех отношениях – их могли сорвать с головы и закинуть куда-нибудь: поэтому мы все их сначала приобрели, а потом… спрятали в дальние углы кладовки. В тот же «нестандартный разряд» относили и все вязаные шапки сложной конфигурации – исходя из этого, возникают вопросы к создателям сериала «Слово пацана»: уж больно их персонажи одеты «разношерстно» – многие шапки и элементы одежды явно не подпадали под «дворовый кодекс» тех лет.

Правда, были примеры иного рода – в тот же год в казанские магазины поступили зимние полушубки из грубой ткани: их тут же «одобрили» на районе – брат купил себе полушубок подороже, с натуральным мехом, а я – подешевле, с искусственным. Конечно, ничего эстетского в этих полушубках не было – по сути, еще одна форма эволюции той же телогрейки, но зато они ни у кого не вызывали вопросов. Я в этом тулупчике призывался в армию – и, добравшись до части, отдал его прапорщику на хознужды, справедливо полагая, что после армии начну «новую жизнь»…

Зимние ботинки «прощай, молодость» – в простонародье «прощайки» – являлись самой дешевой обувью в казанских магазинах, дешевле были только галоши. Одно время они лежали мертвым грузом на прилавках, но к 1981 году неожиданно превратились в дефицит – их скупали участники группировок! Это было основано на трезвом расчете – за порванные «прощайки» родители ругать не станут, в них также можно довольно быстро бегать по снегу и льду, да к тому же они были довольно теплые – из обработанного войлока. Пацаны надевали их с шерстяными носками, поэтому брали всегда на размер, а то и на два больше.

Шапочка с помпоном: привет из 80-х!

То же самое касалось и ватников – их бесплатно раздавали отцам на стройках, они подчас бесхозно валялись в кладовках и на дачах: никто не стал бы ругать за порванную телогрейку. А насчет смешной шапочки с помпоном, то мне объяснили это так – если тебя преследуют (в ходе разборок или при милицейских задержаниях), то инстинктивно схватят не за воротник, а за… помпошку на шапке. Шапка слетает и остается в руках преследователя, а ты в это время успеваешь убежать.

Эта же логика касалась и коротких стрижек в стиле полубокс – схватить тебя за длинные волосы легче всего, а с короткой прической шансов вырваться у тебя гораздо больше. Да и к тому же если тебя посадят за хулиганство, то и стричься не надо: в школе ничего и не заметят. Правда, вот этот «тренд» на бритую голову Альберт не принял категорически – с прической в стиле группы Smokie, конечно, пришлось расстаться, но до конца своих дней он коротко не стригся.

Даже рассекать по своему району надо было в особой манере – чуть вразвалочку, с расправленными плечами, сжатыми кулаками, выворачивая слегка стопы в сторону. Я одно время решил перенять эту манеру, чтобы банально не выделяться – тренер увидел мою «гопниковскую» походку и наорал на меня: «Ты спортсмен или кто? Чтобы я такого позора больше не видел…» Даже сейчас я ловлю себя на мысли, что контролирую постановку стопы при ходьбе, чтобы четко и параллельно – как просил мой тренер. А у Альберта вообще была своя «персональная» походка, выработанная дурацкой привычкой с детства – мы часто пачкали штаны, когда сидели на бордюрах или на грязных лавках, и у него появился «инстинкт»: при начале движения бить открытыми ладонями себя по бокам, как будто сбивая грязь – так он и ходил потом всю свою жизнь! Только я понимал, откуда взялась эта странная манера.

Сидение на корточках с сигаретой в руках появилось в те же годы: на мой взгляд, это поветрие пришло с зоны – казанские пацаны это подхватили повсеместно, но всего лет на пять, не больше. Кто мог знать, что через несколько десятилетий эта манера возродится в… просвещенных европейских столицах: например, финны называют такую манеру slaavikyykky – то есть «славянские корточки». В 2014 году весь Интернет был заполнен задумчиво сидящими в «позе гопника» в самых неожиданных местах: на автобусных остановках, в ресторанах и барах – и даже на крышах домов! В России «мода на 90-е» пришла еще через десять лет – в самых разнообразных формах.

Сериал «Слово пацана» показал «танец гопников» 80-х, что породило настоящий флешмоб не только в России, но и по всему миру – нехитрые, но энергичные движения в громадном круге на дискотеках производили устрашающее впечатление. По сути, это был даже не танец, а определенный ритуал «для своих» – мало кто сейчас вспоминает о том, что иногда в этот круг затаскивали какого-нибудь пацана с другого района или «чушпана», а потом просто били его. Вот поэтому и круг, из которого просто так не вырваться, вот поэтому эти движения, как в виртуальной драке!

Культурным центром гопников на «Грязи» был, конечно, практически бесхозный клуб льнокомбината – «Льношка», как его ласково называли и называют до сих пор. Многие вспоминают дискотеки в «Льношке» с грустной ностальгией, но я, честно говоря, на этих дискотеках никогда не был – да и что мне было там делать без норковой формовки и великолепного мохерового шарфа? И то и другое в те годы стоило на толкучке (рынке для спекулянтов) в размере среднемесячной зарплаты по стране – минимум 100–120 рублей. Соответственно, те, кто мог позволить себе такую покупку, практически не расставался с этими «артефактами успеха»: даже в ресторанах сидели в шарфах и формовках (это цельная меховая шапка без ушей), не говоря уж о дискотеках. Если на формовку не хватало денег, то покупали обычную меховую ондатровую шапку – она тоже считалась достаточно престижной.

Когда Альберт избил какого-то парня до полусмерти на дискотеке и снял с него мохеровый шарф, то в оправдание своего поступка он не нашел ничего лучше, как сказать: «Да он «чушпан» вообще! Не имел он права такой шарф надевать!» Так он получил первую условную судимость.

Дальше должно было последовать исключение из школы, но директор не хотел этого. Уже было готово решение, что «класс и комсомольская организация берут его на поруки». Это предложение должен был озвучить я, как комсорг класса, но я выступил не по сценарию – сказал, что брать его «на поруки» мы не будем. Впрочем, мое высказывание никакого значения не имело – в школе его оставили, и с этого момента мы стали врагами.

Каждый день напряжение нарастало – класс в основном молчал, никто не хотел вмешиваться. Кто-то просто боялся связываться с Гараем, как его в основном все называли, а кто-то уже начал поддерживать его во всем. Я понимал, что дело пахнет дракой – проблема была только в том, что драться я не умел. Побить все рекорды школы по бегу, участвовать во всесоюзных соревнованиях, выиграть первенство города по кроссу – это пожалуйста, но драться мне не доводилось.

Однажды он, ухмыляясь, подошел ко мне на перемене и поднес зажженную зажигалку к моему лицу – я не выдержал и схватил его за горло: «Разберемся сегодня после уроков?..»

Слух о «битве века» быстро разлетелся по школе – все дело в том, что это была не просто драка, а противостояние идеологий: немало ребят и в нашем классе, и во многих других не поддерживали группировки, обходили гопоту стороной – занимались творчеством, спортом, читали книги и участвовали в школьных олимпиадах. А кто-то просто из страха сохранял малодушный нейтралитет (авось меня не тронут!). Это касалось не только пацанов, но и девчонок тоже – каждый делал свой выбор: или быть дурочкой в компании «авторитетных друзей», или быть гордой девчонкой, понимающей, что хорошо, а что плохо. Одни девчонки хотели быть «своими в доску» в компании, а другие жили в соответствии с воспитанием – здесь тоже проходила своя «пограничная полоса». И жить, не изменяя себе, не подчиняясь стадной философии, было очень непросто, а иногда даже опасно! Вот что современная молодежь, увлеченная флешмобами в стиле «Слова пацана», должна знать о том времени в первую очередь.