Чтение онлайн

Благо с ним была его мать, которая в своей памяти перенесла с Земли чертежи роботов, по которым он смог создать идеальный сосуд.

Марионетка сидела в карете напротив Виктора и Луны, разглядывая свои руки, потому что Иггдрасилю пришлось отсечь почти всю ману, поступающую в тело, и сосредоточить её лишь в глазах и мышечных волокнах, сделанных из разных растений.

Хотя из-за этого жизнь марионетки была чрезвычайно коротка и составляла всего лишь десять или двенадцать часов, но только так удалось сохранить тонкий баланс, позволявший не привлекать к себе внимания особо чувствительных к энергии древа рас.

Виктор, одетый в привычный мундир, сидел, скрестив руки на груди, рядом с Луной в зелёном платье, разглядывая мальчика.

Подумав об этом существе, которое являлось сердцем жизни этого континента, он никак не мог понять, почему тот так хочет в школу.

Вспоминая своё детство, лорд точно знал, что не хотел бы вновь попасть в учебное заведение, потому что не любил их уже с первого класса.

— Игги, почему ты хочешь в школу? — обращаясь уменьшительно-ласкательным прозвищем, данным древу Луной, спросил он.

Мальчик, оторвавшись от созерцания своих рук, которые положил на колени, и глядя бирюзовыми глазами на одноглазого мужчину, произнёс то, что действительно могло шокировать кого угодно.

— Там есть девочка, с которой я хочу подружиться!

Виктор приподнялся с места и удивлённо посмотрел на супругу, которая была удивлена не меньше, так как понятия не имела, что её ребёнок уже имел романтические чувства в таком возрасте.

Однако лорд, в отличие от неё, скорее был горд тем, что у него рос мужчина, и с улыбкой на лице приблизившись к ребёнку, заговорщицким тоном спросил:

— Кто она? Отец может тебе дать пару советов!

Иггдрасиль, снисходительно посмотрев на Виктора, пренебрежительно ответил:

— Не думаю, что хочу получать советы от человека, у которого столько жён. Она мне нравится как друг, но, если захочу чего-то большего, точно не буду спрашивать у того, кто не может выбрать только одну и женится на всех красавицах, которых встречает.

Луна рассмеялась настолько громко, что её, наверно, было слышно по всему городу, а Виктор, хватая воздух ртом, уже был готов с кулаками наброситься на мальчика, который так невозмутимо оскорблял его, после чего придвинулся ближе и, ругаясь, протянул к нему руки со злобной улыбкой.

— Ах ты, недоносок! Так вот что ты думаешь, да?! Да?!

Схватив его за мягкие щёки, он, потянув их в разные стороны, стал ругаться на ребёнка, пока его жена, с трудом сдерживая смех, пыталась разнять отца с сыном.

Тем временем экипаж остановился, и снаружи послышался голос Кирана:

— Ваша светлость, мы на месте!

Лорд, с трудом сдерживаясь, отпустил ребёнка, который недовольно смотрел на него потирая щёки, а затем, поправив свою одежду, открыв дверцу, вышел наружу, где сразу оказался перед учителями и директором, построившимися вдоль дороги у входа в школу.

На улице перед «Дворцом знаний №1» собралось невообразимое количество людей.

Зная, что в школу поступает ребёнок герцога, сюда стекалось больше всего жителей и гостей Балтес.

И простолюдинам, и аристократам было интересно, правдивы ли слухи о том, что ребёнок дворянина пойдёт в школу с обычными людьми.

На самом деле, даже в Ширано существовало разделение, пусть и неявное. Дети знати старались не пересекаться с чернью, чтобы не запятнать свою репутацию, поэтому селились только друг с другом, даже если было некомфортно.

У герцога, в свою очередь, были возможности также отделить своих детей и нанять учителей, которые с радостью приедут из любой точки континента, лишь бы стать наставниками отпрысков Виктора.

Именно поэтому было странно видеть, что ребёнок одной из самых таинственных жён лорда, сумевшей за мгновение сдружиться с королевой и стать её лучшей подругой, пойдёт учиться в школу с другими детьми.

Лорд протянул руку назад и помог выйти Луне, а следом Иггдрасилю, с чьим появлением вся площадь набрала воздуха в грудь, потому что он выглядел поистине милым.

Его мать при создании марионетки сделала всё, чтобы тот выглядел так, как она хотела, и теперь его сложно было отличить от очаровательной девочки, которую каждый бы хотел удочерить.

Одетый в чёрные ботиночки, чёрные брюки и синюю кофту без рукавов поверх белой рубашки, ребёнок с волосами цвета пылающего огня в одно мгновение стал любимцем всех женщин на площади.

Даже директор школы по имени Мила, являвшаяся одной из учениц Ротмайера, с трудом сдержала эмоции при виде этого мальчика и, поклонившись, первой поприветствовала гостей.

Вскоре опомнившиеся в толпе люди также поклонились герцогу, а когда их призвали опустить формальности, они стали шумно обсуждать увиденное.

Однако в толпе находился человек в робе мага с покрытой капюшоном головой, который не был впечатлён герцогской семьёй, и первое, что он сделал, как только увидел Виктора, тут же покинул улицу, юркнул в переулок, где, достав кристалл, произнёс:

— Герцог вернулся в Балтес. Не знаю, когда… — он не успел договорить, когда почувствовал у своего горла нож, а следом обнаружил трёх людей в капюшонах, спрыгнувших с крыш домов поблизости.

Один из них сурово обратился к нему:

— Не делай глупостей, и останешься жив!

Мужчина с кристаллом в руках стиснул зубы, после чего из его рта полилась пенящаяся кровь, и он замертво рухнул на землю.

Стоявшие вокруг скинули свои капюшоны, демонстрируя лица агентов тайной стражи, которые охраняли семью Виктора.

Капитан этого отряда по имени Лорин убрал кинжал в ножны за спиной и, присев на корточки, начал обыскивать тело, при этом разговаривая со своими подчинёнными.

— Кто эти ублюдки? Уже шестой только в Балтесе. Торун говорит, в герцогстве их уже двенадцать поймали, а они всё продолжают лезть!

Он негодовал, потому что никак не могли поймать ни одного из них живым.

Самый близкий к поимке был схвачен Звёздным магом, но после того, как извлекли капсулу изо рта, тот всё равно умер, как выяснил потом, из-за печати некроманта на их сердцах, которая активируется, если человека подавляет аура, превосходящая её.

Только те, кто являлся их уровнем, не приводили к активации, но они не могли поймать их живыми.