Чтение онлайн

— Спасите! Убивают! — заорала Софья, но немногочисленные свидетели лишь прятали глаза и старательно делали вид, что их тут нет. Уходить, к слову, тоже не спешили: не каждый день такой цирк увидишь, чтобы одна боярыня на другую с топором бросалась, а та её застрелить хотела.

— Мила, спускайся! Разговор есть, — приказал я и, зайдя в особняк, запер двери.

Девушка, стоило переступить порог, обмякла и перестала сопротивляться — то ли обломала ногти о мою каменную кожу, то ли наконец поняла, что вырваться не получится. Впрочем, это меня сейчас волновало меньше всего. На повестке дня был вопрос куда более серьёзный.

Надо отдать должное, Милославе хватило одного взгляда в мою сторону, чтобы отложить топор, сложить ладошки и изобразить полный обожания и послушания взгляд. Якобы готовый к любому наказанию. София, которую я бросил в кресло, тоже притихла, боясь лишний раз дышать.

— Итак. Давайте по порядку. Ты хотела убить свою мать, которая о тебе заботилась последние годы, потому что думала, что она тебя… не отпустит замуж?

— Она отца убила! Заколола в ритуале, который не подействовал! И меня там же прикончила бы! — горячо выпалила девушка.

— Неправда! Я бы никогда! — быстро ответила Милослава. — Супруг был тяжело болен, ещё с компании десятого года. Ранения не давали ему покоя. Спать не мог, ел через силу, жить не хотел… это было его последнее желание! Жизнь за жизнь! И оно сработало!

— Ты убила отца почти месяц назад, тварь! А этот три дня как ожил!

— Потому что магия крови сильная, но медленная! — ответила жрица.

— Вот! Не сработало бы, и я стала бы следующей! — горячо воскликнула Софья. — Она фанатичка! Сумасшедшая!

— Ну, конечно, сумасшедшая. Верю в царевича страстотерпца, что в виде статуи стоит, и должен весь мир спасти, — победоносно улыбаясь, ответила Милослава и посмотрела на меня. — Может, я где и перегибала, бывало. Но я искренне, всей душой и телом предана только вам, наш долгожданный господин!

— Ну, надо признать, что я очнулся, — поморщившись, проговорил я. — Но вряд ли это связано лишь с одним жертвоприношением…

— Я каждый год приносила, как только возможность была! — тут же заверила Милослава. — Когда ягнёнка, когда порося, а в прошлом — бычка.

— А потом и до людей дошло, — хмыкнул я, понимая всю неоднозначность ситуации. Хотя какая, к чёрту, неоднозначность? Она убила человека, имея на руках лишь слабую надежду на то, что свершится чудо.

Психованная фанатичка, с горящими глазами. Но… это моя психованная фанатичка. И единственная, в ком я могу быть уверен на двести процентов. Скажи я ей, чтобы она вырвала себе сердце, уверен, сделает.

Вторая — просто малолетняя дура, которая напридумывала себе сказку и готова была отдаться первому встречному. Есть ли в этом её вина? Безусловно, всё же она не ребёнок. Была ли у неё возможность поступить в этих обстоятельствах иначе? Учитывая, что она верила Войцеху и думала, что мамочка скоро растянет её на статуе и прирежет…

— И что мне с вами обеими делать? — вздохнул я, сев прямо на пол.

— Всё, что вы решите, господин! Я приму любой ваш приказ, — с готовностью ответила Милослава и зыркнула на Софью. — И она тоже.

— Угу, потому что ей деться некуда. Софья, ты хоть понимаешь, что сбеги ты сегодня, скорее всего, уже утром была бы мертва? — посмотрел я на сжавшуюся в кресле девушку. — Вот, вроде до тебя начинает доходить. Увы, слишком медленно. За то, что ты натворила, за те жизни, которые загубила, тебя, по-хорошему… надо по-плохому. Да толку с этого не будет.

— Можно её выпороть, — предложила Милослава. — Розгами.

— А если ей понравится, что тогда делать будем? — подняв бровь, спросил я. — Нет, так просто она не отделается. Всё, что натворила, искупать придётся. Трудами и потом. И сколько у тебя времени на это уйдёт, и что выйдет… Вопрос большой.

— Я готова уехать немедля. Ничего мне от вас не надо, ничего с собой не возьму.

— Назло мачехе поеду в лес, чтобы меня изнасиловали и отдали волкам. Очень разумно, — буркнул я, и девушка залезла в кресло с ногами, обняв колени. — Трактор куда дели?

— Войцех продать должен был, — глухо ответила Софья.

— Ладно, что с тобой делать, решим позже, — сказал я, поднимаясь, и вышел на крыльцо позвать охотника: — Егор, иди-ка сюда. С барыней мы обсудили. Расскажи-ка мне, мил человек, где вы реально машину дорогущую оставили?

— Так, часах в трёх ходу, ваше благородие, — бодро ответил он.

— Три на семь, хм, может, и за полчаса доедем, — кивнул я, посчитав в уме маршрут. — Собирайтесь, поедем добро возвращать.

— Не боитесь, господин, что они вас в спину ударят? — заботливо спросила Милослава. — Как бы ещё больше не учудили.

— Если такие дурни найдутся, то им на этом свете точно делать нечего, — спокойно ответил я. — К тому же они ведь приказы выполняли. Хоть должны были прежде головой подумать, а потом фигню творить.

— Я ей всыплю, по первое число, не переживайте, век помнить будет!

— Нет. Как наказать решим позже, но бить её уже не вариант. Слишком здоровая кобылка, только злобу затаит, — покачав головой, сказал я. — Лучше подумай, как её иначе можно наказать, так чтобы польза была. Что она вообще умеет, где может свои таланты применить?

— Да какие у неё таланты? Только перед зеркалом прихорашивается да парней деревенских дразнит, жопой вертит. Удивительно, как вообще девственность до сих пор сохранила, — фыркнула Милослава.

— Сохранила? — удивился я. — В восемнадцать лет? Это прямо умудриться надо было при такой стати и характере. Ну да ладно. Как приеду, разберёмся.

— С чем? А… — протянула неопределённо Милослава, но я так и не понял к чему. — Ну если мало, молоденькой хочется… как прикажете.

— Чего? Потом разберёмся, как вернусь. Пока надо технику вернуть, — отмахнулся я и пошёл к бронемобилю, вокруг которого собрались охотники. — Все не нужны, да и не влезете вы. Беру только троих. Проводника, кочегара и замыкающего, чтобы назад смотрел.

— А остальные как же? — не понял моего манёвра Егор.

— Остальные мне только мешать буду, — ответил я, садясь за баранку. — Дорогу запомнил?

— Так чё её запоминать? Али-Ахмет в бывших Дальних Выселках сидит, — чуть помявшись, ответил охотник.

— Али? И сколько с ним людей?

— Так это. Четыре раза по десять, — почесав в затылке, ответил Егор.

— Али-Ахмет и сорок разбойников, — хмыкнул я, заводя двигатель и дожидаясь, пока он наберёт обороты. — Подкидывайте уголь, прокатимся с ветерком.