А я не знаю, где она,Та золотая середина,Которая для всех единаИ потому всегда верна.Мне только крайности нужны!Не закричу, не буду плакать,Когда я буду в пропасть падатьИз поднебесной вышины.Я эти крайности свяжуСвоим, как ливень, зыбким телом,Хотя о том, как я летела,Камням уже не расскажу.И боль осмыслить не успев,Я в камень кану, чтобы сноваТянулся к облакам лиловымПаденья моего посев.
«Ну, нет! Мне хватит суток черных!..»
Ну, нет! Мне хватит суток черных!Коли не хочешь – не цени.Так долго я, как кот ученый,Жила на золотой цепи.Цепь эту порвала я смело,Покорность прогнала с лица,А позолота облетела,Как с одуванчиков пыльца.
«Да, я неважно выгляжу…»
Да, я неважно выгляжу,Я похудела очень,Но все же блузку выглажу,Линялую, как осень.Мне в туфельках поношенныхИдти твоей тропою,Чтоб молча, как прохожая,Увидеться с тобою.Где слово то – заветное,Где песня та – заветная?..Я, в общем, незаметная,Но ты заметь,Заметь меня!
«Ветер пел песни…»
Ветер пел песни,Наполненные тобою,Он пробегал, как по струнам,По смерзшимся проводам.Но песня, коснувшись сердца,Вдруг обрывалась болью…Хочешь – тебе эту песнюСегодня в подарок отдам.Я видела сны о счастье,Когда земля улыбалась,Когда не бывали ложьюПоступки твои и слова,Я видела сны о счастье,Которое не сбывалось…От этих снов безнадежныхБолит по утрам голова.Город уснул и ветер.Я песен больше не слушаю,Не сплю, чтобы снов не видеть,Не сплю, чтоб не верить им.Я до утра шагаюЗамерзшими, скользкими лужами…Но город меня обступаетНемым отраженьем твоим.Куда от тебя укрыться?Куда от тревоги деться?Какую выбрать дорогу?Которую ты не топтал?И как, возвращаясь к жизни,Вычеркнуть мне из сердцаВсе небылицы, которыеСердцу ты нашептал?Я знаю, что сны не сбываются.Но я до сих пор не верю,Что сказки порою кончаютсяПобедой зла над добром.Иней на ветках курчавится.Я открываю двери —Земля предо мной расстилаетсяЧистым своим серебром!
«Я сохраняю письма прежних лет…»
Я сохраняю письма прежних лет…Уже давно конверты пожелтели,И бесконечно опоздал ответ,И даже память замели метели.Их редко я рискую перечесть,Совсем иное чувствую волненье.Ты – прошлое. Но ты на свете есть,Хотя ушел в другое измеренье.Теперь не знаю я, как ты живешь,Твой образ потускнел, как день вчерашний,И старых писем искренняя ложьМне кажется теперь совсем неважной.Обиды в сердце не таю, поверь,Сейчас иные у меня заботы,И если бы ты постучался в дверь,Наверно, я не поняла бы, кто ты.Чужой, не оставляющий следаНи в сердце исцелившемся, ни в доме…Я лишь читаю письма иногда,Как смотрят фотографии в альбоме.
«Слова, какие-то слова…»
Слова, какие-то словаМеня всю ночь одолевалиИ в буквенные кружеваМеня уныло одевали.Как вымученный отрядПеред решающим сраженьемИли бессмысленный обрядС кровавым жертвоприношеньем.Они всосали часть меняДвижением едва заметным,Чтобы рассыпаться, звеня,Немелодичным звоном медным.И были слаще всех сластей,И были горше всей полыни…Но ни ошибок, ни страстейНе ведают они поныне.Они – лишь следствие причин,Они правдивы лишь отчасти,Недаром в горе мы молчимИ часто говорливы в счастье.
«Можно сжечь за собой мосты…»
Можно сжечь за собой мосты.Путь один бывает – вперед!Счастлив тот, кто без суеты,Без сомнений мосты свои жжет,Говорит: это пройденный путь,Можно разом его зачеркнуть.Надо мною солнце парит,Подо мной дорога пылит…Ну а если сердце болит —Ничего забывать не велит?!Словно кардиограмма лет,Беспристрастна память моя,Как хранилище кинолент,Беспристрастна память моя.Как без памяти жить?Как мне с памятью жить?Все сожгла. Посреди пустотыМельтешит половина меня,Уцелевшая от огня…Очень трудно сжигать мосты.
«Приходи!..»
Приходи!Больше я без тебя не могу.Приходи!Хоть минутной любовью порадуй.Ненавижу я ложь.А захочешь – солгу,И поверю сама я,Что ложь – это правда.Все толкуют о гордости.Что мне она?!Все советами мне помогают благими…Пусть же гром прогремит!Ведь нужна тишинаЛишь музейным,Закованным в мрамор богиням.Скрипнет дверь,Скрипнет снег,И луна промелькнет…Стану очень болтливой,Потом онемею.Ах, как краток,Ах, как ненадежен полетИз вчерашних газетСмастеренного змея.Ты меня обругай,Ты меня расхвали…Я не знаю, о чем,Но прошу и прошу я…Пять секунд остаетсяДо мерзлой земли,А в бумажный полетНе дают парашюта.Я сама себе суд.Ты меня не суди.Я сама себе зло,И не надо добра мне.Зная все наперед, говорю:– Приходи!Приходи.Хоть минутной любовью порадуй.
«За окном шелестит намерзшийся ветер…»
За окном шелестит намерзшийся ветер,Будто просит: «Пустите погреться!»Шепчет вьюга обрывками бабьих сплетен,От которых некуда деться.Ну пущу я тебя,Ну открою окно,Все равноДавноВ целом домеТемно.Холод прячется по угламИ скользит по моим губам.Ты шершавой рукою щеки коснешься,Снимешь с плеч пуховую шаль…И мятежный,Тоскующий,В сердце ворвешься.Мне тепла для тебя не жаль!Но уйдешь,УнесешьТы мое тепло,А потомПостучишьВ другое стекло.И тепло отдамЯ чужим губам,Не заплакать,Беды нежданной не скрыть.Нет!Окошко тебеНе могу открыть…
«Словно к двери забытого терема…»
Словно к двери забытого терема,К вам трава заросла без следа…В расплодившихся травах затеряныМуравьиные города.Не корпели всю ночь над проектамиВ красноватой бессоннице глаз —Муравьиные архитекторыПо наитию строили вас.И хозяева ваши до старостиКаждый прутик в свой город несли,Тлели в вас муравьиные страстиВ тесноте муравьиной земли.Засыпали вы в день непогожий.Долог сон муравьиный без снов…Ах, как люди порою похожиНа обычных лесных муравьев!
«Не уходи, любовь, повремени!..»
Не уходи, любовь, повремени!Еще тебе не все я песни спела,Еще не перешла того предела,Где чувства зябкой осени сродни.Да, стала я спокойней и мудрей,Но никогда расчетливой не буду,Любви твоей обрадуюсь, как чуду —Цветку среди заснеженных полей.Теперь я на признания скупа,Но говорят глаза мои немало.От сердца к сердцу через перевалыСтремится понимания тропа.Страданье одолеть, но вновь страдать,Знать все ответы, но творить ошибки,Во имя той единственной улыбки,Которая любви моей под стать.И повторять тебе стыдливо: «Да»,И понимать неразличимый шепот,Чтоб, несмотря на горький женский опыт,Девчонкой оставаться навсегда.
Семен Данилов
(1917–1978)
(перевод с якутского)
Золотая осень
1
Пожухлые листья опять сметены,За ветром холодным несутся…Но даже весною снега сединыНа наших висках остаются.Как конь, что промчался уже и забыт,Веселая молодость наша,Но слышится, слышится топот копыт,Живой, молодой, неуставший.И, зубы сжимая, рванулся геройВ кровавую гущу сраженья.Победа порой, пораженье поройИ вечное людям служенье.Бубенчика звон под дугой рысака,Копыта, стучащие градом,Мне слышатся, слышатся издалека,Из-за пригорка, из-за леска,Как будто бы все еще рядом.