Чтение онлайн

Ребенку, существу неискушенному, Корчак даровал прощение авансом. Прощение создавало условия дляначалатрудной внутренней работы. Для Корчака было очевидным, что прощение много эффективнее, чем наказание и порицание. Однако Прощение не принимается обыденным сознанием — ведь оно требует больших душевных усилий. «Я понимаю и прощаю, но люди и мир не простят»5, - с грустью писал Корчак.

Справимся, что говорит о Прощении Словарь библейского богословия: «С точки зрения человеческой и юридической прощение не может быть обосновано. Не должен ли Бог святый проявлять Свою святость и справедливость (Ис 5.16) и поражать тех, кто презирает Его слово (5.24) — Но сердце Божие — не сердце человеческое, и Святый не хочет уничтожать (Ос 11.8сл.); Он хочет не смерти грешника, а его обращения (Иез 18.23), чтобы даровать ему Свое прощение; ибо «Его пути — не наши пути» и «Его мысли — не наши мысли», он выше их, как небо выше земли (Ис 55.7)»6.

Так ли необычно прощение для детей? Думается, оно естественно для них и является одним из регуляторов их жизни. Корчак пишет об этом: «Ребенок простит: обидится, рассердится, а подумает и очень часто доверчиво принимает вину на себя» (…), братья и сестры часто добровольно уступают и прощают. Мы слышим жалобы и споры, но насколько больше прощений, уступок, помощи, заботы, услуг, уроков, глубоких и красивых влияний!»7.

Куда же исчезает эта способность прощать во взрослой жизни? Она уходит — и с нашей помощью! Это взрослые вырабатывают у детей иной стереотип, присущий взрослому обществу.

Из воспоминаний Светы 3. (6–7 кл.): «Очень хотелось наказать, но Кодекс не дает».

Обратимся еще раз к Библии. «Он (Иисус) учит, что прощение Божие не может быть дано тому, кто сам не прощает, и что нужно просить брата своего, чтобы просить прощение у Бога (…) эту истину (Мф 23–35), на которой Христос так настаивает (6.14 ел) и заповедует нам повторять ее каждый день, чтобы мы ее не забыли: «Отче наш» да должны искренно сказать, что прощаем»8.

Согласно Библии прощение — закон любви. «Но любовь, даже отвергнутая, сильнее греха (Ос 11.8); она прощает и дает Израилю новое сердце, способное любить (2.21 сл; Иер 31.3, 20, 22; Иез 16.60–63; 36, 26 сл)9. «Любовь не может поддаться унынию: ее закон — безграничное прощение (Мф 18. 21 сл; 6.12, 14 сл)10.

И еще, что прощая, можно творить заново. «Бог прощает обличающего себя грешника (Пс 31.5; ср. 2 Цар 12.13), отнюдь не желая его гибели (Пс 77.38), отнюдь не презирая его. Он творит его заново, очищая и исполняя радостью его сокрушенное и уничиженное сердце (Пс 50.10–14, 19; ср. 31.1-11); он неистощимый источник милости»11.

И у Корчака «прощать» и «любить» стоят рядом: «Нужно понимать друг друга, уважать, прощать и любить»12.

В товарищеском суде Корчака дети учились прощать. Из анкеты Юры С. (8 кл.). Вопрос: «Прощал ли ты потом других людей?» Ответ: «Прощал других. Суд дает тренировку, смягчает человека, показывает, что надо не только наказывать, но и прощать. Не озлобляет тебя. Суд — осмысление». Вера Е. (4, 5 кл.): «Жизнь состоит из прощений». У ребенка чувствующего, осознающего совершенный им проступок, сердце от этого проступка сокрушено и уничтожено. Прощением же оно очищается и наполняется радостью.

Это очень важно понять. Без этого не ясно, почему прощение механизм и защищающий (каяться больно) и созидающий (наполняющий радостью сердце и душу ребенка)? Осознание же позволяет меняться, нравственно расти.

Прощение одновременно снимает боль раскаяния и позволяет заново творить.

Из анкет. Вера Е. (4, 5 кл.). Вопрос: «Как ты думаешь, что дает прощенному прощение?» Ответ: «Облегчение, уверенность, что можно начать жизнь снова».

Юра С. (8 кл.). Вопрос: «Что давал суд детям? Помогал ли исправиться?» Ответ: «Если» приучал к осознанности, то приучал к покаянию, исправлению»13.

Корчак писал: «Мой принцип: «Пусть дитя грешит». Помни: «Ребенок имеет право солгать, выманить, вынудить, украсть. Ребенок не имеет права лгать, выманивать, вынуждать, красть. Позволь детям ошибаться и радостно стремиться к исправлению».

Однако этот принцип возможен лишь в таком детском обществе, где в основе отношений — прощение. «Если кто-нибудь совершил проступок, лучше всего его простить в надежде, что он исправится»14, - утверждал Корчак.

Сталкиваясь с детьми ежедневно, понимая, как сложен ах мир, Корчак руководствовался заповедью врача: «Не навреди». «Простить» — звучало у него как заповедь. «Простить», — потому что в этом случае есть надежда, что ребенок исправится. Таков главный вывод, к которому подвел нас Корчак.

Другой вывод состоял в том, что прощение способствует пробуждению воли к исправлению, самовоспитанию, закреплению навыков. Но послушаем детей.

Из анкеты Юры С. (8 кл.). Вопрос: «Что давал суд детям?» Ответ: «Я не осознал бы плохое или хорошее. Есть и ладно, а здесь понимаю. Надо заниматься не хирургией, а терапией. Не лечение, а предупреждение. Суд — осмысление».

Дети сравнивали воздействие на них наказания и прощения. Наказание несет боль, страх, обиду, вызывает отрицательные эмоции. Те в свою очередь блокируют осмысление проступка, осознание конфликта, конструктивного выхода из него.

Из воспоминаний Лены X. (4–5 кл.): «Наказание вроде отработал и вроде чист и могу сначала». Как тут не вспомнить Достоевского: «Наказание освобождает от мук совести».

Прощение не разрушает, а укрепляет дух.

Мария 3. (8 кл.): «Я не видела обиженных. На кого подавали в суд, они не обижались»; Наташа М. (7–8 кл.): «… нет попытки избежать суда, нет ощущения, что остались обиды на тех, кто на них подавал в суд».

Прощение создавало условия для решения конфликтов.

Вера В. (4–5 кл.): «Уже не хочется драться. Так и знай, я напишу на тебя в суд, так говорили, и — это снимало агрессию, эмоциональную перегрузку».

Наташа М. (7–8 кл.): «Любой конфликт решать не мордобоем, а через прощение. Найти общий язык между ребятами».

Юра С. (8 кл.): «Суд — выход из тупиковых ситуаций».

Прощение создает социально-психологический механизм исправления.

Вера Е. (4–5 кл.): «Когда на месте судьи, начинаешь думать: почему?»

Наташа М. (7–8 кл.): «Раз прощали меня, почему я тоже не могу прощать?» «Подавали на меня в суд, и мне приходилось менять свое поведение».

Верно сформулировал итоги размышлений взрослых и детей о корчаковском суде воспитатель Сергей Левин: «Прощение есть переход от страха к внутренней работе, а все остальное — приспособление».

1. Корчак Я. Избранные педагогические произведения. М., 1966, с. 442.

2. Там же, с. 443.

3. Ниже также цитируются воспоминания и фрагменты участников товарищеского суда, действовавшего в школе-интернате № 71.

4. Там же, с. 240.

5. Там же, с. 79.

6. Словарь библейского богословия. Брюссель, 1974, с. 948.

7. Корчак Я. Цит. соч., с. 300.

8. Словарь…, с. 950.

9. Там же, с. 529.

10. Там же, с. 535.

11. Там же, с. 949.

12. Корчак Я. Цит. соч., с., 362.

13. Там же, с. 126–127.

14. Там же, с. 207.

Валеева Роза Алексеевна — кандидат педагогических наук, доцент Педагогического института, г. Казань, Татарстан

Кацер Макс Менделевич — психолог, воспитатель детского дома, учитель средней школы, г. Москва