Чтение онлайн

Давайте я просто опущу тот позорный момент, когда меня на секунду накрыло удушливым и кислым страхом, стоило услышать о заложницах.

«Только бы не она!» — сигналило в мозгу на полную мощность, пока я с каменным лицом выслушивал задачу.

Двигаемся цепью.

Тело действует на автомате, передвигая ноги и оценивая обстановку. В башке вакуум.

Впереди со щитом Амур. Арбат с тараном по правую руку от меня. Тайга и Зима — замыкающие.

Корпус, где окопался террорист с заложницами, оцеплен по периметру.

Краем глаза замечаю кареты скорой помощи и бус Росгвардии. Сердце чуть сбивается с ритма. Потому что я не хочу думать, кому может понадобиться помощь.

Огибаем здание с восточной стороны и оказываемся рядом с дверью с табличкой «Морг. Аварийный выход».

Сжимая приклад автомата, киваю Арбату и Амуру, отдавая команду: «На штурм».

Дверь слетает с петель с двух ударов.

Дальнейшее — наша рутина, которую не расскажешь под пивко и вареных раков. Да и что тут рассказывать? Не по ромашковому полю ходили…

Объект ликвидирован. Заложницы освобождены. И даже граната обезврежена. Если бы еще некоторые гражданские не летели под пули — вообще прогулка бы вышла.

Насчет последнего — Артема — мне очень хочется выдать щедрых пиздов Грачеву, с подачи которого этот геморрой с нами случился.

Рапорт точно подам. Я не обиженка, но, как сказала бы Валерик, это просто тумач!

А если бы этого влюбленного дурака снял пулей наш покемон? Кто бы за это блядство отвечал? Вы не знаете? А я вот — очень даже. От того киплю, на характере сдерживая гнев и желание раздать пряников всем причастным и деепричастным.

Ох, Степа, мне б твою сейчас лопаточку, всех бы уложил одним ударом.

— Товарищ майор, — по гарнитуре обращается ко мне Тайга, когда мы двигаем по коридору к выходу. — Ну не муляж это!

Кивает на зажатую в моей руке гранату.

Нет, конечно. Но перепуганной до смерти девчонке в морге об этом знать не обязательно.

Я как в глаза ее взглянул, сразу на ее месте своих представил. Что, если бы этот отморозок взял в заложники мою дочь? Или Степу?

На секунду накрыло такой жутью, что спина заледенела.

Пока из сведенных судорогой пальцев гранату выковыривал, нес всякую пургу, чтобы девчонку отвлечь. Ну и себя заодно.

Все-таки курсы психологии, которые нам читают, не полная туфта, как однажды выразился Амур.

— Много будешь знать, лейтенант, мало будешь спать, — говорю Мирону и выхожу на стылый, морозный воздух.

Вдыхаю полной грудью, чувствуя невероятное облегчение.

Всё закончилось. Все живы. Покемон не в счет. Таких тварей надо еще в родзале обратно в пизду запихивать, чтобы перетрахивали на что-то нормальное.

— В управление, — даю команду своим и пристраиваюсь в хвосте.

Поэтому последним замечаю, что на парковке у корпуса до хера народу.

«Наверняка эвакуацию близлежащих корпусов осуществили», — сам себе же поясняю.

По привычке пробегаюсь глазами по незнакомым лицам, и вдруг врезаюсь в распахнутые серые.

Эти я знаю лучше любых других.

Степа смотрит на меня не мигая. Очень внимательно. Шокированно.

Я буквально шкурой ощущаю, как она ощупывает меня миллиметр за миллиметром.

Чую тем самым чутьем, что еще ни разу не подводило, — прямо в эти секунды она меня узнает.

Как узнают «своего» по микромимике морщин у глаз, по тембру голоса, по походке и развороту плеч.

«У беды глаза зеленые…» — вдруг вспоминается строчка из старой песни.

У моей беды самые красивые на свете серые глаза.

Стиснув покрасневшие пальцы на вороте накинутой на плечи куртки, Степа смотрит на меня болезненно-прямым взглядом. Потом будто в замедленной съемке переводит его на Тайгу, Амура. Ведет по каждому из бойцов и снова возвращается ко мне. Делает крошечный шаг вперед. Будто спрашивая: «Это ведь ты?!»

И я всё без слов понимаю. Но не могу сейчас к ней подойти.

Едва заметно качаю головой.

Прости, нельзя.

Степа поджимает дрожащие губы и, плеснув обидой из глаз, разворачивается и быстро теряется в толпе.

Степанида

— И чего мы теперь тут торчать будем до морковкиного заговенья? — ворчит кто-то позади меня. — Холодно, вообще-то.

Ежусь, стискивая окоченевшими пальцами куртку. Ноги в кроксах тоже начинают подмерзать.

Я не одна тут одета не по погоде.

Эвакуация случилась так внезапно, что никто не успел подготовиться. В ушах еще до сих пор звенит вой сирены и механический сигнал: «Срочно покинуть помещения».

Теперь мы торчим на парковке в ожидании, когда нам разрешат вернуться обратно в корпус.

— Может, учения какие? — шепчутся рядом.

— Да не учения это! — отзывается кто-то раздраженно. — Охрана сказала — в здании самые настоящие террористы.

— У нас?! — ахает кто-то третий.

— Нет, блин, в Тимбукту! — авторитетно перебивает «раздраженный». — Конечно, у нас! Я сам видел! Их было трое. Все в масках и в черном.

— Говорят больше… десять рож — все бородатые и с калашами!

— Да ну?! А я слышал, что они все лысые. Сектанты. В морге трупы хотят взорвать!..

— Трупы-то зачем?

— Да я откуда знаю!

— Зато языком мелешь — будь здоров. Говорю же, бородатые все!

— Далась вам эта борода.

Спор набирает обороты, с каждым словом версий становится всё больше и больше.

Не удивлюсь, если через минут десять окажется, что это заговор рептилоидов, а в нашем морге окопались инопланетяне.

Не дает покоя странная девушка со шрамом на лице и фраза Лидии Михайловны о покойнике. Но Леди Смерть оставила меня у палаты без объяснений, а потом всё закрутилось…

— О! Вон они идут! — громко говорит кто-то из толпы.

— Где? Кто?

— Да террористы…

— Сань, ты бы меньше спирта нюхал. Это ж наши. Спецназ, — раздается недовольный голос того самого авторитета.