Папа в окне напротив
Шрифт:
– Ты скоро?
– слышу за дверью.
– Да.
– Выключаю воду, быстро вытираюсь полотенцем.
Как ни крути, но у нас была общая дочь, о которой он не знает, но про которую я должна рассказать.
Вот только как подобрать слова. Он многое для нас делает, а сам при этом говорит, что не готов к детям. Значит, и поцелуи его это только так, чтобы развлечь себя. Нас втроем он не рассматривает. Дружить, помогать да, но брать ответственность за ребенка нет - извините.
Что ж сложно то так?! Сказал бы, хочу такую дочку, как Катя, я бы ему и выдала все. А если не хочет? Может, стесняется рассказывать потом кому-то, что у него немая приемная дочь - это не то, чем хвастаются. Со сложным ребенком еще сложнее.
И хоть родителей не выбирают, у Кати есть потрясающая возможность выбора. Хочу спросить у нее завтра, нравится ли ей Егор, в чем я не сомневаюсь, но все же. Раз уж у нас так получилось, то мне надо знать, что он нравится нам обеим.
Даже легче становится от того, что все это скоро закончится и он узнает. Как отреагирует второй вопрос. Но мы с дочкой жили без него и раньше, поэтому для нас это не станет шоком. Просто очередной Новый год она встретит без отца.
Натягиваю платье-футболку сестры Егора. Чуть прикрывает середину бедра. Собираю волосы в домашний пучок, оставляя несколько прядей на воле. Смотрю на себя со стороны. Мне нравится. И выхожу.
– Наконец-то, - слышу голос из другой комнаты.
– Иди сюда.
Выдыхаю, справляясь с волнением, и иду в комнату.
Егор лежит в очках и смотрит что-то в телефоне. Очки. Это видимо, чтобы добить меня. Мало того, что весь такой идеальный лежит на полутораспальной кровати перед телевизором. так еще и в очках.
– Ложись, - кивает на подушку, улыбаясь, наблюдая за мной.
– Я не знала, что ты носишь очки.
– Обычно линзы, но дома могу и в очках.
Усмехаюсь, представляя, как такой весь мужественный Егор справляется с линзами.
– Я думала, их только женщины носят.
– Как видишь не только. Давай ложись.
– Раскрывает плед и похлопывает по свободному месту рядом.
В дверях было бы безопасней, но не так удобно, как лежать на кровати перед телевизором.
Делаю несколько шагов и опускаюсь рядом.
Егор тут же накрывает меня пледом. Убирает пульт и телефон на тумбочку. Выключает свет и закладывает руку за голову.
А я все это время наблюдаю за ним вполоборота.
Безумие какое-то. Еще пару дней назад сторонилась его. А сейчас мы лежим в одной кровати, под одним одеялом и смотрим фильм, а минут двадцать назад целовались.
Я остановила. А он больше не настаивал.
Дура.
– Что за фильм?
– Смотрю титры, пытаясь припомнить.
– «Время».
– Вроде смотрела. Но давно.
– Хочешь, можем переключить?
– Нет, пусть идет.
– Все лучше, чем что-то эротико-романтическое. Вроде нейтрально там все.
– Точно, мир, в котором основная валюта - время. Интересная идея. Деньги в одно время стали ничем, просто бумагой, а время - настоящая ценность.
– Время вообще самая ценная вещь.
– Улыбается Егор, поддерживая разговор.
– Мы тратим его на разную ерунду, на ссоры, обиды, выяснение отношений. Если бы нам дали пожить так хотя бы недельку, все бы переосмыслили жизнь.
– Да ты философ, - усмехаюсь и разворачиваюсь к нему.
– Хочешь еще меня послушать?
– Давай.
–
– Когда лежишь в кровати с хорошенькой девушкой, час кажется минутой, а когда сядешь на горячую сковородку, то минута кажется часом.
– Хах, - усмехаюсь. Вскружить голову девушке у него получается все также идеально. А в связке с короткой аккуратной стрижкой, легкой небритостью, прямым уверенным взглядом и вовсе не дает шанса вырваться.
– Давай дальше смотреть фильм. Джастин тут хорош.
– Переворачиваюсь на спину.
– Нравится?
– Провокационный вопрос от Егора касается моей правой щеки, заставляя ее гореть. Пристально смотрит. Долго. С усмешкой. Ждет от меня ответа. И я должна при одном мужчине говорить о другом.
– Да, нравится.
– Чем?
– Щекочет мою внутреннюю девочку своим флиртующим голосом.
– Он такой уверенный, смелый, находчивый, за правду. Идеальный мужчина. Живет, правда, одним моментом.
– А я какой?- Егор придвигается ближе и теплым дыханием скользит по шее. Бросаю на него быстрый взгляд и снова смотрю в телевизор.
Что-то я разговорилась. Под зрительным напором Егора становится неудобно. Так близко и я не понимаю, что у него на уме. Так опасно.
– Так какой я?
– Уверенный… надежный… находчивый… смелый - отвечаю и набираюсь смелости посмотреть в глаза.
Тепло так становится внутри. Приятно. Первой шаг я делать не буду, но его не оттолкну.
– Прям, супергерой, - усмехается.
– Ладно, смотри, тем более у него есть кое-что, чего нет у меня.
– Разворачивается и возвращается на свое место.
– Что?
– Смотри, узнаешь.
Усмехается. Снова между нами расстояние. Егор дает мне минут десять посмотреть спокойно фильм. Даже становится немного обидно, что он не продолжил.
– Ты смотришь на него постоянно и улыбаешься.
– Да?
– ловлю себя на том, что действительно улыбаюсь. Пытаюсь выпрямить губы, но не могу и понимаю, что так и смотрю фильм улыбаясь. Главный герой прям очень напоминает Егора.
– Мне бы такого Тимберлейка.
– Видимо, с фильмом я угадал.
– Определенно, да.
– Поднимаю руку с большим пальцем вверх. А Егор поднимает свой кулак и стучит о мой. А потом резко обхватывает пальцы и сжимает.
– Чего такая ледяная? Холодно? Или так за него переживаешь? Думаешь, не выкрутиться?
– Егор прижимает мою ладонь к себе, согревая.
– Иди сюда вся вообще.
– Тянет за руку к себе так резко, что я не успеваю затормозить и оказываюсь рядом. Обнимает одной рукой, прижимая к себе.
– Да нормально там все будет. Не волнуйся.
Егор теплый такой. Уютный. Домашний… Вот ему определения у меня есть. Зато названия тому, что сейчас между нами точно нет. Вроде как для дружбы слишком...
– Хотела бы, чтоб они поцеловались?
– Прерывает мои мысли и кивает на парочку в фильме, что голышом плавает в океане.
– Сами пусть решают.
– Он или она?
– Он.
– Я так и думал.
– Бросает в ответ и не спеша поглаживает большим пальцем мою руку. Отвлекает. К чему-то подталкивает. Либо наоборот тянет время, чтобы я уже запуталась в край и не знала, что делать.