Папа в окне напротив
Шрифт:
– Не будь c@кой.
– Да пошел ты, молокосос, указывать мне будешь?
Хочу ответить что-нибудь по поводу ее возраста, но сдерживаюсь. Уволила… Должен переживать, но на самом деле я радуюсь. Не будут больше встречаться.
– Напомню, что это ты искала со мной встреч, а не я. Счастливо, Эля.
– Отключаюсь.
Наш спор и диалог быстро проносится в голове, как что-то неприятное, но уже прошедшее. Меня он никак не зацепил и не задел. Разве что по Онеже прошелся, но мне проще помочь ей с работой, чем метаться между ними.
Мое молчание Онежа воспринимает как-то по-своему. Отворачивается и снова смотрит на свой подъезд, а я не хочу обсуждать, откуда знаю про ее увольнение. Итак, все понятно.
– Егор смотри, - зовет меня, но взгляд от окна не открывает. Ставлю чайник на плиту и иду к ней.
Становлюсь за спиной. Одной рукой упираюсь в стену, второй в подоконник.
– Что там?
Эта темнота и тихое шипение газа создает какую-то особенную обстановку. Мы тут в безопасности, а вся опасность там.
– Посмотри, в моем подъезде на шестой этаж. Там кто-то стоит все это время.
– Кивает и вжимается в подоконник, чтобы увеличить расстояние. Поддерживаю игру в кошки-мышки и наклоняюсь еще ниже.
– Может кто-то вышел покурить?
– всматриваюсь ей через плечо.
– На шестом не курят на коридоре. На моем, пятом, выходит один мужик. На шестом нет. Если бы был кто-то посторонний, то, скорее всего, вышел бы не один.
– Значит…
– Еще один ждет меня.
Вздрагивает и так хочется ее обнять, чтобы не волновалась.
Ромка же должен был поговорить. И надо скорее с этим что-то делать, пока не стало слишком поздно. Но тогда бы она фиг пришла ко мне.
Как вспышка. Вот так уже стоял с девушкой. В темноте за спиной. Не с ней, мы же не знакомы. Но кто-то очень похожий на нее.
Наклоняюсь к девушке и заглядываю через плечо.
– Мы точно раньше не встречались?
– Замирает. Наклоняюсь к ней и заглядываю через плечо.
– Твой рост. Фигура. Я как будто уже так стоял с тобой. Все какое-то знакомое. Знаешь, надо проверить, мало ли?
– Что проверить?
– Разворачивается и поднимает глаза.
– Как ты целуешься, проверить.
– Как ты целуешься, проверить. – Заявляет, но согласия от меня не ждет, а наклоняется и нагло целует.
Японские сук..куленты. Я сто лет не целовалась ни с кем. Но парочку так точно. Мягкие губы обнимают мои, увлажняя их. Аккуратно исследует кожу. А рука жестко придерживает за затылок, чтобы я не увернулась.
В следующую секунду вторая рука оказываются на моей талии. Чуть сжимает, чтобы я никуда не сбежала.
Сердце замирает. Все внутри притихает, как будто напитываясь этим моментом. Запоминая его. Заполняя опустошенные уголки нежности.
Обхватываю его губы и отвечаю на поцелуй. Мысли все стираются и как будто тяжесть вся отпускает. Даже не думала, что так хотела этого. Тону в мгновениях, а Егор языком щекочет мой. Подхватывает под попу и усаживает на подоконник.
Так я выше и наши губы оказываются на одном уровне. Спиной упираюсь в прохладное стекло, а вдоль позвонков дрожь.
Уверенная рука ныряет мне под свитер и движется вверх.
Ноги хочу свести от приятных ощущений, но понимаю, что Егор стоит между ними и не дает это сделать.
Сазонова. Стерва. Именно сейчас ей надо появиться перед глазами и посмотреть с укором.
А говорила хорошая девочка и в отношения не влезаешь…
Увожу голову в сторону и прекращаю поцелуй. Но Егор мажет губами по линии подбородка, спускаясь на шею, ниже.
От удовольствия прикусываю губу. Я, правда, так давно не была ни с кем, что и забыла, как это кайфово. Чувствовать мужчину рядом, эти маленькие фитильки удовольствия поджигаются в разных частях тела. Но он не свободен. И надо это остановить, пока я не пожалела. Он останется с ней, а я еще с одним ребенком.
– Егор, остановись, - прикладываю ладошку к его губам, создавая между нами мембрану для поцелуев.
– Я еще не разобрался?
– Недовольно бурчит.
– Не надо ни в чем разбираться. На этом все.
– Перевожу дыхание и упираюсь ему в грудь.
– Это ты так решила?
Спускаюсь с подоконника, но сдвинуться не могу, чувствуя, как врезаюсь в стену из мышц, которую ни обойти, ни оттолкнуть.
– Ты разве ни с кем не встречаешься? Или в ваших отношениях это нормально?
– Ты про Элю?
– Усмехается.
– Про Стервэлю, - передразниваю. Так говорит, как будто она не одна у него.
– А если бы не встречались?
– Я живу реальностью, а не мечтами, как было бы лучше.
– Все также не могу обойти, поэтому разворачиваюсь и смотрю в окно. Возле подъезда никого нет. Пожалуй, самое время вернуться домой.
– Проводишь меня, мне домой пора?
– Нет.
– Усмехается и наклоняется ниже. Снова прижимается к моей спине, специально волнуя меня.
– Ты еще чай не пила? Зря, что ли грел?
– Усмехается и отходит наконец. Шумно выдыхаю и сглатываю. Комфортно, что я теперь одна в своем личном пространстве, но одновременно без него не так уютно.
Щелк. Включает светильник и выключает чайник. Как теперь при свете вести себя с ним? Как можно целоваться, но при этом не быть парой. Хотя в нашем случае, это, похоже, норма.
– Чай или кофе?
– Чай. Зеленый.
– Сухо отвечаю и сажусь за стол.
– Зеленого нет.
– Себе при этом делает кофе.
– Тогда не зеленый.
Достает упаковку чая и вынимает мне один пакетик. Опускает неспеша в кружку. Заливает кипятком.
– Я расстался сегодня с Эллой, чтобы ты не думала, что разбиваешь чьи-то отношения.
– Кидает спокойно через плечо, как будто говорит о погоде. Это же отношения. Какая бы она не была.
– И что? Ты сразу полез целоваться к другой девушке? Так быстро? Ты крайне ненадежный.
Усмехается, продолжая делать мне чай. Думает себе что-то там. Смущает меня и волнует. Ведь ненадежно же это?! Расстаться с одной, потом сразу переключиться на другую. Еще вечера ее целовал, а сегодня уже меня.
– Да, ненадежный. Если надо будет защитить, я обязательно спрячусь и ни за что не рискну, если надо будет кого-то прикрыть, тоже откажу и закрою дверь.
– В комнате повисает тишина, а передо мной опускается кружка с ароматным чаем. Громко. Даже ложечка дзынькает в ней.