Чтение онлайн

– Онежа… - тянет имя и привстает на локте. 

– М?
– делаю вид, что сосредоточена на фильме, хотя стремительно теряю нить. 

– У тебя губы не замерзли? Может согреть надо? 

Ниточка фильма безнадежно теряется, когда смотрю в темные глаза в десятке сантиметров от моих. 

– Очень замёрзли. 

Сантиметры между нами моментально растворяются.

Теперь его губы не такие напористые как первый раз. Более нежные, но все равно уверенные. Мягко обхватывает мою нижнюю губу и втягивает, а рука в ответ тянется к нему, что обнять за талию. 

Для Егора это сигнал. Закинуть на меня ногу и обнять сильнее. Запустить руку в волосы и сжать. Оставляя поцелуй за поцелуем на коже.

Что я делаю?! С Катей не поговорила. Решила все сама. Она ведь тоже имеет право выбрать папу. Но такого момента с Егором может и не быть больше, а мне до безумия хочется сейчас быть тут с ним. Обнимать, понимая, что он нравится мне даже больше, чем Тимберлейк.

Уши закладывает от тока пробегающего между нами и взрывается звуком мобильного на его тумбочке. 

– Ответь, - шепчу, снова останавливая. 

– К черту их. Подождут.
– Продолжает целовать под громкое вибрирование на полке. 

– Может что-то срочное...

Мама. Вот мама вовремя звонит всегда. 

– Да, мам, привет. Как вы там?
– Откидываюсь на спину и наблюдаю за девушкой. Как поджимает губы и поправляет платье-футболку. 

– Замечательно отдохнули. Спасибо, что отправил нас сюда. У отца спина стала меньше болеть. Вообще не сидит тут за работой. То на процедурах, то гулять ходим… - Мама продолжает рассказывать как они отдыхают, а я наблюдаю, как Онежа поднимается на локте и смотрим на меня. Хочет что-то сказать. Киваю ей. Хочу знать, что она хочет. Онежа говорит что-то одними губами, но я стучу пальцем по уху, показывая, что не слышу ее.
– Надо будет домой купить такой аппарат очень хороший, - продолжает мама. 

– Конечно, мам. Что надо то и купим. 

Подзываю девушку, махнув пару раз кончиками пальцев, к уху. Она наклоняется ко мне и шепчет:

– Я за чаем. 

Убираю телефон от лица в сторону и киваю. 

 - Бутербродов каких-нибудь нарежь, пожалуйста, есть хочу, - шепчу ей в ответ так же на ухо и быстро веду губами по ее ушку. Вздрагивает и отстраняется. А я подмигиваю и возвращаюсь к разговору с мамой. 

– Егор, ты не один?

– Летом еще вас куда-нибудь отправлю с отцом.
– Игнорирую ее вопрос и говорю о своем. 

– Тебе тоже надо отдыхать. Так ты не ответил. Ты не один?

– Да, мам. 

– Варя говорила, что ты с какой-то женщиной встречаешься старше тебя. Егор…

– Мам, - перебиваю ее.
– Сам разберусь.
– Слышу как на кухне открывается холодильник и Онежа что-то там делает. 

– Я внуков хочу, а сможет ли она родить? 

– У вас дочка есть, пусть она вам рожает. 

– А я много внуков хочу, она столько не родит.
– Закатываю глаза и выдыхаю. 

 - Мам, когда вы возвращаетесь?

– На следующей неделе. А у тебя что, ремонт-то закончили?

– Почти. 

Скрещиваю пальцы, чтобы снять с себя грех обмана. Ремонт закончился уже и можно заселяться, но я все оттягиваю. Это надо вещи собирать, столько убитого времени, есть ведь занятия поинтересней. Например, за стеной, на кухне. Перееду и это автоматически лишит возможности видеться, спасать, защищать. Повода увидиться не будет.

Перебрасываемся с мамой парой фраз, еще раз спрашивает про Элю, но я отмалчиваюсь. Потому что про Онежу с ребенком вопросов будет еще больше. Мне даже кажется, маме все равно, если это будет не мой ребенок. Ей просто надо о ком-то заботиться, а мы с сестрой уже выросли. Прощаюсь и прислушиваюсь. Девушка на кухне с кем-то разговаривает. И судя по вопросам про Катю со своей подругой. 

Пока жду бутеры, набираю Роме. Какого черта он ничего не остановил?!

– Здорова, мистер Олимпия. 

– Здорова, мистер Большой *ер. 

Каждый из нас добился определенных результатов, поэтому такие шутки, как комплимент.

– Ты должен не обо мне думать в такое время.

– Да, я о тебе и не думаю. Ты обещал поговорить со своим братом. Он продолжает подсылать кого-то к Онеже.

– Опять что ли?

– Да. И меня может и не быть рядом.

– Не могу дозвониться до него. Куда-то исчез. Прячется. Телефон недоступен. 

– И что никак?

– Она заявление не забрала?

– Нет еще, но собирается.

– Неправильно это. Он накосячил и хочет остаться без наказания. Даже не попробовал компенсировать ей как-то, договориться. Он хоть и мой брат, но я против, чтобы давлением и шантажом решать проблемы. Ладно, иногда надо. Но против равного, а не девчонки. Если он не прекратит, придется тоже его прижать. И у меня есть чем. Но ты присмотри за девчонкой пока, чтобы глупости моего братца не коснулись ее. Сазонова, кстати, не против, что ты теперь телохранитель у другой?
– Усмехаюсь на слово «телохранитель». Боюсь, что как раз ее тело охранять очень тяжело. И, если бы не мама, то может и не сохранил бы уже в целости.
– Элла Геннадьевна вроде такая и вся из себя уверенная, но за тобой следит, как коршун за добычей. Наблюдал за вами. Хрен кому отдаст. 

– Мы расстались. 

– М? Когда? Только же в пятницу видел вас. Из-за девушки этой может? 

– Отчасти да, ладно, давай в другой раз. 

– Подожди. Ты ее бросил что ли? Это будет капец тогда. 

– Не будет. Это она меня бросила. 

– Так даже лучше. 

– Да мне все равно. Давай. Я занят. 

– Ты не один?

– Не один, Ром, блин. Все. 

– Понял. У меня тут кстати новая штука пришла…

– Буду иметь в виду. 

– Ты даже не дослушал... 

– Когда мне надо будет разнообразить сексуальную жизнь, я обязательно к тебе обращусь, - перебиваю его.

– Ладно, предложу твоей девушке. Может, она у вас пораскованней? – Засранец.

– Только попробуй. 

– То есть между вами что-то есть? Ты не стал спорить с тем, что я сказал «твоя девушка». – Его бы на допросы отправлять, все выпытает.

– Все, иди, тестируй свои игрушки и найди этого идиота. 

– Я понял. Горячей вам ночи. Сделаю завтра визит в гости к дядьке. 

– Саш, спасибо, - слышу голос Онежи на кухне. – Я уже скучаю по ней. С утра сразу к ней. Ничего не говорила?
– по разговору понимаю, что спрашивает о дочери. 

Я никогда не был особо сентиментальным, но малышка и вправду задела. Милая, красивая девочка, которая не говорит. Почему так? Почему детям достаются такие сложные испытания. Они же ни в чем не виноваты. Они только пришли в этот мир, знакомятся с ним, пробуют на вкус, а их сразу бац и лишают чего-то очень важного для развития.

Если бы я знал, что делать, то сделал бы. Пусть бы даже надо было кучу денег выложить. Зато точно помог, хотя бы одному ребенку. 

Снова беру телефон и набираю Вала. Сам узнаю, как Катя.