Чтение онлайн

Начать с того, что говорил он по-нашему (то есть на Криимэ) плохо. Поэтому уроки не столько рассказывал, сколько показывал, без объяснений. А это ж не вышивание, тут без слов сложно. Правда, пытался нас учить языку смарис. Дрик старасля сохранить в тайне свое знакомство с этим наречием, но, по-моему, уже все знали, что он понимает по-здешнему. Да и тогда, в лесу еще, он прокололся. Кирпич-Терроссиф вполне мог стукнуть. Если, конечно, выжил после той стрелы.

Кроме того, Чкаа нас учить быстро надоедало. Он, по-моему, вообще был из тех людей, которые не могут долго заниматься одним и тем же. Поэтому часто вместо урока он вытаскивал нас во двор и занимался чем-то вроде боевой подготовки. То заставлял на него нападать, а сам защищался, то сам нападал на нас. Порой это выглядело как забавная игра, а порой превращалось во что-то довольно неприятное. Чкаа входил в азарт и начинал нас по-настоящему дубасить — то кулаками, то какой-то палкой с перекладиной наверху, вроде примитивного костыля. Боец он был классный, быстрый, с приемами неожиданными и злыми. В общем, я несколько раз ревела после таких занятий, а раз он и Дрика до слез довел. Причем мне тогда показалось, что его это только развлекает и забавляет. А вечером того же дня он пришел к нам в гости и принес какие-то сладости. Извинился так, что ли?

Ну а раз, когда в особо ветреный день он вытащил нас разминаться во внутренний дворик и загнал меня в угол, я, совершенно неожиданно для себя, собрала гуляющий вокруг ветер в какое-то подобие закрученного шнура с узлом на конце и от души стеганула Чкаа по ногам. Он этого явно не ожидал и грохнулся навзничь. Мне бы остановиться, а я добавила, а потом, когда контроль потеряла и ветер вырвался на свободу, прыгнула вперед, причем приземлилась ему коленками на грудную клетку, и руку выкрутила. Уж очень зла была.

Руку он освободил тут же. Но выглядел совершенно сбитым не только с ног, но и с толку. Долго тряс головой, смотрел то на меня, то на следы в песке (там мой воздушный хлыст прочертил весьма заметную борозду). А потом неожиданно расхохотался. Честно, я его таким довольным никогда не видела. Много ж ему надо для счастья — чтоб его девчонка в пыли вываляла. Отсмеялся, встал, отряхнул свой замечательный чешуйчатый костюмчик (пылинки с него скатились, как капельки воды) — и принялся мне показывать всякие хитрые воздушные плетения. Магом он был неслабым, и учиться у него было интересно.

А Криис занятия со мной забросила. Точнее, проводила их нерегулярно, скорее, проверяла, чему меня научили другие. И читала лекции — нудные до не могу. Про политику. Про то, как управлять страной, какую роль в ней играют маги, какую — военные. Папе, наверное, было бы интересно. А меня скука заедала. Она чего, и впрямь из меня какую-то королеву готовить собралась? Так фигушки. Есть в жизни занятия поинтереснее, чем попой трон протирать.

Вообще, с уроками происходила какая-то хрень. И главное — наш с Дриком статус в этом милом и гостеприимном заведении оставался по-прежнему загадкой. Пленники? Но пленников не учат боевым искусствам и магии. Гости? Ага, пойди выйди из своей комнатки погуляй — тут же, как из-под земли, возникнет затянутый в черный комбинезон истукан и мягко препроводит обратно, пощелкивая дубиной. Да-да, она щелкала, словно пьезозажигалка, и, по-моему, билась током. Во всяком случае, когда неуемный Дрик попытался как-то прорваться сквозь заслон, его такой штукой ткнули. По описаниям, очень похоже на электрический разряд. На себе я проверять не решилась. С детства боюсь, что "током ударит". Постарались мамочка с папочкой, напугали на всю жизнь.

Для усиления эффекта охранника коридорчик, в котором находились наши с Дриком апартаменты, перегораживала решетка очень грубой ковки. Зачем нужен был и охранник, и решетка — без понятия.

Поэтому на уроки нас водили под конвоем. Ну, ладно, с сопровождением — один-два охранника (они все время менялись, я лиц запомнить не могла) и преподаватель. То есть Морж, Змей (он же — Чкаа) или сама Криис. Пару раз были неизвестные мне колдуны. Один раз — тот, что в лодке был и заставлял людей надрываться на веслах.

Системы в уроках я, хоть убей, не видела. Кусочки каких-то знаний, фокусов, приемчиков, никак друг с другом не связанных. Некоторые нам просто показывали. Некоторые нужно было сдавать на соответствующих экзаменах. Провалишь — жрать не дадут. Так что, воленс-неволенс, приходилось запоминать. Кое-что было действительно интересно. Например, очень хитрая система письма. Даже не знаю, с чем сравнить — и на ноты похоже, и на иероглифы (в том смысле, что один значок мог читаться как целое предложение). Записывались таким образом заклинания. Не все, а нескольких типов. Впрочем, это уже для специалистов. Выберусь — надо Лиине с Дмиидом показать.

После этих уроков мы с Дриком друг друга тщательно осматривали — после той неприятной истории с шариком, подсаженным ему на нижнюю чакру. И пару раз кое-что находили. Раз ему с меня пришлось снимать "порчу" — сеточку из звездочек, разбросанных по груди и голове. Ох, и попотел же он. Сеточка была ой как непроста. Не знаю, что там задумывал ее автор (как и не знаю, кто он был — Криис или другой кто), но меня она вогнала в жуткий депрессняк.

Другой раз уже я из Дрика выковыривала "жучка". Этот вызывал слабость, апатию и, кажется, склонность к самоубийству. Не пойму, то ли "учителя", туды их в качель, на нас так практиковались, то ли это были такие контрольные работы…

Да, так я отвлеклась. Чкаа вошел, когда мы с Дриком пытались обуздать ошейник. Хорошо еще, что с Дрикового начали — там емкость с химической дрянью была почти пустой. И когда после неосторожного обращения с предохранителем ошейник таки плюнул вонючей струей, мы легко отделались. То есть, сознания не потеряли. Но потеряли — на несколько минут — способность видеть и вообще воспринимать окружающее. А когда ее опять нашли, оказалось, что окружающее украсилось нашим черночешуйчатым знакомым.

"Влипли", успела подумать я.

Фигушки. Чкаа с не меньшим азартом, чем мы, включился в потрошение ошейников. По-моему, он воспринимал это как некую игру. Вот! Правильное слово. Он и в занятия с нами играл. И вообще ничего серьезного не делал. Эдакий юный гений — своенравный, задиристый и невоспитанный (сморкаться на пол для него было в порядке вещей, а уж когда Дрик перевел мне — в сильно отлитературенном виде — некоторые его высказывания…). Впрочем, изящными манерами они все тут не блистали.

По-моему, в ошейниках он понимал немногим больше нашего, но вообще с подобной техникой раньше дело имел. Поэтому сейчас с упоением принялся рисовать на доске всякие схемы, заставляя линии по-разному светиться — ну, чисто лазерное шоу. Я быстро потеряла нить, а Дрик, кажется, въехал. И они уже на пару принялись объяснять мне, мешая два языка и поминутно перебивая друг друга, принцип действия этого дурацкого ожерелья. Надо им отдать должное, объяснение до меня дошло. Поэтому я на минутку вежливо попросила обоих заткнуться и сосредоточилась на "глядеть внутрь-наружу-внутрь", как это объяснял Чкаа. То ли количество многочисленных занятий перешло, наконец, в качество, то ли это место на меня так влияло, но видеть всякие там энергоинформационные потоки и прочие меридианы Ци я стала куда лучше. И это часто мешало. В универе хорошо если удавалось разглядеть шесть-семь линий. Когда мы вестника делали из птищеренка, я уверенно работала с десятком и краем глаза (третьего, естественно) замечала еще две-три. А тут вдруг они стали проявляться целыми пучками, перепутываться, накладываться… Так что выбрать нужные, чтобы провести воздействие, становилось ой как непросто.

У Дрика таких проблем не было. Он прошел куда дальше своего рекорда в три направления и мог теперь держать до шести, чему был очень рад. Но для распутывания сетки, лежащей в основе сторожевого ошейника, нужно было держать минимум восемь, а лучше шестнадцать линий. Короче, у одного мало, у другой много. Сколько мог держать Чкаа, я не знала, а он говорить не стал — то ли вопроса не понял, то ли сделал вид, что не понимает.

В итоге копаться в замке, контрзамке, предохранителе, блоке управления и прочей требухе пришлось мне. Дрик, правда, иногда помогал, но из области "подержи вот это, чтоб шло вон туда". И когда через два часа возни его ошейник щелкнул и развалился на две неравные части, у меня уже и сил радоваться не было. Голова гудела, а в глаза словно какая-то сволочь по "камазу" песка насыпала. Ладно, со вторым украшением разберемся потом.