Чтение онлайн

– А далеко отсюда Мёртвая Падь? – спросил Алексей.

– Нет. Утром если тумана не будет, покажу. Отсюда видно, – махнул рукой Тимофей. – Вот ещё одна напасть на нас нашла, – с досадой покачал он головой. – Из-за этой Мёртвой Пади в последнее время в здешних местах стало много туманов, а над высокогорными кряжами и их долинами вообще не исчезают облака. Юрий Алексеевич был абсолютно уверен, что и «огненный фокус», и туманы, и облака над горами в том месте, где их окружает болото, вызваны выделением большого количества газа метана, из-за чего на платообразных долинах началась инверсия температуры. Ведь там такая растительность, что в пору её надо назвать северными джунглями – там вперемешку растут самые разные растения. И твой отец, Артём, называл эти долины, – а тянутся они в длину на сотни километров и в ширину на десятки, – настоящими кладезями для изучения, – его голос поник и стал мрачным. – Правда, для нас, вогулов, такое явление не в радость…

Его оборвали на полуслове вернувшиеся в ярангу Аня и Стас. Взяв у них ведёрко с водой, он долил воды в котёл с рыбой, поставил котёл на огонь и продолжил:

– Да, для нас такое явление не в радость. Раньше наше стойбище насчитывало десятки яранг, а сейчас осталось всего три…

– Почему? – спросил Артём перед костром, протянув к нему руки.

– Потому что, не смотря на то, что за Мёртвой Падью и зверя всякого в изобилье, но дорога туда опасна, – ещё сильнее помрачнел Тимофей.– Многие, кто туда ходил, назад не вернулись. Кого находили обугленным, а кого след и вовсе исчезал… Вот и твой отец в последний раз ушёл, – я показал ему дорогу, – а назад не вернулся… А бывало, кто назад возвращается, тот с ума сходит…

– Даже так?!

– Так-так, сынок. Наши старейшины говорят, что это Отортен сердится…

– Кто такой Отортен? – вмешался в разговор вошедший Стас.

– Это гора к югу отсюда, – пояснил Артём за Тимофея. – Если перевести с вогульского на русский, то буквально звучит как «Не ходи сюда».

– Совершенно верно, – кивнул вогул.

– Неподалёку от Отортена на горе Холатчахль или Холат-Сяхыл, как её ещё называют, погибла 2февраля 1959 тургруппа Дятлова, ставшая, впоследствии, из-за своей гибели всемирно известной.

– А-а!

– Но ведь это очень далеко отсюда, Тимофей Егорыч, – обратился Артём к старику.

– Для духов, как для облаков расстояние не помеха, – глубокомысленно ответил вогул. – Легенды говорят, что гора Отортен является курганом, под которым похоронен демиург, охраняющий весь Каменный Пояс. Вот он и принялся изгонять тех, кто посягнул на его нетронутую природу…

– Ты имеешь ввиду моего отца и экспедиции в целом?

– Конечно! Что хорошего от них? – в сполохах огня обветренное лицо Тимофея приняло неподвижное положение, словно было высечено из камня. – И я ведь предупреждал твоего отца, что это очень опасно! Однако любопытство естествопознавателя взяло в нём верх над чуткостью и человеческой мудростью… А что сейчас?

Артём выпрямился во весь рост и сделал глубокий вдох.

– А сейчас его нет, – подавливая подступивший к горлу ком, ответил он.

– Именно! А вот Яг-Морты вместо него появились… Правда, их и до этого видели, да и сам Юрий Алексеевич их видел не раз…

– А это ещё кто такие? – скривился Алексей.

– С языка коми-зырян нечто вроде снежного человека, – опять за Тимофея пояснил Артём.

– Это у вас снежный человек,– с презрением бросил вогул. – А у нас это демиурги и Яг-Морты! Вчера только мой сосед Костой обнаружил у Мёртвой Пади съеденного…

– Съеденного?!

– Нет, их не звери едят, – усмехнувшись, отмахнулся Тимофей. – Звери их обходят, так как они на зверя страха нагоняют! Они друг друга пожирают!

Друзья переглянулись между собой и с недоверием посмотрели на старика.

– Вижу в ваших глазах сомнение, – усмехнулся он. – Так нет ничего легче показать вам это место, правда, если Мёртвая Падь позволит к нему пройти, ибо она слуга Отортена.

– Я согласен пойти, – кивнул Артём.

– Артём! – прозвучал в голосе Жени испуг.

– Кто с нами? – не обратил он на неё внимания.

Алексей обернулся и скользнул взглядом по всем ребятам и ответил за всех.

– Все!

Улыбка появилась на губах друзей.

– Раз уж так получилось, что минивен и весь наш скарб погребён под лавиной, – подошёл Артём к Жене и, опустившись перед ней на корточки, взял её за плечи, – то хоть так, благодаря Тимофею Егорычу, сделаем небольшую вылазку и издалека посмотрим на то место, откуда не вернулись мои отец и брат.

– И мой отец, – добавил Алексей.

– И, возможно, наши отцы тоже, – добавил Стас.

– Да, – поддержала его Аня.

Женя лишь беспомощно дёрнула плечами и кивнула.

– Я согласна.

В яранге от костра было тепло и уютно. Огонь играл сполохами на лицах ребят и старого вогула, трудившегося над котлом с рыбой. Что-то первобытное царило в этом жилище, топившемся «по чёрному». Однако дым глаза не ел и дыхание не спирал, а вот аромат, исходивший от взвара, сводил с ума. Расположившись на ложах вокруг очага, ребята смотрели на костёр. А сверху из-под купола яранги, окутанного дымом, на них взирал чёрными глазницами череп древнего звероящера…

Глава 7.

Утром ребята проснулись от громких возгласов, доносившихся с улицы. В яранге Тимофея не было, его голос доносился откуда-то издалека. На очаге висел другой котёл, от которого парило приятным мясным запахом. Вчерашний котёл с недоеденной рыбой и взваром стоял у входа в ярангу, прикрытый крышкой больших размеров, чем сам котелок.

– Он что, перекормить нас решил? – риторически задал вопрос Алексей, который переел вчерашним вечером и, засыпая, признался, что страдает от обжорства.

Друзья, глядя на его чуточку обалдевшую физиономию, дружно рассмеялись.

– В общем-то мы, наверное, вчера все немного переели! – решила успокоить его Аня. – Я до сих пор сыта, и у меня тяжело в желудке.

– Да! Лечили стресс таким образом после того, как чуть было не попали под лавину, – оправдал её и других ребят Артём. – Но надо отдать должное Тимофею: он умеет готовить! Я никогда не думал, что обычная варёная рыба может быть такой вкусной!

– Я всё слышу! – вошёл в ярангу Тимофей, в руках он держал небольшой телескоп; на губах играла добродушная улыбка. – И вовсе это не обычная рыба, а лучшая!.. Для гостей у вогулов всегда подаётся только самое лучшее!

– Спасибо, Тимофей Егорыч! – поблагодарила его Женя. – Вы необыкновенны! Мало того, что спасли нас, так ещё и у себя приютили, кормите нас так, что мы едва дышать можем…

– О-о, девонька! – чуть дёрнув уголком губ, улыбнулся вогул. – То, что я сделал – это и называется обычным… И ничего необыкновенного во мне нет. Выжили бы северные народы в таких условиях, если бы относились друг к другу иначе?

– И это не смотря на то, что у них существует кровная месть, – добавил Артём.

– Существует, – просто согласился Тимофей. – Однако добрый мир куда интересней и полезней наносимого людям вреда. Жизнь – вот что имеет значение для живущих! И для северных народов спасение, пусть даже незнакомца, ровно такое же действие, как приём пищи для поддержания жизни – обычное дело и никакого акцента на героизм.