Чтение онлайн

– Да, а вот что вы про это лохматое, как вы назвали, существо скажете? – вывел его из задумчивого размышления Тимофей.

– Скажу, что ничего не могу сказать, Тимофей Егорыч, кроме того, что оно и впрямь похоже на демиурга.

– А-а, всё-таки поняли, что старый вогул Тимерлай Егосы ики не обманул вас! – с торжеством воскликнул Тимофей.

Артём усмехнулся.

– Удивительный человек ты, Тимерлай ики! Добрый, сердечный, великодушный и щедрый, а называешь себя вогулом, что дословно означает «дикарь»! Не лучше ли называть себя манси, что в действительности означает «люди». А то слушаешь тебя, с каким воодушевлением ты рассказываешь о демиургах, и невольно…

– А! – раздражённо отмахнулся от него Тимофей. – Перестань, Артём! Ты ещё слишком молод. Я от всего сердца желаю тебе в твоей жизни поменьше встречаться с теми, кто, называя себя человеком, в душе является хуже демиурга. Уж лучше в таком случае называется дикарём!

– Я всегда буду помнить тебя: самого лучшего в мире дикаря! – сердечно улыбнулся ему Артём.

Тимофей смутился. Не привыкший к такому обращению, он отвернулся и замолчал. А Артём, увидев его замкнутость, вновь возобновил свои рассуждения вслух:

– Итак, в саркофаге моего отца не оказалось, но на улице мне попадается человек ничем по внешности не отличимый от него… Он себя странно ведёт и даже, если это двойник отца, то, несомненно, он знаком с ним, так как повторяет его жесты…

– А если это сам отец, а не двойник? – вставила реплику Женя.

– Тогда, где мой брат?

– Надо полагать в залоге, чтобы твой отец не натворил глупостей. Лучшей гарантии для того, чтобы родителя не сорвало с задания и придумать нельзя!

Артём задумался и, затем, кивнул.

– Очень похоже на реальность, – тяжело вздохнул он. – И последнее: что это за люди с татуировками уголовников? Их моя мать видит в саркофагах, а мы труп одного из них видим здесь на противоположном берегу Мёртвой Пади. Тимофей Егорыч, ты видел когда-нибудь полицейский спецконвой машин, проезжающих через ваше стойбище?

– Нет, Артём, не видал. Экспедиций было много, а конвоев и спецмашин не было ни разу.

– А к Пай-Хою и Пай-Эру, как ты говорил, с других сторон подойти нельзя, так как они окружены непроходимым болотом и непроходимой тайгой? И дорога к ним проходит только через ваше стойбище? И по Косе через Мёртвую Падь?

– Точно так.

– Вот тебе и теорема! – усмехнулся Алексей.

– Почему теорема? – не понял Стас.

– Потому что для перевозки заключённых нужна дорога и даже не одна, а с железной, чтобы по ней могли ходить поезда со спецвагонами «Столыпин», которые перевозят заключённых, – ответил Артём.

– Я не об этом… – скривил гримасу Стас. – Я знаю, что нужно для перевозки заключённых, но это никакая ни теорема – это я тебе, как охотник, говорю… Напряги извилины!

Артём задумался на мгновение, потом тоже скривился и безысходно пожал плечами.

– Ну, а для чего ты мотодельтаплан взял в экспедицию? – наводящим вопросом облегчил ему догадку Стас.

Глаза у Артёма расширились и от неожиданного озарения он поперхнулся и закашлял.

– А ну-ка отдубась меня! – подставил он спину Жене и она несколько раз постучала кулачком ему между лопаток.

Кашель прекратился, а Артём, продолжая смотреть на Стаса широко открытыми глазами, не сдержал радости.

– А ведь точно, Стас! Другого способа-то и быть не может! Наверняка их на вертолётах… Эх! – ударил он кулаком по колену. – Надо ж такому случиться?! Всё под лавиной похоронено!

– Да, придётся возвращаться домой и заново готовиться, – удручённо вздохнул Алексей.

– А вас не настораживает, что уголовников, – если это, действительно, уголовники, – доставляют на этот остров среди огромного болота по воздуху и тайно от всех? – озадачилась Аня.

– А тебя не настораживает летающее чудовище? – вопросом на вопрос парировал Артём. – По-моему между чудовищем и уголовником разница небольшая… Не находишь?

– Только, если рассматривать это сравнение с точки зрения метафоры.

– Пусть будет так, но мы всё равно не сможем ответить ни на один вопрос, пока хотя бы не произведём фотосъёмку той местности, что находится под облаками и за закрытыми горами за Мёртвой Падью.

– Я боюсь, – честно призналась Аня.

Артём смерил её понимающим взглядом и тихо вздохнул.

Конец ознакомительного фрагмента.