Чтение онлайн

Лишь бы Зои не влюбилась в него до момента, как он получит все, что необходимо. Хотя кто знает, возможно, именно с ней такого не произойдет никогда.

– Согласна, – отвечает она. – На этом по лимитам все.

– Зажимы, сенсорная депривация?

– Очень люблю, – улыбается Зои.

– Игры с ножом, удушение?

– Если ты умеешь не оставлять шрамов.

– Анал?

– Это точно не лимит.

Искал медь, а нашел золото. Леон напоминает себе, что сегодня всего лишь установочная встреча, где они должны обговорить ключевые моменты, которые могут повлиять на принятие решения. Но потянуть Зои за ее кулон-пулю к себе, обмотать цепочку вокруг ладони и услышать учащенное дыхание хочется уже сейчас.

– Что насчет твоих лимитов? – спрашивает она.

Погружаясь в базовое обсуждение, Леон перечисляет свои абсолютные «нет» в методиках, Зои задает пару уточняющих вопросов. В полумраке клуба плохо видны ее глаза… Жаль, сейчас интересно было бы посмотреть, как на самом деле она реагирует на то, что слышит. И на Леона тоже.

Разговор становится куда более плавным, и они оба могут немного расслабиться. Правда, вскоре внутренние часы подсказывают приближение полуночи: несмотря на то что Зои пробуждает в нем настоящий интерес, тело начинает поднывать от дискомфорта. Ему пора спать.

Когда она заканчивает третий бокал, Леон не просит повторить: он понемногу подводит разговор к завершению.

– Стоп-слово – опция для обоих, – произносит он, подавляя непрошеный зевок, – и это важно понимать.

– Неужели ты не машина? – тихо смеется Зои. – А я-то думала.

– Уверена, что ирония здесь уместна?

– Ирония уместна в большинстве ситуаций, в которые я попадала. Кстати, – она подается вперед, – ты – жаворонок?

– Не думаю, что именно это определение подходящее, но да, мой график подразумевает, что я довольно рано ложусь и рано встаю. Так день проходит наиболее эффективно.

– Отвези меня домой, – предлагает Зои.

– Тебя напрягает разговор?

– Тебе пора спать, – улыбается она. – Ты зеваешь.

В ответ Леон только поднимается и протягивает руку. У нее очень нежная кожа, как шелк под пальцами, мягкая, холеная. И Зои права: ему действительно пора, но удивляет, что заметила. Значит, и правда заинтересована: пока он следил за ее реакциями, она наблюдала за его.

На часах одиннадцать. Для первой встречи трехчасовая беседа, еще и такая гладкая, – это приятная редкость. Найти Зои Харпер стоило того, чтобы пару последних месяцев бессмысленно скроллить анкеты в приложении. Это настоящий бриллиант.

Когда они доходят до «Теслы» на парковке, Зои с пониманием кивает.

– Не ожидала от тебя другой машины, – останавливается она около двери.

– Почему?

– Если ты сидишь в приложении из-за веры в то, что онлайн станет нашим будущим, логично предположить, что ты веришь и в проекты типа «Теслы».

– Думаешь, уже поняла меня? – подходит ближе Леон, оставляя между ними минимальное пространство. – Разгадала?

– Не люблю ранние выводы, – с вызовом поднимает она голову и смотрит ему в глаза. – Пока просто предположила машину.

У Зои совершенно инопланетный взгляд, в глубине которого невозможно что-то прочесть. О чем она думает? Как себя чувствует? Ей комфортно сейчас, когда Леон нависает над ней, вторгаясь в личное пространство? А главное – она ощущает то же возбуждение, что и он?

Вопросы остаются без ответов: бесстрастное лицо не выдает секретов. Леон делает резкое движение рукой, но Зои не отшатывается и вовсе не реагирует, пока он открывает пассажирскую дверь.

– Какая ты нижняя, Зои?

– Тебе нравятся ярлыки?

– Очень.

– Тогда ты уже упоминал это слово.

– Принцесса, – невольно выдыхает он и делает шаг назад, подавая ей руку. – Верно?

Она не отвечает, но принимает его помощь, опускаясь на сиденье. Леон закрывает за ней дверь и на секунду задерживается, вдыхая свежий вечерний воздух. Зои умудрилась возбудить его просто своим взглядом, и это… довольно необычно. Впрочем, можно списать на то, что последний секс у него был в прошлом году, а он с пятнадцати лет не делал таких больших перерывов между девушками.

Леона бесит чрезмерная активность собственного тела, начиная даже с утренней эрекции. Особенно когда он до чертиков устает, а тестостерон все равно требует реализации, любыми, иногда нечестными способами играя с его сознанием. В такие моменты Леон даже понимает тех, кто идет на совместное проживание, как Гэри: можно просто реализовать потребность, быстро, особенно если жить с подходящим партнером, поддерживая эмоциональную сторону отношений.

Мистер Хабершам объяснял структуру семейных связей еще в Бирмингеме, но тогда Леон отнесся к этой части своего образования как к факультативной. Хотя она и по сей день такой и является.

Когда он садится за руль, Зои уже пристегнута.

– Назови адрес, – просит Леон.

– Квинс, Утопия-Парквэй, семьдесят три – десять.

– Недалеко от Университета Сент-Джонс?

– Ты знаешь что-то о Квинсе? – уточняет она. – Да, в двух кварталах.

– Я успел изучить Нью-Йорк за шесть лет. Не так хорошо, как Манчестер, конечно.

– Тебе нравится здесь жить?

«Тесла» заводится, и Леон выезжает с парковки. Еще месяц назад он ответил бы на этот вопрос без запинки, но сейчас… Не то чтобы ему не нравилось жить в Нью-Йорке. Проблема скорее в том, что ему не нравится жить в мире, в котором нет Тыковки. И ни один город на планете не заполнит эту пустоту, так что какая теперь разница, Нью-Йорк или Индианаполис, Манчестер или Хоршам?

– Да, – врет он. – Здесь масса возможностей. А ты родилась в Нью-Йорке?

– В Бостоне, – откликается Зои. – Но там я вряд ли добьюсь того, чего хочу, поэтому после университета перебралась сюда. Можно было бы уехать на Западное побережье, но люди совсем уж не мои.

– Понимаю, – соглашается Леон.

Он и сам не может выдержать этих расслабленных придурков, у которых по венам вместо крови течет трава. Сколько бы он ни ездил по свету, формула неизменна: теплый климат развращает умы и уничтожает трудолюбие в зародыше. Так что если не Нью-Йорк – лучше уже Канада.

Их разговор становится из делового общеознакомительным. Пустые улицы располагают к быстрой езде, но неторопливой беседе. Они доезжают до Квинса за полчаса, и за это время Зои успевает рассказать о своей глобальной цели развиться в пиар-направлении и стать топ-менеджером компании мирового масштаба. Звучит амбициозно, но из того, что Леон слышал на собеседовании, у нее это вполне может получиться.

– Во сколько ты обычно ложишься? – спрашивает она, когда Леон въезжает на Утопия-Парквэй.