Чтение онлайн

– Давай договоримся, Джуни, – произносит он. – Если при лечении государство не будет покрывать какие-то расходы, напиши мне. Я закрою.

– Не нужно…

– Нужно. Сомневаюсь, что конюшня Ала сможет заплатить за лечение от рака.

– Почему ты это делаешь?

– Судя по всему, мне жизненно необходимо спасти хотя бы одного из Гибсонов, – с усмешкой отвечает Леон. – Будь я индийцем, верил бы в кармический долг перед вашей семьей. И с Томом я точно провалился.

Когда в дверь снова стучат и на пороге появляется хитро прищурившаяся Кэтрин, напряжения между Леоном и Джун почти не остается.

У нее было право на него обижаться. У него на нее – тоже, но сейчас, когда оба провалили свое задание поддерживать Тыковку, детские разборки теряют весь смысл.

Да, Джун – его первая бывшая и всегда ею будет. Леон даже обнимает ее на прощание, хоть теперь совсем без лишнего подтекста. Прошло столько лет, боже… Кажется, это длилось вечность.

– В понедельник задержусь, – сурово предупреждает Кэтрин. – Мы с Джун поедем в клинику.

– Останься на секунду, – просит Леон и замолкает, пока за Джун не закрывается дверь. – На какие деньги Джун проходит обследование?

– На мои, – пожимает плечами Кэтрин. – Ты платишь отличную зарплату, могу себе позволить.

– Пришлешь мне счет из клиники.

– Знаешь, – кусает губы она, – я даже не буду спорить. Просто скажу «спасибо» и напомню, что в среду мы улетаем.

– Обязательно, – обещает Леон. – Как ты?

– Как беременная вдова перед годовщиной свадьбы. Гормоны вынуждают меня плакать дважды в день, а Рамон – еще и орать.

– Осталась всего неделя, – обещает Леон. – И дальше будет легче.

– Очень хочу тебе верить, но я, знаешь ли, – она кивает на свой живот, – так что будет только тяжелее. Прости, нам пора.

– Конечно.

Леон возвращается за стол и выключает компьютер: к черту. День не задался с самого утра, а появление Джун в поле зрения только больше разбередило душу. Он не ожидал ее увидеть, не рассчитывал на разговор и уж точно не представлял, что из этого выйдет. Чертовы сюрпризы судьбы: интересно, они когда-нибудь закончатся?

Он не тоскует по Джун, хоть внутри что-то и царапает гвоздем по стеклу. Это не совсем из-за нее… Скорее грусть по прежней жизни. Той, в Манчестере, простой и понятной. Где главной дилеммой было одно – встречаться с сестрой лучшего друга или отпустить ее в мир без преступных синдикатов и риска сесть в тюрьму.

План сработал. У нее нормальная жизнь и даже вполне надежный муж. Вот только Леону от этого не легче. Нужно собрать собственные непрошеные эмоции во что-то вроде пластикового контейнера и дать им побушевать где-нибудь далеко от него. Рука сама собой тянется к телефону, и прежде, чем Леон успевает осознать, что делает, он уже звонит Зои.

Первое решение – самое верное, да?

– Привет, – откликается динамик смеющимся голосом. – Что-то случилось?

– Ты нужна мне.

Черт, он говорит это слишком часто в последнее время. Проклятые нервы, хорошо бы Зои не приняла на свой счет и не подумала, будто он в нее влюблен. Это может стать проблемой.

– Прости, папочка, но мы договаривались на завтра.

– Помню, но мне нужно… сегодня.

– Что? – Ее тон меняется на серьезный. – Я ведь говорила, что занята, встречаюсь с подругами.

– Подожду. Напиши, во сколько закончишь, и я тебя заберу.

– Из Бостона? – с сомнением переспрашивает Зои.

– Могу и из Бостона. Разве я непонятно говорю? Ты нужна мне.

Собственный голос выдает раздражение, которое ему не стоило бы испытывать, но Леон и без ее глупого упрямства еле держится. Единственное, что сейчас может сохранить ему рассудок, – ее рот вокруг его члена. И ее покорность.

– Я сделаю вид, что не услышала, – спокойно, но угрожающе произносит Зои. – Леон, я не девочка по вызову. У нас есть контракт, в котором черным по белому прописано: мы заранее согласовываем встречи. Мы договорились на воскресенье? Я приеду вовремя, если это все еще будет нужно. Но появляться по щелчку твоих пальцев я не собираюсь. У меня планы. Хорошего вечера.

Звонок отключается, и Леон отшвыривает телефон в сторону. Как бы она ни была права, дела это не меняет: ему все еще нужно отвлечься. Эмоции бьют под дых так сильно, что держаться на ногах становится все сложнее.

Что это? Джун или ее невероятная схожесть с Тыковкой? Кэтрин или ее слишком будничное «вдова»? Зои или ее наглый, хоть и отлично обоснованный отказ?

Леон не до конца соображает, что с ним, но одно уже ясно: старые методы отвлечься и выдохнуть не работают. Куда ему теперь ехать? В тир?

Принцесса

В этот раз Леон оставляет ей только зрение. В ушах беруши, во рту кляп, а руки и ноги крепко привязаны ремнями на кровати. Всего одна ладонь чувствует себя свободнее – Зои сможет показать стоп-сигнал, если что-то пойдет не так.

Вчерашний разговор был неприятным для обоих. Как только она появилась на пороге сегодня, по взгляду поняла: сейчас будет сложная сессия. И не ошиблась: Леон не наказывает ее – не за что, – но отстраняется точно так же, как была вынуждена поступить сама Зои.

Очевидные вещи, которые никто не соглашался замечать: они стали ближе, чем стоило, и начали выходить за границы отношений доминанта и нижней. Тепло между двумя не такими уж непохожими душами обмануло и поймало в ловушку. Они почти стали друзьями.

Еще один лимит, который стоило выставить пораньше.

Теперь у нее на сосках зажимы, кожа горит от точных ударов стека, а тело одинаково остро отвечает и на боль, и на ласку: ко второй примешиваются душевные переживания, а это хуже пыток садиста.

Зои лежит на спине. В тусклом свете темной комнаты Леон кажется лишь силуэтом, сейчас одновременно близким и далеким.

Кто они друг другу?

Все, что Зои может, – наблюдать за атлетичными плечами, крепко сбитым торсом и широкой шеей, двигающимися в унисон с членом, и хоть она и не любит игры с электричеством, воздух искрит и наливается тяжелым запахом. Они как выпущенный на волю газ, и неизвестно, кто первым подожжет спичку, чтобы мир взлетел осколками в небо.

Перед глазами пляшут красные схематичные чертики. Зои прикрывает веки, но в ту же секунду широкий кожаный конец стека опускается на болезненно ноющие соски, перемещая взгляд на место. Словно сквозь грязное окно она видит своего персонального бога. Жестокого и справедливого. Заботливого и строгого.

Кто они друг другу?

Мысли путаются, кишат живым клубком ядовитых змей. Леону нельзя доверять, он дерьмовый человек, но отличный доминант. Он точно знает, что нужно сделать, чтобы Зои умоляла о пощаде.