Чтение онлайн

Мой первый рой вышел неожиданно в июле во время созревания смородины. Все рои выходят неожиданно, по задумке семьи, выбирают время, когда ты расслабился и не ждёшь, так им легче смыться с пасеки, оставив пчеловода с носом. Улей на 16 рамках расширял и поставил магазин, и хотя на двух крайних рамках по обе стороны гнезда не было расплода, и по книгам семья не должна роиться, т.к. места для развития ещё много,- рой вышел!

Пчёлы выходили - вылетали из улья дружно! Свет померк, - небо потемнело, как в затмение! Тысячи - десятки тысяч пчёл носились, мелькали, мельтешили в воздухе. Гудели, издавая звук работающего авиационного реактивного двигателя. Этим звуком вызывали из улья матку. Мой сват рекомендовал в это время поймать матку на прилётной доске или придавить, чтобы прекратить роение. Свата я видел один раз и сегодня вряд ли узнаю, - в натуральном виде никогда не видел. Он ходил по своей пасеке покусанный, похожий на китайца, - с круглым опухшим лицом и мог ловить по три роя за день, а я на такие подвиги ещё не готов.

Пока эти воспоминания роились в моей голове, - тональность звука изменилась, "авиамотор" заработал без надсады, спокойно. Это вышла и взлетела мамка, которую пчёлы поведут на облюбованное место сбора, и рой летающих пчёл привьётся, толи сама мамка выберет на её взгляд безопасное, неприметное для врагов, в том числе и пчеловода, место, сядет, собирая при помощи ферамонов (запахов) вокруг себя насекомых.

Ничто не будет выдавать, где сел - укрылся рой. Только опытный глаз пчеловода безошибочно отличит притаившихся пчёлок от нароста-капа на стволе берёзы среди пёстрых белых и чёрных участков коры, особенно когда вокруг тебя берёзовая роща. Можешь не углядеть, если глазами не зацепишься за вдруг возникшую кучку серых на стволе, где вчера их не было, или висящий тёмно-серый мешок, в листве "привязанный" к стволу или ветке, неестественно прогнувшейся. Но так бывает не всегда, иногда не мог разыскать беглецов.

Поэтому пасечники бдят за пчёлками с 9 утра и до 18 часов вечера, а если вздремнули, то пчёлам это и надо,- твой душевный покой потерян. Для тебя начинается гадание на кофейной гуще, вышел рой или нет, пока не заглянешь в собирающийся роиться улей.

Часами, днями, иногда неделю следишь за пчёлками, ждёшь звуки работы реактивного двигателя, со стороны наблюдаешь, куда рой привьётся, стараясь не помешать и не спугнуть.

Как не ждал, а всё произошло неожиданно! Впечатляющее зрелище, от которого я забыл все прочитанные наставления, как себя вести, и что в какой последовательности надо делать. Пока пчёлы собирались и успокаивались, я лихорадочно листал страницы, читал, как правильно посадить рой в приготовленный заранее улик. Через несколько минут наступила тишина. Мой первый рой скрылся за теплицей в кустах смородины. Ищу точное место прививки роя, и, в который раз листаю книгу, где пишется, что пчёлы во время роения мирные, не кусаются и их можно успокоить, сбрызнув предварительно водой, собрать метлой и совком в роевню голыми руками, ...и даже без сетки.

Роевни не имел и ещё плохо представлял, что это такое. Предполагал по книгам, что это ящик или корзина с сеткой, чтобы пчёлы не запарились от недостатка воздуха, и не придумал ничего лучшего - использовать вместо роевни ведро.

Мой рой был другой! Привился на куст смородины и сидел тихо-тихо, склонив ветки с чёрными ягодами до земли. Если бы не видел, что он где-то здесь, то пройдёшь мимо и не заметишь!

Только приблизился, шевельнул ветку, и сразу получил ужаления в нос, лоб и под глаз, не говоря уже о руках, которые на глазах несоразмерно увеличились. Мирные пчёлы кусали не активно, а лениво по одной, видимо такой задачи перед собой не ставили. Превозмогая смятение, как перед прыжком с тарзанки, и страхи, как перед спуском с горы на лыжах в пропасть...
– помучился и собрал совком с листьями, ягодами и землёй два ведра пчёл, завязал марлей и опустил в погреб с картошкой, где температура +8. Вёдра тяжёлые, где-то килограмма по три-четыре, и я радовался, что страдаю не напрасно! Мне удалось поймать рой-медовик!..

Мои близкие, присутствовавшие в начале процесса и пытающие оказать посильную помощь - разбежались. Племяш заперся в бане, тесть нервно курил заблокированный в летней кухне, собирался сходить на рыбалку и уже не мог этого сделать, а свояк спрятался на веранде и страдал без пива, оставленного в холодильнике. Выглядывали и спрашивали можно ли пройти в туалет. Как будто всех внезапно приспичило и потерпеть не сумеют...

На улице творилось что-то невообразимое. Пчёлы, не попавшие в вёдра, летали-носились по участку в поисках пропавшей матки. Словно истребители барражировали воздушное пространство вокруг, выискивали врага, находили и бесстрашно атаковали, обращая всех в бегство.

Осталось дождаться сумерек и высыпать на прилётную доску содержимое вёдер. Пчёлы идут по теории в леток сами, а непослушных можно подгонять щёткой и дымарём. Скажу заранее, лучше бы этими манипуляциями не занимался, получил хорошую порцию ужалений, хотя какие-то меры защиты от пчёлок предусмотрел. Пчёлы надоумили, в последствии не раз удивляли своей находчивостью!..

Если не могли тяпнуть меня в лицо - сетка мешала, то с лёту ударяли в сетку. Сетка прогибалась, и я получал очередной фингал вместо глаза, не говоря о других недостаточно защищённых участках тела.

Руки уже не слушались, даже стакан водки с мёдом не поднять, а не то, что выпить согласно указаниям старинного рецепта от укусов, вычитанного мной из древнего журнала по пчеловодству. Эти рекомендации должны снять отёки, иначе, я уже плохо видел, - глаз не открывался. Да и переворачивать страницы конспектов и наставлений было уже нечем, пальцы не слушались, - шевелились как-то не так.

С наступлением сумерек спустился в погреб, поднимаю ведро, а веса не чувствую, что-то не то. Заглядываю под марлю - пусто, пчёл нет, тишина! Только головы касается какая-то тряпка-мешковина, которой здесь не было, и быть не должно. Не помню, откуда взялся коробок и как сумел зацепить пучок спичек. Чиркаю спичками, чтобы понять, куда делись мои пчёлы. Прямо над головой висит этакая сетка-авоська из плотно прижавшихся друг к другу пчёлок, чуток шевелит усиками, дрожит крылышками и молчит. Притаились - думают, что я их не замечу!

Много чего видел в жизни, но от такой картины оторопел. Поднёс пламя, чтобы рассмотреть, как мне лучше их снять и вернуть в вёдра. Часть пчёлок оторвалась и угодила мне на шею, с неплотно прилегающей сеткой, и поползли в разные стороны. Далее действовал по наитию и уже не вспоминал прочитанное ранее. Соскребал быстро вёдрами, и руками, и штукатурным мастерком..., не раздумывая!.. Словно на крыльях вылетал-летал из погреба, одно ведро высыпал на рамки, а второе, вспомнив теорию, на прилётную доску. Пчёлам это не понравилось. Опят загудел реактивный двигатель, и снова закружились вокруг меня вражеские истребители "мессершмиты". Но сил прежних не было, и, видимо, горючее у них было на исходе, да и меня клонило в сон. Нас сморило до утра. Утром всё повторилось, рой сидел на смородине с таким видом, как будто не бывал в погребе и улье. Теперь то я уж приблизился к нему во всеоружии: - в костюме с лицевой сеткой и рукавицах, которые не налезли, пришлось разрезать и обмотать руки поверх ещё полотенцами и скотчем.

Тут уж они своим упрямством задели моё самолюбие, опять собрал и поместил в погреб. Ждал вечера...

В обед племянник радостно сообщил, что какой-то рой опять сидит на смородине. Может, вылетел из второго улья, но вёдра в погребе оказались пусты. Догадался, - смылись через вентиляционную трубу. Так я убедился, что пчёлы умеют отгибать марлю, даже обтянутую резинкой и не любят сидеть в разных вёдрах.

Обозлился основательно, - либо они меня, либо я их,- третьего не дано. Придавил подленькие мыслишки: бросить всё, и пусть летят, куда хотят! Пошёл на рой в атаку с топором, и секатором, как последний солдат под Москвой на танки врага. Бежать, бросить всё..., и отступать было нельзя! Народ на ближайших дачах попрятался! Соблюдать "правильную" технологию с посадкой в погреб не было сил. Срезал ветки с сидящими пчёлами и складывал в улей на рамки под холстик, и чтобы ничто больше не напоминало мне и пчёлам это сражение, - вырубил куст смородины до земли. По поведению пчёлок понял, что эта эпопея с посадкой в улей разрешилась благополучно.

Они уже чистят своё новое жильё, катят по прилётной доске смородину и тащат из летка листья и мусор. Деловито носят пыльцу, весело общаются на прилётной доске, жестикулируют усиками, рассказывают друг другу, где какие цветы богаты пыльцой и нектаром, а, может, смеются над покусанным хозяином-неумехой.

Результат, наконец достигнут и мной овладевает полное удовлетворение от сделанной работы. Пчёлки сняли камень сомнений и неверия в свои силы с моей души!.. Мной овладела эйфория от победы над собой и над пчёлами...., а может, пчелиный яд так подействовал..., и устроил праздник для души!..

Радовался и уже не вспоминал причиненные мне неудобства, от принятых ужалений, которые подсчитывать было некогда. (Согласно умным наставлениям 30 укусов пчёлок для среднестатистического пчеловода могут быть смертельными, а кому-то и одной достаточно "коньки отбросить").

Положенные двести граммов с мёдом, услужливо с сочувствием влитые женой в мой не открывающийся рот, принесли желаемое, но тяжёлое облегчение, - трясло от сердцебиения..., - весь вымок, как искупался. Видимо крепки здоровьем были древние пчеляки! Больше я таким старинным самолечением не занимался, - таблетка супрастина или димедрола помогала надёжней..., позже нашёл и испытал другие более гуманные методы.