Чтение онлайн

Чуть более десяти лет спустя, в 1532 году, Франсиско Писарро совершил нечто еще более неправдоподобное. Во главе группы из 106 пеших и 62 всадников он совершил поход, который закончился поражением самой большой и развитой цивилизации на Американском континенте. В период своего расцвета, незадолго до испанского завоевания, империя инков простиралась на 2500 километров вдоль Анд и прибрежных равнин западной части Южной Америки. В Кахамарке испанцы столкнулись с закаленной в боях 80-тысячной армией, но сумели захватить Атауальпу, абсолютного монарха, не потеряв ни одного человека. Писарро держал Атауальпу в плену восемь месяцев, пока его подданные собирали самый большой выкуп в истории: золота хватило, чтобы заполнить огромную комнату, в которой он был заключен, до высоты 2,75 метра, а также две соседние комнаты серебром. Опасаясь, что Атауальпа готовит заговор против испанцев, Писарро убил его, но оставил себе сокровища, накопленные для уплаты выкупа: шесть тонн золота и 11 тонн серебра. Почти все награбленное было переплавлено, и каждый пехотинец получил 20 килограммов золота - кавалеристы вдвое больше. Доля Писарро составила около четверти тонны, плюс 15-каратный золотой трон инков весом 83 килограмма. Затем конкистадоры отправились в столицу, Куско, где нашли еще больше сокровищ, в том числе ламу из чистого золота весом 26,5 килограмма.

Казалось бы, невозможные победы Кортеса и Писарро, когда несколько сотен и несколько десятков солдат соответственно быстро завоевали огромные и сложные цивилизации, были только началом. Испанцы продолжали править большей частью Южной и Центральной Америки в течение следующих 300 лет, жестоко подчиняя себе население и добывая огромные богатства. Современным эквивалентом может быть правое ополчение США или группа английских футбольных хулиганов, которые добираются до Москвы, похищают и убивают Владимира Путина, захватывают российские запасы нефти и газа, а затем объявляют территорию колонией, в которой их потомки будут властвовать на протяжении веков. Испанские завоевания были настолько поразительными, что их трудно объяснить, не прибегая к чудесам (превосходство христианского Бога) или расизму (врожденное превосходство европейцев). И хотя оба эти объяснения явно несовершенны, они все равно, сознательно или подсознательно, определяют то, как многие люди понимают создание современной Латинской Америки.

В книге "Ружья, микробы и сталь" (1997), получившей Пулитцеровскую премию, Джаред Даймонд дает, пожалуй, самое известное и самое влиятельное объяснение испанскому завоеванию Америки. Проще говоря, он утверждает, что в неолитической Евразии было больше диких растений и животных, которые могли быть одомашнены. Это позволило евразийцам производить больше излишков пищи, что, в свою очередь, привело к появлению централизованных, стратифицированных, технологически инновационных обществ, которые могли доминировать над другими обществами. Таким образом, хотя Даймонд считает европейские общества значительно более развитыми, чем американские, источник этого преимущества - географический. Как вы уже поняли из названия его книги, он также подчеркивает важность патогенов: большее количество одомашненных животных и более плотное население Евразии увеличивали вероятность возникновения и распространения инфекционных заболеваний, что давало европейцам преимущество, когда они сталкивались с людьми, не выработавшими иммунитет к этим патогенам. Однако микробы играют лишь эпизодическую роль в объяснении Даймондом завоевания Америки. Он утверждает, что "превосходное оружие испанцев в любом случае обеспечило бы окончательную победу испанцев".

Но превосходство Старого Света слишком преувеличено. Между позднесредневековой Испанией и Америкой до Колумба не было больших различий в уровне жизни. В письме королю Карлу V Кортес с удивлением описывал, что здания, гончарные изделия, украшения, одежда, обувь, продукты питания, рынки и цирюльни Теночтитлана были либо такими же, как в Испании, либо лучше по качеству. По оценкам, в 1500 году валовой внутренний продукт (ВВП) Испании на душу населения был примерно в 1,5 раза больше, чем в Центральной и Южной Америке - примерно так же, как разница между США и Великобританией сегодня.

С точки зрения военных технологий - оружия и стали - испанцы действительно имели преимущество над коренными американцами. Но вряд ли это были те различия, которые могли бы объяснить, как крошечные экспедиционные силы победили и колонизировали два крупных, сложных государства, которые могли выставить на поле боя десятки тысяч хорошо обученных солдат. Огнестрельное оружие конкистадоров имело определенную шокирующую ценность, но оно также было и помехой. Примитивные мушкеты требовали более минуты на перезарядку, а пушки было сложно перевозить по пересеченной местности. Стальные клинки и доспехи давали им преимущество в бою, но и это преувеличивалось. Например, некоторые виды оружия коренных американцев были очень эффективными - рогатки, которые с большой скоростью бросали камни размером с бейсбольный мяч. Стеганые доспехи, которые использовали мексиканцы (ichcahuipilli), были не тем одеянием, которое можно надеть на бой подушками. Она была легкой, прохладной и удивительно прочной. Фактически, ее переняли многие конкистадоры.

Даймонд утверждает, что лошади, с которыми мексиканцы и инки никогда бы не столкнулись, сыграли решающую роль в исходе вторжения, поскольку позволили испанцам атаковать врагов на огромной скорости и со значительной высоты. Лошади, по его мнению, были позднесредневековым эквивалентом джипов и танков "Шерман". Однако не стоит преувеличивать их значение. У испанцев их было очень мало - сначала шестнадцать во время вторжения Кортеса и шестьдесят восемь во время вторжения Писарро, и они не принесли бы практически никакой пользы в самых решительных кампаниях конкистадоров, таких как трехмесячная осада Теночтитлана в 1521 году или партизанская тактика, использованная во время восстания инков в 1536 году.

Упор Даймонда на оружие и сталь, а не на микробы, был аргументом, сформулированным в 1990-х годах, до того как вторжение США в Афганистан напомнило нам, насколько неэффективными могут быть военные технологии перед лицом решительного сопротивления местного населения. На момент вторжения США были одной из самых богатых стран мира, а Афганистан - одной из самых бедных. По данным Всемирного банка, ВВП США на душу населения составлял 38 000 долларов, что более чем в сорок раз превышало показатель Афганистана (877 долларов). В распоряжении американцев и их союзников была практически невообразимая огневая мощь. На пике конфликта в Афганистане находилось 130 000 военнослужащих НАТО, вооруженных по последнему слову техники. Их истребители и беспилотники были эквивалентом всевидящих, сверхзвуковых, огнедышащих драконов XXI века, сбросивших десятки тысяч бомб за время войны.

С другой стороны, талибы были вооружены самым простым оружием, относящимся к 1980-м годам, а в некоторых случаях и ко Второй мировой войне. Тем не менее американцам не удалось достичь своих относительно скромных политических и военных целей. В 2021 году, после двадцати лет оккупации, западные державы ушли, и талибы вернулись к власти.

Если оружие и сталь не объясняют, почему конкистадорам удалось так решительно завоевать Южную и Центральную Америку, то что же тогда объясняет? Ответ прост: микробы, микробы, микробы.

Пятьсот лет рабства

В Рождество 1492 года один из трех кораблей первого трансатлантического путешествия Христофора Колумба сел на мель у северного побережья острова, который впоследствии стал известен как Испаньола - гористого карибского острова, разделенного сегодня на Гаити и Доминиканскую Республику. Земля была невероятно плодородной, а населяли ее коренные жители - тайно, которых Колумб назвал "ласковыми и без злобы". Так как два уцелевших корабля были слишком малы, чтобы взять на борт экипаж потерпевшего крушение судна, тридцать девять человек были оставлены, чтобы построить укрепленное поселение Ла-Навидад. В то время как остальные отплыли в Испанию, чтобы объявить о своем "открытии", оставшиеся получили провизию, оружие и инструкции по поиску золота. Как и конкистадорами Херцога, испанцами, открывшими Америку, двигало желание сказочно разбогатеть.

Когда менее чем через год Колумб вернулся на Испаньолу с семнадцатью кораблями, он обнаружил, что Ла-Навидад сожжен дотла, а тела будущих конкистадоров разлагаются на близлежащих полях. Таино напали на испанцев, устав от их жадного аппетита к женщинам и золоту. Их подавляющее число и превосходное знание местных условий превзошли все технологические преимущества, которые могли дать им оружие и сталь захватчиков. Но это была бы редкая победа коренных жителей Нового Света.

Мы не знаем точно, сколько людей жило на Испанской Республике к моменту прибытия испанцев. Колумб утверждал, что их было "миллионы и миллионы", хотя современные ученые считают, что более реальным было бы несколько сотен тысяч. Коренное население было важной частью планов конкистадоров: они должны были добывать золото, работать на плантациях и продаваться в рабство в Европу - по словам самого Колумба, "столько рабов, сколько Их Величества прикажут сделать, из числа тех, кто является идолопоклонниками". На родине разгорелись споры о том, правильно ли порабощать коренных жителей Америки до того, как они узнают о христианской вере. Как бы то ни было, эти планы потерпели крах, потому что многие из них погибли в течение десятилетий после 1492 года. В 1514 году в результате переписи населения было обнаружено всего 26 000 таино, а к середине XVI века они практически исчезли.

Сокращение численности коренного населения отчасти было следствием беспричинной жестокости конкистадоров. Бартоломе де лас Касас, землевладелец и раб, ставший монахом-доминиканцем, провел в Америке пять десятилетий к моменту публикации "Краткого отчета о разрушении Индий" в 1552 году. В этой книге он рассказывает о том, как тайно подвергались жестокости, "которую не может описать ни одна хроника". На них натравливали собак, их расчленяли мечами и сжигали заживо в запертых зданиях. Но патогенные микроорганизмы Старого Света нанесли коренному населению гораздо больший ущерб, чем животные, оружие и спички испанцев.