Чтение онлайн

А дома меня уже ждал обед. Альб сидел за столом, а Альма раскладывала по тарелкам траву.

— Привет, хозяева, — бодро произнесла, поставив ведро рядом с печью, ну, чтобы дважды к бочке не бегать, а в котелок больше не войдет. Именно этот котелок я планировала использовать для кипячения воды.

— Ой, а что это такое вкусное у нас? — траву Альма заправила, чем-то вроде соуса и теперь салатик пах очень аппетитно, или это я просто проголодалась.

Рядом стояла миска с тонко нарезанным вяленым мясом, с которого не сводил взгляд малыш, но так и не смел притронуться. Оставшуюся лепешку, которую все еще можно было есть, Альма поделила на три ровные части, как и спелое яблоко. Вот такой нехитрый обед, аж сердце кровью обливается. Ах, да, на столе еще стояла кринка с чем-то ароматным.

— Энто взвар, ягоды сушеные оставались… Немного… У тетки Лавини все утро в печи настаивался. Она иногда позволяет пользоваться ее печью, — тихо произнесла Альма, разливая по глиняным кружкам напиток.

— Ну, что? Налетай, — скомандовала я и попробовала салат, правда, не сразу у меня вышло захватить его деревянной ложкой, чем я не мало рассмешила малышей.

— Почему мясо не едите? — я не собиралась прикасаться к мясу, переживу, а малышам нужно есть.

— А вы? — осторожно спросила Альма.

— Я с зимы закормлена, — отшутилась, продолжая есть салат.

Ребята смущенно переглянулись и не сговариваясь посмотрели в мою сторону.

— Так дело не пойдет. Вот, это тебе, а это тебе, малыш, — я шустро разделила мясо поровну и разложила по тарелкам.

— А взвар и правда очень вкусный, даже сладкий… Сахар или мед? — это было не праздное любопытство.

— Нет… Энто сушеный сладкий корень. А мед есть только у дядьки Симона, но его слишком мало и только для продажи, — пояснила повеселевшая Альма.

Уж не знаю, наелись ли дети в этот раз, но очень на это надеюсь.

Глава 8

А после обеда мы пошли осматривать огород… и не только. Знакомая мне будка туалета стояла не далеко от дома. А вот огород был небольшим, не знаю, как у соседей, может здесь и не положено было иметь много земли в личное пользование. Однако, порадовало, что здесь росли плодово — ягодные кусты и даже несколько яблонь.

— Перекопать надо, — вслух подумала, осматривая землю.

Грядок здесь не было, судя по всему, садили все друг рядом с другом. Хотя, что садили-то? Репу да зелень?

Если я не ошибаюсь, то сейчас еще не поздно посеять семена. Их бы прорастить, но времени уже нет. Если тот парень… Черт! Я же даже не спросила его имя! Да и ладно. Если он принесет мне семена, можно лишь понадеяться на удачу, авось, что — то и взойдет.

Так же, на заднем дворе имелся курятник, стайка для скота и сарай. Правда, сейчас все это пустовало, ну, кроме сарая, там хранились какие-то инструменты, необходимые в хозяйстве. Вилы, лопаты, топоры…

В общем, я не приглядывалась, есть, да есть и то хорошо, может и пригодятся когда. Хотя, по словам Альмы, в общине или селе, все одно, есть и кузнец и плотник и как ни странно, именно их семьи живут немного лучше других. Оно и понятно, им точно есть, что вести в город на продажу.

Пока Альма мне все рассказывала и показывала, Альб носился рядом, словно маленький ураган. Что с него взять, ребенок. Даже несмотря на все тяготы, детский оптимизм и умение радоваться самым, казалось бы, обычным вещам, внушал надежду и уверенность в завтрашнем дне.

Потом я внимательно осматривала дом снаружи, прикидывая, с чего начать ремонт. Залатать крышу или утеплить стены. А когда Альма отвела меня в погреб, я с любопытством принюхивалась к разным травкам, которые висели здесь повсюду.

К сожалению, кроме них в погребе ничего съестного не было, кроме травки, кореньев и последней полоски мяса, лежащей на глиняной тарелке и заботливо прикрытой чистой тряпицей.

— Это осталось от бабушки? — понюхав очередной пучок и повесив его обратно, повернулась к девчушке.

— Нет… Энто я собираю, — смущенно произнесла Альма.

— Ты? Так ты разбираешься в травах? — удивленно спросила я.

— Да. Та, что вы нюхали, от горячки. А вона та, с голубыми цветами, от больной головы. А вона сладкие корешки, как высохнут, я в ступке растолку.

— А в общине знают о твоем даре?

— Даре? — задумалась над странным словом девчушка, — Нет, я токма в энтом году стала травки собмрать. Без бабушки… Альб зимой уж очень болеет, а на лекаря нет денег, бабушка продуктами расплачивалась, а нынче и их нет… А я опосля ее смерти, почувствовала странное, будто каждая травинка говорит со мной..

— Это и есть дар. Ты молодец. А скажи в общине есть лекарь? — у меня уже созрел план.

— Нет, вы чаво! Токма из города приезжает, да и то не всегда.

— Скажи, есть ли уже травы, которые можно собирать сейчас? — надо бы запастись всем, чем можно. Зима-то длинная.

— Да, вот ведь, я ужо насобирала. Ежели бы сходить за горбушку…

— За ту гору? — это она, наверное, о том месте, где я очнулась.

— Да. Но одна я туды ни за что не пойду. Бабушка говорила, там очень опасно.

Ну, была бы я на ее месте, еще бы и не то наговорила. Понятно же, что переживала старушка за внучку, вот и рассказывала страшилки, чтобы не дай бог она туда нос сунула.

— И правильно. Одной туда ни ногой. А вот все вместе, как-нибудь сходим, на разведку, — подмигнула я.

— На разведку? — уставилась на меня Альма.

— Ну, да. Разведать местность, присмотреться к лесу… — уверенно произнесла я, а потом вспомнила волчий вой.

Все же одним нам туда нельзя. Нужен кто-то из мужчин, пока он будет отбиваться от хищников, мы по-быстрому слиняем. Ха-ха…

— А…

Все время, я мысленно ставила себе галочки, что нужно еще сделать до зимы. Жаль, здесь нет писчих принадлежностей, чтобы все записать, могу лишь надеяться, что память у Паулины на «девичья» и я смогу все и так запомнить.

Только я даже не представляла, что писчие принадлежности — это малость, по сравнению с которой отсутствие других нужных вещей, действительно, приносят неудобства.

Время до вечера пролетело незаметно, я успела вскопать часть огорода и сделать три грядки, в надежде, что тот самый, добрый молодец, помимо семян принесет и дров. Иначе спать мне грязной.