Чтение онлайн

Перед глазами Сергея всплыли другие губы — жадные, насмешливые, пахнущие дорогими духами и кровью.

Губы Киры.

— Конечно, — солгал он, — Вашу дочь сможет забыть только слепой.

— Тогда все решено, — заключил князь. — После успеха операции мы объявим о возобновлении помолвки.

Сергей кивнул, тщательно скрывая ярость. В голове уже складывался план: сначала использовать Долгоруких, добиться власти… А потом…

— Я тронут вашим доверием, князь, — произнес он, делая глубокий поклон, — И готов оправдать его. Но скажите честно — вы всерьез готовы отдать дочь в жены чернокнижнику?

Тишина. Даже ветер будто замер.

Василий напрягся, пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

А князь Долгорукий… рассмеялся.

Громко, искренне, как будто услышал лучшую шутку в жизни.

— Ох, Сергей, — он вытер слезу с морщинистой щеки, — Неужели ты думаешь, что тёмные искусства практикуют только в подворотнях?

Сергей даже не моргнул.

— Вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, — князь внезапно перестал смеяться, и его голос стал низким, словно доносящимся из-под земли, — что во многих семьях всегда были свои… специалисты.

Он медленно поднял руку, и между пальцами вспыхнул свет — но не золотой, не благородный, а гнилостно-зеленый, мерцающий, как болотный огонёк.

Сергей почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

— Вы…

— Мы, — поправил его Долгорукий, — Ты не первый, кто пошёл этим путем в нашем кругу.

Василий, до этого молчавший, ехидно ухмыльнулся:

— Мой прадед лично разработал ритуал, который использовали мятежники в тридцатых годах прошлого века. Целая деревня, занятая солдатами Императора высохла за ночь. Без единого следа.

Луна, пробиваясь сквозь листву, освещала лица троих мужчин холодным серебристым светом. Сергей стоял, скрестив руки на груди, чувствуя, как в висках пульсирует ярость.

— Вы ведь неспроста заговорили о своей дочери, князь?

Князь Долгорукий обменялся взглядом с сыном, затем медленно провел рукой по резной колонне беседки.

— Моя дочь — провидица, Сергей. Её видения… были одним из наших преимуществ.

Сергей нахмурился.

— Были?

— Именно так, — Князь сжал кулак, и в его глазах вспыхнуло что-то тёмное, — Видения Варвары позволяли нам предугадывать действия врагов, избегать ловушек, находить слабые места в их защите. Но теперь…

— Теперь они стали ненадёжными, — резко вступил Василий, нервно постукивая пальцами по эфесу кинжала, — И всё из-за одного человека.

Сергей почувствовал, как холодная волна пробежала по его спине.

— Кто?

Князь улыбнулся — без тени тепла.

— Ты знаешь его. Более того, — он сделал паузу, — Ты ненавидишь его.

Сергей замер. В голове уже всплыло имя, но он не произносил его вслух, будто боялся дать ему силу.

— Марк Апостолов, — наконец сказал князь Долгорукий.

Сергей ощутил, как что-то внутри него вскипает.

— Он… блокирует ее видения?

— Мы не знаем наверняка. Быть может, он делает ненамеренно, а может… Но одно мы знаем точно. Он — аномалия. Варвара дважды предрекла ему смерть — и оба раза он избежал этого. И после второго случая её дар стал… сбоить.

Василий шагнул вперед.

— Если убрать его — всё вернется на круги своя.

Тишина. Даже ночные птицы замолчали, будто почувствовав напряжение.

Сергей медленно выдохнул.

— И вы хотите, чтобы его убрал я?

— Да.

30 июня 2032 года. Квартира Марка.

Два дня. Сорок восемь часов с того момента, как Юсупов улыбнулся мне своей ледяной улыбкой и приказал подготовить материалы. Сорок восемь часов, за которые я успел проверить каждый запасной план, каждый аварийный выход — и понять, что их попросту нет.

Мои друзья сидели в гостиной, словно приговорённые перед казнью. Аня щелкала ногтями по подлокотнику кресла, Арс молча пил кофе, а Маша нервно перебирала края свитера.

Они ждали объяснений. Но сегодня я собирался дать им больше, чем просто слова.

— Ладно, Апостолов, — Аня первая не выдержала сгустившейся тишины, — Ты собрал нас не для того, чтобы пялиться в стену. Юсупов что, уже послал за тобой инквизиторов, и это прощальный вечер? Если так — давай хотя бы напьёмся ради приличия.

— Нет, — я провёл рукой по лицу, — Но у нас… У меня осталось пять дней.

— До чего? — Арс поставил кружку на столик так резко, что расплескал кофе.

— До того, как он получит всё, что я создал. Разработки по магической реальности. А потом… Потом этого урода будет уже не остановить.

Я встал, и направился в ванную.

— Идите за мной.

Они переглянулись, но встали.

А когда я провёл рукой рядом с зеркалом, и воздух дрогнул, пространство сжалось, и перед нами раскрылся портал — ахнули.

— Это что?! — изумилась Аня.

— Проще показать.

Трава под ногами была мягкой. Солнце светило ярче, чем в Москве, а воздух пах жасмином и свежестью.

— Где мы? — Маша ахнула, озираясь по сторонам.

— В моём пространственном тайнике, построенном по утерянным чертежам Вильгельма Пеля. Вернее… в нашем тайнике.

И тут из дома вышла Илона.

Рыжие волосы, золотистые глаза, лёгкая улыбка — живая, настоящая. Она замерла, увидев гостей, но лишь на секунду.

— Ну наконец-то, — сказала она, закатив глаза, — А то я уже думала, ты решил держать меня здесь вечно.

Аня аж подпрыгнула.

— Ты… ТЫ?!

— В смысле, «ты»? — Илона скрестила руки, — Кто, я?

— Но ты же… Сгорела! — Арс выдавил из себя это слово, широко раскрыв глаза.

— Нет, — я перехватил взгляд Илоны и кивнул, — Это был клон.

Тишина.

Потом Маша резко развернулась ко мне, и в её глазах вспыхнуло что-то между обидой и яростью.

— Ты… Ты нас даже в ЭТО не посвятил?

— Если бы я сказал вам, что Илона жива, вы бы не поверили в её смерть. А Туманоликий мог почуять подвох.