Печать пожирателя 8
Шрифт:
— Мы твои друзья, чёрт возьми! — Аня пнула ногой камень, и тот отлетел в озеро, — Или ты думал, мы не сможем сыграть так же хорошо, как ты?
— Я думал, что если он вас схватит и начнёт выворачивать душу наизнанку, вы не сможете скрыть правду! — Голос мой звучал жёстче, чем я планировал, — И тогда он убил бы вас по-настоящему!
Арс сжал кулаки, но не стал спорить. Он понимал. Они все понимали — просто не хотели признавать.
— Ладно, — Маша выдохнула, — Допустим, ты прав. Но… Что теперь? Юсупов — это… Распутин? И ему нужны твои разработки? И ты сам?
— Да, — Я сел на траву, чувствуя, как земля слегка пружинит подо мной, — Он меняет тела, как перчатки. И моя магическая реальность ему нужна не просто так. Он явно хочет Эфир. А получив его… Страшно представить, что тогда случится с Империей.
— А что насчёт пяти дней? — Илона присела рядом, её пальцы коснулись моей руки.
— Через пять дней Император вернётся и снимет с меня дворянское слово, данное Салтыкову. И тогда Юсупов получит доступ ко всем нашим исследованиям.
— Тогда мы все умрём, — тихо закончила Аня.
— Есть такой шанс. Отобрав у меня последний, как он думает, козырь, Юсупов совершенно точно возьмёт вас в плен и продолжит шантажировать меня.
— Проигрыш-проигрыш… — пробормотал Арс, — Согласишься отдать ему тело — и погибнешь, а он провернёт какой-нибудь переворот. Откажешься…
— И он убьёт вас. И всё равно с помощью моих разработок найдёт себе новое тело.
Тишина повисла между нами. Даже ветер в этом искусственном мире будто замер.
Аня первой нарушила молчание.
— Ладно, гений. Ты нас заманил сюда, показал живую Илону, напугал историей про Распутина… Что дальше?
Она скрестила руки на груди, но я видел, что её пальцы слегка дрожали. Арс стоял неподвижно, как статуя, только глаза выдавали напряжение. Маша прикусила губу, а Илона… Илона смотрела на меня так, будто уже знала ответ.
— Дальше — план, — я вытащил из кармана игральную кость. Она была тёплой, почти живой, и пульсировала в моей ладони слабым лиловым светом.
— О, чёрт, — прошептал Арс, — Это же…
— Эфир. Да. За ним я гонял на свою «практику».
— Ещё одна история, о которой невозможно рассказать, — нервно фыркнула Аня.
— Расскажу, когда закончим с Туманоликим.
Я сжал кость в кулаке, и из неё вырвалась сияющая, переливающаяся звёздная пыль.
— Тебе не кажется, что ты заходишь слишком далеко? — Маша отступила на шаг, — Мы не умеем…
— Пока, — я перебил её, — Пока — не умеете. Но я не прошу вас использовать Эфир. Только хранить.
— Для чего? — Аня прищурилась.
— Для момента, когда он понадобится. А он наступит очень скоро, поверь, Лисицына.
Я подошёл к ней. Аня не отстранилась, но её плечи напряглись.
— Доверяешь? — спросил я.
— Чёрт возьми, ненавижу, когда ты так говоришь, — проворчала она, но кивнула.
Я поднёс руку к её груди, туда, где пульсировала Искра. Пыль Эфира втянулась в неё, как вода в песок. Аня ахнула, глаза её расширились, но она устояла.
— Чёрт… Это как…
— Как ощутить, что ты прыгнул с Адепта до Архимага? — я усмехнулся.
— Хотела сказать — как сотня оргразмов одновременно…
Арс тихо фыркнул.
— Если тебе такая аналогия ближе — пожалуйста. Только повторюсь — не пытайся его использовать. Пока.
Аня кивнул, и я, всё также удерживая на ладони кость с вырывающимся из неё Эфиром, подошёл к Арсу. Он принял дар молча, лишь стиснув зубы, когда Эфир вошёл в него. Маша дрожала, но не сопротивлялась. Илона же…
— Ты уверен, что это сработает? — она прошептала, когда я коснулся её лба.
— Нет.
Она рассмеялась.
— Хотя бы честен.
Когда последняя крупинка Эфира исчезла в её Искре, я отступил.
— Теперь — «Кровавый пакт».
— Опять? — Аня закатила глаза.
— Обновлённая версия. Всего на несколько дней, не переживай. После смерти Юсупова он растворится.
Я достал из кармана небольшой нож и провёл им по ладони. Кровь, тёмная и густая, капнула на траву. Друзья, не колеблясь, сделали то же самое.
— Клянёмся, — начал я, — Защищать друг друга — и молчать об Эфире.
Упавшие на землю капли крови вспыхнули алым светом. Затем тонкие нити из наших ладоней поднялись в воздух, смешалась, впиталась в кожу, оставив лишь лёгкое жжение.
— Всё? — спросил Арс.
— Всё.
Я посмотрел на них — на этих безумцев, которые всё ещё верили мне, несмотря на все обманы. И понял — я готов убить за них. Или умереть.
Но только не потерять.
— Когда придёт время, — сказал я, — Эфир позовёт вас — даже если меня не будет рядом. И вы поймёте, что делать. Просто… Доверьтесь ему. И мне.
— А пока?
— А пока — ждём.
Друзья уходили по одному, стараясь не привлекать внимания. Сначала Арс, потом Маша, и наконец Аня — она на прощание сжала мою руку так сильно, что кости хрустнули.
— Не вздумай сдохнуть, Апостолов, — бросила она, исчезая за дверью.
Я закрыл за ней вход, ощущая, как магические защиты снова смыкаются вокруг квартиры.
Илона ждала меня в пространственном тайнике. Она стояла у озера, её рыжие волосы трепал лёгкий ветерок.
— Ты снова уходишь? — спросила она, не оборачиваясь.
Я подошёл сзади, обнял её за плечи, вдохнул знакомый запах жасмина.
— Да. Мне нужно…
— Знаю. Спасти мир, разобраться с Юсуповым, устроить революцию, — Она повернулась ко мне, и в её золотистых глазах читалась тревога, — Обещай, что будешь осторожен!
Я притянул её к себе и поцеловал.
— Обещаю.
Пространственный разлом закрылся за спиной с тихим шелестом, и квартира встретила меня привычной тишиной.
Я достал телефон — не обычный смарт, а старый, кнопочный, с двойным шифрованием. Набрал номер, который знал наизусть.