Чтение онлайн

Жилище травника выгодно отличалось от всей прочей архитектуры. Пока обычные здания серели и разрушались, дом Сэмюэля — точнее, даже не дом, а целый дворец — мог похвастать белым мрамором колонн и лестниц, светлыми стенами без единой царапины и куполами на трёх изящных башенках.

Обитателем этих хоромов оказался невзрачный старикан с куцей бородёнкой, радикулитом и защемлением шейных позвонков.

— Вот и ты, мой давний друг Ли Тэ Ри, — прокряхтел он, отперев парадную дверь. — А с тобой гости? Не знал, что ты не один.

— Он не один, — закатала рукава Юлиана и злостно уставилась на старикашку. — А ты, гад, за всё ответишь!

— Ну-ну, барышня, умерьте пыл, — ухмыльнулся Сэмюэль и, внезапно щёлкнув пальцами, наслал на неё чихательное облако.

Начихавшись, она как-то подозрительно позеленела и, закатив глаза, вытянула руки. Её голова резко склонилась набок, а выражение лица сделалось таким пугающим, что Киприана, который отличался железной выдержкой, прошиб холодный пот.

— Мо-о-озг, — пробормотала Юлиана, медленно крутясь вокруг своей оси и выбирая жертву из собственных попутчиков. — Мо-о-озг.

Содрогнувшись, Киприан быстро сообразил, что к чему, и обездвижил любовь всей своей жизни, чтобы она не вздумала полакомиться ничьими внутренностями.

— Мо-о-озг, — подвывала Юлиана, очутившись у него на плече спеленатой по рукам и ногам. Она догадалась, что сотворил с ней проклятый травник, но тело больше не желало её слушаться, и изо рта у неё вырывалось разве что жалкое нытьё: — Мо-о-озг!

— А теперь, пожалуй, проходите, — просветлел Сэмюэль, словно это не он только что превратил в зомби одного из своих гостей.

И отступить сейчас было бы неоправданным риском для жизни.

Пелагея, Ли Тэ Ри и Киприан прекрасно знали, что, поверни они вспять, им достанется точно такое же облако, а вслед за ним… Кто знает, что ждало бы их, нелюдей, после того как они надышались бы этой дряни из облака.

Глядя на Юлиану, Ли Тэ Ри с дрожью в сердце предполагал для себя худшее.

А Кю, до сих пор пребывавший в облике кузнечика, который притаился у Пелагеи в кармане, надеялся, что его этот кошмарный старик не засёк. Он тихо сидел за тонким слоем ткани, слушал, анализировал и придумывал пути отступления.

Глава 8. Придурь эльфийская

Сэмюэль провёл гостей в роскошный зал с колоннами, усадил их вокруг стола и предложил чаю. Гости возражать не стали. С момента, как они переступили порог дома, их словно околдовали. В их головах бродил дурман, мозг отказывался соображать и проявлял необычайную покорность. Чай — так чай. Несите, что уж.

В чае плавали какие-то лепестки и крохотные бутоны. На первый взгляд, ничего особенного. На вкус тоже всё обычно. По крайней мере, ни Пелагея, ни Киприан не почувствовали чего-то странного.

— Я вывел особый сорт травы и назвал её Придурь эльфийская, — с гордостью сообщил травник, в упор глядя на Ли Тэ Ри. — Что, дружище, по нраву ли тебе вкус моего чая?

— Чая… — заторможено повторил тот. — Вкус?

— А травка-то моя отлично на эльфов действует, — потёр ладони Сэмюэль. — Давно хотел её испытать, и тут ты пожаловал. Очень вовремя.

— Но зачем вы дали ему эльфийскую придурь? — осторожно спросила Пелагея.

— Она вызывает у эльфов помутнение сознания, и в таком состоянии ими можно легко управлять, — охотно пояснил травник. — А поскольку у моего знатного друга водятся денежки и разное имущество, я был просто обязан пригласить его к себе. Ну что, приятель мой Ли Тэ Ри, перепишешь на меня свой ледяной замок? Или лучше весь северный край?

Он подсунул эльфу бумаги и ручку, чтобы тот поставил подпись здесь и здесь, и еще во-о-он там.

И эльф покладисто расписался.

Надо же, сговорчивый какой.

— Погодите, но разве в таких вопросах не нужны юристы? — опешил Киприан, который за время общения с Юлианой поднабрался некоторой житейской мудрости.

— Мои юристы подготовили все эти документы и позаботятся об остальном, не волнуйтесь. А теперь, поскольку вы мне больше не нужны…

Они напряглись, ожидая чихательного облака, но старик просто отпустил их с миром, потому что за дверью особняка уже толклась стая голодных зомби.

— Идите, идите, — пренебрежительно махнул Сэмюэль в сторону Пелагеи с Киприаном. — Не стоит вам задерживаться.

— А он? — спросил Киприан.

— Ли Тэ Ри? — осклабился старик. — Он мне ещё пригодится.

Травник решил оставить эльфа у себя на случай, если окажется, что надо подписать какое-нибудь дополнительное соглашение. И спорить с этим чудаком было совершенно бесполезно. Только разозлишь его — да в зомби превратишься. Не очень-то весёлая перспектива.

Пелагея и Киприан со связанной Юлианой на плече вышли из дома, пребывая в глубоком недоумении и растерянности. Дурман на свежем воздухе постепенно улетучился, и логика со здравым смыслом заняли прежние позиции.

— Как-то это на нас не похоже, да? — спросил Киприан скорее у самого себя.

Начиная от крыльца и заканчивая открытыми воротами, а потом и дальше, стояли истуканами серые и зеленоватые, полуистлевшие, жуткие на лицо зомби.

— Совсем не похоже, — подтвердила Пелагея. — Пора принимать меры, — добавила она и сделала шаги с поворотами, чтобы обернуться горлицей.

Кузнечик-Кю выпрыгнул у неё из кармана прежде, чем она стала птицей, и тотчас превратился в ветер. А Киприан, аккуратно уложив Юлиану на крыльцо, сошёл на клумбу и сотряс землю своим мощным перерождением в вековечный клён. Пора было заканчивать весь этот балаган.

Клён рос ввысь и вширь, освещая окрестности своим осенним, янтарным светом, исцеляя жителей и Юлиану, ломая ветвями стены дома, прорываясь корнями глубже и глубже в фундамент. Земля дрожала, а в поднебесье тем часом лютовал ураган по имени Кю. И горлица разбивала окна клювом, острым, как лезвие клинка.

В окна врывался ветер. Он сметал бумаги, которые подписал Ли Тэ Ри, и старательно выдувал у бедняги из головы эльфийскую дурь. Старикашка Сэмюэль метался по комнатам, не понимая, что происходит, и пропустил момент, когда эльф окончательно вернул себе самообладание.

Очнувшись от дурмана, Ли Тэ Ри обнаружил себя в месте, мало напоминающем богатый особняк. В воздухе носились белые листы, занавески неистово трепало ураганом, на потрескавшемся полу поблёскивало битое стекло, и хозяин дома сновал туда-сюда, словно выживший из ума.

— Так-так, — проговорил эльф и, поднявшись с дивана, принялся ловить и подбирать бумаги. — Это когда же я успел дел наворотить? — удивился он, заметив изящный росчерк своей подписи на нескольких документах. — Переписать ледяной дворец на Сэмюэля? Вот так хитрец! А это у нас что? Передача края Зимней Полуночи в собственность мистера С.? Ничего себе, губу раскатал!