Чтение онлайн

«Надо, так надо, – отозвался голос кайрина в голове Ашри. – Скажи этому держаться крепче и… не привыкать».

Сварг приподнял крылья, защищая всадников и, подпрыгнув, приземлился на полуразрушенную арку.

– Держись крепче, – крикнула элвинг в ухо Клыкарю и обхватила его за спину.

В клубящемся рое орхмантиру Ашри видела ухмыляющиеся пасти орхов. Песчаные демоны клацали зубами и выли.

Сварг прыгал с колонны на колонну, приближаясь к храму по тонким полуразрушенным мостикам. В клубящимся рое орхмантиру Ашри видела ухмыляющиеся пасти орхов. Песчаные демоны клацали зубами и выли. Несколько раз из тьмы и песка на неё смотрели потрескавшиеся лики старых богов, застывших и окаменевших. Они недовольно взирали на пробирающихся мимо них смертных. Камень крошился, несколько блоков, сорвавшись, упали вниз из-под лап кайрина. Казалось, удача на их стороне. Они уже были у самого храма. Спрыгнув на мрамор пустыря, Сварг преодолевал последние метры, когда Клыкарь дёрнулся, прижал руку к лицу и, завалившись, слетел со спины кайрина, увлекая за собой и Ашри. Кайрин покосился и, запнувшись, рухнул вместе с всадниками.

– Грав! – закричала элвинг, поднимаясь, но слова потонули в рёве бури.

Она не видела теперь ни биста, ни грифона. Вокруг был лишь песок, слышался лишь гул бури. Гнев и страх за друзей поднялись волной, и Ашри, расстегнув перчатки, высвободила силу пламени. Лиловый огонь рассёк песок. Первым откликнулся зверь. Затем немного поодаль она увидела опёршегося на руки биста. Элвинг бросилась к другу, помогая ему подняться. Левую сторону его лица залила кровь: отскочивший камень рассёк бровь. Клыкарь отмахнулся, сорвав с лица платок, протёр глаз и, встав, продолжил путь.

Усталые и потрёпанные, они ввалились под арку храма.

– Ты как? – Ашри хотела прикоснуться к лицу Клыкаря, но отдёрнула руку, увидев, что она всё ещё не утратила сияния.

– В порядке, бывало и хуже, – Клыкарь выдавил улыбку. – Если повезёт, будет шрам для симметрии.

– Спасибо, зверюга, – обратился бист к кайрину, но тот лишь фыркнул в ответ и, встряхнувшись, обрушил на Клыкаря очередную порцию песка.

«Он мне всё равно не нравится», – проворчал Сварг в голове Ашри и, задрав голову, важно прошёл мимо биста вглубь храма.

Тут вполне можно было укрыться от бури, но любопытство толкнуло Ашри дальше, по тёмному коридору к старой растрескавшейся двери. Двустворчатая, высокая, с витиеватым цветочным узором и изображением пламени, явно посаженная на петли позднее, чем построено здание: во время, когда нижние ярусы уже ушли под землю, а сам храм утонул в стенах нового города.

– Не заперто, – Клыкарь с силой толкнул створки, петли заскрипели, но их стон потонул в вое орхов.

Дверь открылась, обнажая непроглядную тьму. Потрёпанные лезвиями ветра путники застыли на пороге убежища.

– Ашри, – Грав дотронулся до руки элвинг, прежде чем она зашла. – Помни, я рядом, если захочешь поговорить. Сейчас мы не доберёмся до Архива. Но лишь уляжется песок, мы продолжим путь. Я обещаю.

Элвинг внимательно посмотрела на биста, стараясь разглядеть его лицо в сумраке, подняла очки на макушку и, коротко кивнув, вошла в заброшенный храм. Клыкарь закрыл дверь и, судя по скрежету, опустил засов. Серые, слабо освещённые улицы просто утопали в ярком свете в сравнении с мглой, поглотившей Ашри. Ни единого очертания, сплошная пустота. И в этой пустоте Ашри охватил страх. Ей показалось, что именно таким был конец Уны. Одиночество в небытии. Без единой искры надежды. Элвинг пошевелила пальцами рук – она чувствовала тело, но не видела его. Будто всё, что осталось, это её тлеющее сознание. Мгновение начало растягиваться в бесконечность. Стук сердца отдавался в ушах громовыми раскатами. В горле пересохло. Воздуха стало катастрофически мало. Собрав остатки воли, сжав кулаки, она сделала единственное, что могла.

– Ты знал о нём? – слова Ашри отразились эхом и растаяли где-то в чёрной глубине зала. – Об этом месте.

– Мне просто повезло, – раздалось слева.

Ашри с облегчением улыбнулась. Она живо представила, как Клыкарь передёрнул плечами и сверкнул улыбкой. «Пока живы, ещё есть время», – зазвучали в голове позабытые слова.

– Осторожно! Мы вошли с балкона, – предупредил Грав. – Давай уже зажигай пламя, а то свалишься и кости переломаешь.

Ашри вызвала светящийся шар. Бист огляделся и, подойдя к стене, снял масляную лампу, открыл, понюхал, довольно кивнул и протянул Ашри.

Элвинг опустила огонёк, и фитиль вспыхнул. Грав закрыл дверцу, и, разгоревшись, лампа осветила пятачок, где они стояли. Это и вправду оказался балкон с почти полностью разрушенными бортиками. Тонким ободком он тянулся вдоль стены по периметру храма, а через несколько шагов от двери обрывался тёмной пропастью вниз.

Клыкарь пошёл вдоль стены по песку, который приносили бури через выбитые круглые окошки. Он что-то разглядывал, подсвечивая лампой. Ашри же выбрала один из камней, возможно, когда-то бывших основанием скульптуры или частью колонны, и опустилась на него, устало подперев голову руками. Кайрин, потоптавшись, лёг рядом, уткнувшись клювом в бок элвинг.

«Прости, друг», – Ашри погладила грифона между рогов.

Краем глаза она видела, как пляшет отблеск лампы в руках Грава. Крохотный лепесток света убегал всё дальше и ниже. «Должно быть, нашёл лестницу», – подумала Ашри.

Вот огонёк задрожал, а после свет начал усиливаться. Жёлтая точка отделилась от лампы и побежала вдоль стены, превращаясь в огненную змейку. Золотая нить опоясала храм и, вспыхнув, тонкими ручейками заструилась вниз. Тьма отступала, обнажая кости древнего каменного монстра. И вот все нити собрались в центре, и алым пламенем запылал небольшой круглый бассейн в самом центре храма. Ашри встала и приблизилась к краю балкона. Она разглядела силуэт Клыкаря, который махал рукой, приглашая вниз.

«Давай вниз», – обратилась она к кайрину.

«Не нравится мне он», – щёлкнул клювом Сварг, подставляя спину.

«Я – по лестнице, тебя и так орхмантиру потрепала».

«Ой, да брось! На Арене и похуже бывало».

Запрыгнув на Сварга, Ашри направила кайрина вниз. Масштабы руин вполне позволяли заложить пару кругов: древние строили с размахом даже самые маленькие из своих святилищ.

Гравмол Прави, Клыкарь, бист северных земель, наёмник и охотник за редкостями стоял, облокотившись на щербатую колонну храма, и наблюдал за потрёпанной бурей и несчастьями элвинг. Белые волосы в неверном свете огня кровавыми прядями выбивались из-под гоглов, будто перья раненой птицы. На её коленях лежал раскрытый приютский журнал. Хмуря брови и подсвечивая кончиками пальцев тонкую вязь слов, она внимательно изучала истёршиеся страницы. Её фиолетовые глаза вновь светились огнём. Казалось, та тень, что он увидел в них в приюте, ушла. Перед ним вновь была Пепельная Птичка. Решительная, взбалмошная, упрямая, но и вместе с тем ранимая и отзывчивая. Сила и слабость переплетались в ней удивительным образом. Её хотелось оберегать, но вместе с тем её дар был разрушителен.

Худенькая, потерянная, с ушами вразлёт – именно такой он запомнил её, когда впервые встретил. Прошло несколько оборотов, а словно целая вечность. Хрупкий сосуд с бушующим внутри пламенем неизвестной даже ей самой Силы. Но Грав знал: она сможет пережить и этот удар судьбы, а когда поднимется, то станет только сильнее, вновь станет Ашри. И однажды худенькая девчушка из прошлого исчезнет навсегда. Возможно, уже совсем скоро.

Клыкарь вздохнул и вышел из тени. Ашри, услышав его, повернулась.