Чтение онлайн

Каравелла Пяти Копий, покрытая безобразными шрамами деревянных заплаток, подобралась к формальной границе Хинарина. Перекресток забирался все глубже в ядра и желудки беженцев. Ортисс летел грузно, избегал резких маневров и часто требовал отдыха низким изможденным ревом. Накрисс сосредоточенно молчал и не поднимался с развороченной кормы. Крылатый Лим'нейвен старался закрыть воспаленную рану на ключице прежде, чем чужеродное плетение Перекрестка сделает его Искусство опасным и непредсказуемым. Лиора очнулась от ночных кошмаров и почувствовала, как налитое тяжестью тело вдавливает ее в скомканные, влажные простыни. Разгромленная кают компания, замаранная въевшимися голубыми пятнами, медленно вращалась и вызывала тошноту. Щель между досками искривлялась или закручивалась. Светло-бурое убранство и выбеленные наволочки пульсировали кричащими цветами и наливались непроглядной тьмой. Сердца беженки забились в бешеном ритме, безжизненно-бледная кожа покрылась бусинками холодного пота. Вцепившись в холодную железную раму, девушка отлипла от влажного ложа. Низкий гул и гнетущая тяжесть навалились на трескающиеся своды черепа, ослепшие глаза засочились слезами. Металлический привкус наполнил отекший рот, приступ рвоты согнул бледную пополам.

Утерев горчащие остатки скудного ужина с обескровленных губ, Лиора осторожно осмотрелась. Почти все койки вокруг нее были пусты, только хромой полукровка ворочался на поскрипывающей кровати. За часы, которые Лиора провела в плену пугающих сновидений, он обзавелся пушистым компаньоном, который тихо посапывал на его груди. По спине примечательно крупного акориса бежали тонкие голубые полосы, перетекавшие в пронзительно-синий ореол прикрытых глаз.

— Прохладного утра, Эррис. Где все? — Хрипло прошептала Лиора, обнимая дрожащие от озноба плечи и подтягивая к горлу свалившееся одеяло.

— Прохладного утра, плакса. — Ответил полукровка, поглаживая спокойного зверька. Речь его скрипела и отдавала наглым говором Грязерожденных. — Странный червяк помогает бледным своими… штуками. А Хенши рассказывает интересные истории, про людей которых съел Исполин.

— Я не смог пойти, ноги не слушаются. — Раздосадовано добавил он. — Правда, Хенши все равно со мной иногда говорит… так странно.

— Ты ведь тоже чувствуешь «прикосновение Перекрестка»? — Поинтересовалась Лиора, горбясь и убирая растрепанные пряди с опухших, заплаканных глаз. — Выглядишь почти здоровым, хотя червь Арга тебе не помогает.

— Прости, что не такой хлипкий, как ты. — Отозвался грязерожденный и уставился на бледную полузакрытыми, надменными глазами. Пренебрежительная мина быстро треснула улыбкой, которая стыдливо прятало неровные, желтые зубы: — Расслабься. Зато ты вон, какая красивая!

— А с болезнью Перекрёста мне тоннельник помог! — Бодро продолжил Грязерожденный и небрежно потрепал вялого Акориса по крошечной холке. Учтивая улыбка исчезла с лица Лиоры, когда она заметила тонкую полосу пузырящейся слюны, выступившую на острой мордочке, и тусклый блеск обнаженного Алчущего в темных складках одеяла.

— О, Нар! — Воскликнула девушка, широко раскрыв глаза и впившись в осунувшиеся плечи. — Он же живой! Что ты творишь?

— А что не так? — Удивленно и настороженно переспросил Грязерожденный: — Сколько себя помню, давился смердящими уличными Скретами, а из их шкур шил одеяла. Разве это не тоже самое?

— Ты же мучаешь его! — Выпалила Лиора и судорожно потянулась к костылю. Борясь с беспощадным притяжением и тошнотворным головокружением, она сделала несколько коротких шагов: — Отдай его мне! Может, его еще можно спасти!

— Отвали! Это мое! — Огрызнулся оборванец и направил острие алчущего на горло я Лиоры. Бледная неловко отпрянула, свалилась на заскрипевшую койку и с трудом удержалась от испуганного вопля.

— Ты такая же, как все! Считаешь себя лучше, потому что не сама убиваешь тех, кого жрешь! — Уязвленным, писклявым тоном завопил полукровка, трепля безвольного Акориса. Лиора вновь взгромоздилась себя на ноги и, не оборачиваясь, поспешила на палубу. Грохот, с которым она штурмовала крутую лестницу, привлек внимание Леронца. Наемник броситься в узкий проход и врезался плечом в затрещавшую раму.

— Что? Что случилось? — Встревоженно спросил он, переводя сбитое дыхание и неловко балансируя на подкашивающихся ногах. Пот блестел в морщинах осунувшегося лица и заставлял рубаху липнуть к груди.

— Он вытягивает Тепло из Акориса! Нужно что-то сделать! — Паникующим и слабым голосом просипела Лиора, указывая назад тяжелеющей рукой.

— Идея Нуаркха. Отвратительно верно? — Нахмурив землистое лицо, ответил Леронц. Замолчав, он грузно облокотился на стену и уткнулся горячим лбом в сгиб поднятой руки. Сделав несколько глубоких вдохов, наемник продолжил: — Мальчик плохо переносил приближение Перекрестка, а его сломанный таз лучше не беспокоить лишний раз. Признаться, я… даже помог поймать несчастное животное.

— Как ты мог?! — Ошарашенно воскликнула Лиора, возобновив неуклюжие попытки покорить скрипучие ступени.

— Я понимаю, но ничего не поделаешь. — Устало оправдался Леронц, убрал с лица мокрые, волнистые локоны и сделал несколько переваливающихся шагов навстречу бледной.

— Его необходимо научить ценить чужую жизнь, а не потакать звериным повадкам, которые привили Саантирские трущобы. — Продолжила Линфри срывающимся в хрип голосом. Леронц вяло взял ее под руку и вытащил на палубу. Прохладный ветер окутал ее слабое тело, а глаза наткнулись на неприятную костяную личину Нуаркха, который перевесился через перила ходового мостика.

— Выходит именно прекрасные манеры и, может быть, умение шить помогут оборванцу дотянуть до сезона Застывшего Ветра? Сильно сомневаюсь. — Улыбаясь грязно-желтым глазом, начал тоннельник. Штурвал он правил пальцами ног, комфортно облокотившись на поскрипывающие перила.

— И вам прохладного утра, Нуаркх. — Пренебрежительно отозвалась Лиора. — Из-за таких как он Саантир постигло разорение! Никто иной не пошел бы за Кантаром, не привел бы безумца к власти!

— События последних дней должны были спустить тебя на землю. — Нарочито снисходительно улыбнулся Нуаркх. — У Кантара была идея, в силе которой он убедил знать и даже Дядюшку Ио. Именно их поддержка позволила скинуть Рабаара, а не кучка беснующихся, плохо вооруженных Грязерожденных.

— Более того, в вопросах живодерства ты не отличаешься от бедняков. — Продолжил тоннельник, не дав Лиоре перебить. — Пусть ты не истязаешь скретов и не распахиваешь древние Надоблачные рощи, но не торопишься отказываться от наполненных Слез и Надоблачного льна.

— Этот разговор окончен. — Твердо ответила Лиора, пока Леронц пытался вместе с ней не свалиться на палубу. — Вы вечно преподносите свое жестокое мировоззрение, словно истину. Стараетесь оскорбить или задеть меня каждым словом!

— Пока грязью бросалась только ты. — Пожав плечами, отозвался Нуаркх и даже не пытался сдержать свистящий смех. — При этом досталось не только мне, но и Леронцу, а также беззащитному страдающему мальчику. Мне стыдно за твои манеры.

— Следи за штурвалом, Нуаркх! Я чувствую, как мы отклоняемся от курса. — Осадил Союзника Леронц, утягивая бледную подальше от злословия тоннельника. — Лиора, не горячись. Пойдем к Аргийцам, нет сил терпеть эту… заразу.

Опираясь друг на друга и скрипящий костыль, бледные приблизились к взмокшим, дрожащим беженцам, которые заключили сосуд Аргийцев в кольцо. Облегчение болезни искал и Хенши, лишенный вуали иллюзии. Тело Ловчего подергивалось, в пустых недрах черепа и груди клубился сизый туман.