Чтение онлайн

— Прекрати! Еще одно нарушение и ты с позором проиграешь! — Властно пророкотал Гаор, взметнувшийся из-за стола. Накрисс отмахнулся, ловко подбросил клинок и приманил Стража. Хенши низко припал к земле и ринулся на нетерпеливого противника. Страж атаковал со всех сторон и часто перехватывал изогнутое лезвие, настигая предплечья и кисти Накрисса болезненными тычками. Досадные удары заставляли Лим'нейвен злиться и вкладывать все больше силы в движения, делая их опасно предсказуемыми. Когда Накрисс попытался смести очередной восходящий выпад, нацеленный в низ живота, изогнутый клинок Хенши неожиданно вильнул в сторону. Инерция потянулся Лим'нейвен вниз, а Страж перехватил лезвие и обрушил его на толстое запястье Накрисса. Массивная лапа мгновенно онемела, пальцы выпустили эфес, и клинок врезался в пол острием. Хенши намеривался продолжить наступление ударом в ключицу, но Накрисс отвел удар ладонью, подхватил ногой оброненный меч и снес ловчего ударом в челюсть.

Накрисс прыгнул вслед за отлетевшим телом, готовясь пригвоздить Хенши ниспадающим уколом. Перекувыркнувшись, страж смог приземлиться на ноги и вовремя отскочить, но напряженные пальцы Лим'нейвен настигли его руку и грудь, лишая возможности воздеть Нар'Охай. Накрисс захрипел, извилистые вены вырвались из-под воротника взмокшей рубахи, а беспомощный ловчий оторвался от земли. Костяшки побелели на затрещавшем эфесе, когда Лим'нейвен отправил меч к грудной клетке ловчего. Хенши не стал принимать поражение, носок стальной стопы взметнулся и вгрызся в плечо бьющей руки. Истерзанные связки Накрисса непроизвольно расслабились, и Страж вывернул меч из обмякшей кисти. Лим'нейвен взревел и отбросил ловчего, но Хенши ухватился за мощную шею широким перекрестием и притянул себя назад. В следующее мгновенье изогнутое лезвие Нар'Охай прильнуло к хрипящему горлу.

— Акориса мне за шиворот… — Одними губами пробормотал Леронц, застыв с наполовину обглоданным окорочком в руках. — Нуаркх, как ты умудрился отделать его в Каэт'Анаре?

— Копье Синагара упростило задачу. — Признался тоннельник.

Плотное кольцо наемников на пару мгновений погрузилось в тишину, выроненные приборы с тонким звоном свалились на пол. Молчание прервали вспышки удивленных возгласов и тонкий хохот Силмва. Накрисс напряженно захрипел и грубо оттолкнул ловчего.

— У нас есть победитель. — Негромко объявил Гаор, но голос докатился до каждого уголка бастиона. — Верни Нар'Охай, как обещал.

— Я сдержу слово. — Неохотно выпалил Накрисс и оглянулся на Леронца. «Бледный» вернул Лим'нейвен язвительную улыбку, а после поднял запечатанный клинок. Хенши, учтиво поклонился и бережно принял голубоватые резные ножны. Забросив лямку перевязи на плечо, страж склонил голову и плотно стиснул отполированный эфес. Многие наемники непроизвольно напряглись, пристально наблюдая за движениями вооруженного стража. Поймав их встревоженные взгляды, бледный поспешил протянуть Хенши предплечье. Страж несколько секунд озадаченно смотрел на его руку, но потом вспомнил предназначение жеста и охотно пожал ее. В тот же момент напряжение спало, и молчаливого ловчего окатил поток оваций.

Главным несчастьем в жизни казначея Ханрати из богатого клана Хан Саве была тяга к партнерам с очень вспыльчивым нравом. Именно поэтому он был частым посетителем Лиоры, которая латала дорогие платья, разорванные в жарких перепалках. Сегодня в трехэтажную, но очень узкую, мастерскую Саррин Ханрати явился за темно-зеленым парадным биштом, пострадавшим от ногтей матери его старшей дочери. Ханрати стал единственным клиентом за сегодня и четвертым за неделю, а также всегда был приятным собеседником, поэтому Лиора не спешила выпроваживать его за дверь.

Выглядел «пепельный» под стать благородному происхождению. Он был высок и сохранил армейскую выправку, хотя век службы Саантиру давил ему на плечи. Некогда кипенно белые волосы, обильно припорошенные пеплом седины, были опрятно острижены на висках. Копна длинных прядей, растущая из макушки, аккуратно лежала набок. Ровная щетина, подводившая по-старчески выпирающие скулы, оборачивалась острой бородкой на узком подбородке. Почти черная кожа напоминала поверхность высушенного Афри и собиралась грядой глубоких морщин вокруг узких глаз, замутненных развивающейся катарактой.

— А где подмастерья? Я был бы рад повидаться с ним, — удивленно подняв брови, поинтересовался казначей и обвел глазами тесный зал.

— Боюсь, у них больше нет желания работать со мной, — отведя в сторону изумрудные глаза, призналась девушка, — впрочем, я и сама могу справиться с немногочисленными заказами.

— Извини за слишком прямолинейный вопрос, но как к тебе относятся? — вежливо поинтересовался Ханрати, принимая аккуратно зашитую одежду из рук девушки. Голос его был сухим и не столь глубоким как в молодости.

— Некоторые весьма учтивы и доброжелательны, — благодарно кивнув, ответила Лиора и помогла накинуть бишт на худые плечи. Затем она оправила пышные манжеты, из пены которых вынырнули тонкие пальцы, и ловко подвернула воротник. Когда старик начал крутиться перед высоким зеркалом, девушка отошла назад, уткнула взгляд в пол и продолжила менее жизнерадостным голосом: — Но подавляющее большинство постоянно пытается прожечь в моем лбу дыру испепеляющим взглядом.

— Очень жаль это слышать, — признался старик, развернулся лицом к девушке и взял ее изящную кисть в шершавые, мозолистые ладони.

— И мне. Я ведь не какая-нибудь залетная птица! — в сердцах взмахнув рукой, воскликнула девушка, — я родилась в Саантире, и многое пережила вместе с ними и этим городом. А теперь меня вынуждают чувствовать себя чужой. Признаться, я уже почти не покидаю этих стен…

— Лиора, я непременно взял бы вас под защиту клана, если бы мог, — досадливо смотря из-под дряблых век, заверил старик, — я уверен, Хан Севе многое приобрели бы, согласись упертые старики из совета принять бледную.

— Но они не согласились, — твердо ответила женщина, — как не согласится и любой другой Саантирский клан.

— Такова реальность. Грядет восьмая война «Верха и Низа», это глупо отрицать, — развел руками Ханрати и опустился на кипу пышных подушек, которая занимала центральное место в светло-янтарном зале. Когда он заговорил снова, его голос звучал громко, без налета былой мягкости, — в таких условиях принять в клан бледную, значит снискать репутацию подстилки Галафея или, чего хуже, предателя. Получить такое клеймо недопустимо, особенно в непростые времена.

— В ваших разъяснениях нет необходимости, Саррин, — отмахнулась Лиора и направилась к низкому столику с напитками. При этом она касалась руками каждого платья, будто проходила в последний раз, — я все понимаю и не держу на вас зла. Видит Хин, вы ко мне добры.

— Неприятно говорить, но на твоем месте я бы покинул Саантир как можно скорее. Это место более не безопасно. Отправляйся в Ориек или Аркефаль. Там найдется дело для твоих золотых рук.

— Думайте, легко все бросить? — спросила девушка, навалившись на столик. Потом она зажмурилась, глубоко вздохнула и продолжила более легким тоном, — прошу, оставим эту тему. Я хотела бы, хоть на денек, отвлечься от переживаний. Немного Африта?

— Я не отниму у вас слишком много времени?

— Вы видите здесь других посетителей? — Лиора развела руки с бутылкой Африта и парой фужеров.