Чтение онлайн

— Ураааа… только… вот… я хотела тебя попросить…

— О чем, дорогая?

— Можно я не буду надевать эту ужасную маску?

— Ну чего же в ней ужасного? Как по мне, она очень красивая и подходит такой милой девочке, как ты.

— Она страшная, и мне в ней неудобно.

— Ну доченька, это же наша традиция. Ты знаешь, почему мы устраиваем этот карнавал?

— Да. Мне дедушка рассказывал. Давным-давно, когда наши предки только появились, они жили в великом страхе перед всем. Перед огнем, перед зверьми, перед временем и всем неизвестным. Но больше всего они боялись бури, считая ее живой. Называли чудовищем и приносили ей жертвы, дабы умилостивить. Жизнь в вечном страхе и постоянные жертвоприношения подкосили наш народ. Он вымирал и вскоре мог вовсе перестать существовать. И тогда появился герой. Первый из рода Азул. Он был молод, силен духом, и ему надоело жить в страхе. Во время Бури юноша выскочил на улицу и закричал так громко, что все услышали его: "Думаешь, я боюсь тебя, чудовище?! Думаешь, я буду ползать перед тобой на коленях!? Думаешь, я буду приносить тебе в жертву своих братьев и сестер!? — прокричал он. Затем юноша набрал руками глины и обмазал ей свое лицо. Потом он сорвал с дерева несколько ветвей и вплел их себе в волосы, будто рога. Финалом стал рёв, вырвавшийся из его груди с такой силой, что сам гром не мог сравниться с ним: “УВИДЬ МЕНЯ И УЖАСНИСЬ, ИБО Я ТЕПЕРЬ СТРАШНЕЙШЕЕ ИЗ ЧУДОВИЩ!". Люди поверили в него и пошли за ним. Они делали себе маски из глины и веток и больше ничего не боялись. С тех пор они стали страшнейшими из чудовищ и принесли нам величие.

— Ну лекцию деда ты запомнила почти дословно. И после всего этого ты не хочешь надевать маску на карнавал?

— Нет…

— Ну что ж. Ты ведь моя принцесса. Талиса ас Эльтур соло Манариф, наследница престола Империи Азул. Думаю, ради тебя можно сделать и исключение. Но платье все равно надо надеть. Так что беги к себе в комнату и готовься.

Тала, счастливая как никогда, бросилась со всех ног в свое обиталище. Вверх по лестнице, направо, до конца коридора и опять направо! Вот и заветная дверь! А за ней… площадь? Не успела принцесса опомниться, как уже открывали торжество, выпуская вверх первый салют. За ним последовали тысячи других во всех концах города. Вокруг все веселились. Но не она. Ее сковали невыносимая тоска, боль, одиночество и предчувствие тяжелейшей утраты. Правую ладонь Талисы жгло так, будто она прислонилась к раскаленному металлу и не могла отпустить. К ее глазам подкатили слезы.

Вдруг небо затянуло тучами. Ононачало неестественно искриться и закручиваться. Это было похоже на Бурю, но слишком раннюю и невероятно сильную. Все молча уставились вверх.

Внезапно с небес повалили молнии, бившие повсюду и поджигавшие дома. Начались давка и паника. Вдалеке раздавались крики о помощи.

Правую руку девочки схватила мама:

— Не отпускай меня, поняла? Ни за что не отпускай!

— Бегите домой! Я должен помочь людям! — прокричал Кайнар и бросился в толпу. За ним последовала вся стража.

Мама потянула девочку за руку. Та не сопротивлялась, но была шокирована и не могла нормально передвигать ногами. Вдруг взгляд Талы упал на человека, стоящего в паре метров от них. Это был ОН! Это был Жнец!

В этот раз никаких пространных речей и пыли в глаза, из-за чего он казался обычным чудаком в странном наряде с маской. Вокруг таких было полно, и впервые Тала почувствовала, что он тоже живой.

— Все так и было? — задумчиво спросил он. — Ты не преувеличиваешь?

В ответ лишь горькие слезы покатились по щекам девочки. Увидев это, Жнец превратился в сгусток тьмы и растворился в воздухе, а Талу продолжала тянуть мама в сторону дома.

Теперь малышка упиралась изо всех сил. Она падала на землю, дергалась и брыкалась, всеми силами мешая идти. Но ее маме это вовсе не мешало. Они все так же быстро двигались к краю площади. Тала рыдала и умоляла не идти туда. Но это не помогло.

Яркая вспышка ослепила девочку, а ее руку пронзила невыносимая боль. Они обе упали на землю. Талиса дергалась, изо всех сил стараясь избавиться от боли, но это не помогало. На ее ладони навсегда останется шрам.

Вокруг бежали гости торжества, и всем было плевать на труп их правительницы, валявшийся на земле, и на маленькую принцессу, не способную отпустить руку мертвой матери.

Крейсер, на котором летела принцесса, носил гордое имя "Божественное провидение". Он был поистине огромным. Словно целая планета бороздила необъятную пустоту. Неудивительно, что вот уже месяц никто не замечал маленький кораблик, идущий по их следу. Это свойственно смертным: отождествлять силу с размером. Поэтому я мог позволить себе не беспокоиться насчет маскировки Касадриля.

— Лира, подготовь маршрут до Манарифа и заряди двигатели.

— Расстояние от нашего местонахождения до точкислишком велико, чтобы рассчитать точный маршрут. Вероятность возникновения на пути нестатичных и случайных элементов критична.

— Рассчитай по картам. Перекинь резервную энергию на таранные щиты и переведи управление Касадрилем в ручной режим.

— Исполнено.

— Хорошо.

Совершенно нереально лично управлять кораблем во время скоростного рывка. Совершенно нереально преодолеть половину галактики за считанные секунды. Совершенно нереально в столь длительный рывок на ручном управлении уклониться от всего мусора, встреченного на пути. Совершенный абсурд прилетать в город, разорванный войной. В город, где идут самые кровопролитные бои. В город, заваленный трупами. Впрочем, я умолчал об одной важной детали: это нереально для смертных. А я к ним не отношусь.

В последний раз в этом городе меня называли Амирисом, и я чаще смотрел себе под ноги, нежели на небо. Теперь ситуация изменилась, и мне стоит взглянуть на небеса собственными глазами.

"Столица", если эти руины еще можно так назвать, встретила меня пожарищем и Бурей. Этот великий город был резиденцией правителей Империи Азул с момента ее реального основания. За это время Манариф множество раз разрушался, но никогда не терял своего статуса. Ни одно другое государство в Мироздании не могло похвастаться тем же. Особенно на протяжении сотен тысяч циклов. Теперь не может похвастаться и Империя.

Меня не тяготит вина, но терзают сомнения. Так ли все очевидно?

************

Тела, обломки, мародеры — типичная картина последствий боя. Ах да! И конечно же, они, падальщики Вериси — самые никчемные из проклятых. Они пришли сюда забрать все ценное у мертвых. Однако эти твари никогда не брезговали и поеданием свежей мертвечины, а если сильно повезет, то и чего-то пока живого.

Сегодня явно не их день. Первый встреченный ими человек — я. Они ликуют и не понимают, что госпожа Смерть начала отсчет последних секунд их жалких жизней.

Мысли падальщиков спутаны и напоминают, скорее, плод сознания животного. Там нет ничего интересного, кроме почти одновременно возникшей мысли убить и сожрать меня. Все бросаются в бой. Кто-то на двух ногах, кто-то на четвереньках.

У одного из них есть кинжал. Отлично! Не хотелось бы пачкать свой клинок об этугниль. Я ускоряюсь. Все вокруг будто остановилось, хотя мне прекрасно известно, что это не так. Мир существует так же, как и секунду назад, просто я существую намного быстрее.

Мне не хочется бежать. Поэтому я спокойно подхожу к противнику с кинжалом. Аккуратно один за другим разжимаю его пальцы, высвобождая кинжал. Вероятно, на такой скорости я их сломал, однако пока все выглядит очень опрятно.

Клинок падальщика в моей правой руке, и я медленно пронзаю ему голову. Без лишней спешки, чтобы не оставить неаккуратных краев. Смертельная рана, но пока он будто невредим. Лишь окровавленный кинжал с кусочками пораженного Вериси мозга предательски выдает мое деяние.