Чтение онлайн

Мои ботинки парень нашёл достаточно быстро. Он опустился на колени, взяв меня за лодыжку, и принялся натягивать на босу ногу узкую обувь. Я наблюдала за ним, за его мягкими движениями, за его серьёзным взглядом и пухлыми губами, которые поджались, когда ему всё же удалось застегнуть молнию. Проделав то же самое со второй ногой, он поднял на меня глаза, заглядывая будто в самую душу. Я вздрогнула; такой прямой взгляд действительно для меня был чем-то запредельным, чем-то таким, чего я хотела избегать, лишь поэтому судорожно отвела взгляд, выдыхая и сжимая рукой одеяло.

– Чжан Энлэй.

– Что?

– Это моё имя. Меня так зовут. Мне двадцать три.

Скинув с себя рубашку, парень потянул за ворот тёмной футболки с каким-то странным принтом. Сняв её и показав достаточно подтянутое тело, он накинул вещь на меня, просовывая руки в рукава. Улыбаясь, он погладил меня по голове, надевая на себя рубашку и застёгивая её примерно до адамова яблока. Я, встрепенувшись, схватила куртку. Да, как я думала, ни телефона, ни бумажника не было, хитрый наркоман-китаец обчистил меня, оставив практически с передозировкой. Хотя, судя по тому, что я стояла на ногах, не качалась и не блевала, это не было никакой передозировкой. Просто мой организм отверг принятые вещества.

Так иногда бывает. Даже с людьми. Организм отвергает потенциально опасных нам людей. Но он не среагировал, когда мы были в одной комнате с Энлэем. Лучше бы мне стало плохо, лучше бы я поняла, что этот человек, стоящий передо мной и одолживший футболку, опасен для меня. Он отравил меня, мой разум, моё сердце. И яд, который он впрыскивал в меня по капле, по миллиграмму, долго не хотел выходить из организма.

– Хван Хэджин, – я накинула куртку на плечи, а потом выглянула в окно: мотоцикла Бокхё не было на месте, эта козлина явно уехала без меня, – мне семнадцать.

Именно так мы с ним и познакомились. Наше знакомство стало знамением и страданием одновременно: судьба здорово посмеялась надо мной, снова всучив человека, который сделает больно. Я доверилась этому парню, который буквально помог мне вычистить желудок, не задохнуться от рвотных масс, а ещё стоял рядом, когда я смотрела в окно и поджимала губы. Бокхё уехал без меня, хотя сказал, что дождётся. Энлэй чуть коснулся плеча, явно понимая, что меня должен был кто-то подвезти, но этого «кого-то» не было.

– Мой друг уехал без меня, – с горечью в голосе сказала я. Подруга развлекалась со своим парнем, оставив меня одну. А мне не хотелось возвращаться туда, вниз, где царил беспорядок, где царил алкоголь. Я хотела на воздух. Я хотела дышать. Я хотела домой. – Я теперь не знаю, как возвращаться обратно.

– Подвезти? – Я обернулась. Чжан всё так же стоял и улыбался, будто зная – я не откажусь, не убегу, а доверюсь. Доверю ему свою жизнь буквально на двадцать минут поездки, доверю адрес. Тогда мне казалось, что, доверившись, я ничего не потеряю. Но потеряла. Частичку себя. Доверие родителей окончательно. И собственное дыхание.

– Если нам по пути, можешь подвезти. – Строить недотрогу нынче модно.

Все дороги так или иначе ведут в Сеул. Были ребята из Инчхона, но в основном в доме была столичная молодёжь. Людей внизу не убавилось – наоборот, кажется, увеличилось. Они крали друг у друга дыхание, воздух, алкоголь пили прямо из горлышек стеклянных бутылок. Звуки коробили, казалось, были мне ненавистны – слишком режущие, слишком выбивающие дух из груди. Доводящие до панической атаки. Я знала, что это такое, но не хотела, чтобы это состояние повторялось. Я ещё легко тогда отделалась: всего лишь-то поднялось давление, всего лишь-то кровь бросилась в голову. Всего лишь меня снова затошнило от беспричинного страха.

Все эти болезни кажутся донельзя смешными, когда не касаются лично тебя. Меня до недавнего времени не касалась ни депрессия, ни панические атаки, ни нервные судороги. Даже бессонница не заглядывала в красные от слёз глаза, предпочитая отступать от меня в такие времена. Всё то, о чём я не думала в семнадцать лет, настигло меня в девятнадцать.

А пока я была беззаботной. Летела, как мотылёк, на огонь, не подозревая, что даже близкое нахождение с пламенем может опалить тонкие крылышки. Мотылёк без крыльев, считай, мёртвый мотылёк. А огонь улыбался так ласково, так мило моему сердцу, что я даже не могла себя сдержать – подлетала всё ближе и ближе.

– С тобой всё хорошо? – Энлэй наклонился ниже, перехватывая мою ладонь. В ушах стояла вата, но я нашла в себе силы и расслышать парня, и даже кивнуть тяжёлой головой. Хоть со мной было и не всё в порядке, я могла идти. А на воздухе стало легче.

Ведь дышать всегда намного легче, чем что-либо чувствовать.

Я назвала адрес и последовала за Энлэем, который вёл меня к красному мотоциклу. За то время, что выходили из дома, мы ни с кем не общались. Даже между собой перекинулись только парой ничего не значащих слов. Не смеялись. Не переглядывались. Затем Чжан просто протянул шлем, явно поняв, что я знаю, как им пользоваться. Я села за его спиной, сразу помещая руки на талию. Так безопасно, так меня учил Ким-козёл, бросивший меня на произвол судьбы.

– Говорю сразу, мой мотоцикл быстрый, так что держись как можно крепче.

Практически у каждого парня есть фразы, которыми он заставляет девушек сделать что-то, ему приятное. Я знала слишком много о таких вещах: и Мёнсик, и Бокхё, подкатывая ко мне, говорили что-то такое до одури простое, но заставляющее либо хвататься за гладкую мужскую ладонь, либо прижиматься чуть ближе и целовать как можно дольше. У Энлэя было много таких фраз, он был целым справочником фраз, которые спровоцировали бы любую девушку сделать ему приятное.

Он просто любил скорость и свой мотоцикл. А ещё любил меня. Поправка: когда-то любил меня.

До моего дома мы добрались быстро. Я бы заснула на спине у Энлэя, но скорость, которую он держал, была слишком высокой, да и инстинкт самосохранения говорил, что лучше всего будет не спать.

– Спасибо, что подвёз. – Я снимала шлем, лохматя волосы, и смотрела на небольшой дом своей семьи – маленький, аккуратный, двухэтажный. Везде был включён свет, мама явно заметила моё отсутствие, и я чувствовала, что одним выговором не обойдусь. Не пронесёт меня больше. – В общем… у меня только один вопрос. Ты не ответил, почему… помог мне.

Энлэй повернулся ко мне, заглушив мотоцикл. Я чувствовала исходящую от него волнами безмятежность и грелась ею, будто в лучах солнца. Он был невероятным. Я это поняла с первых секунд.

– Твои глаза, – просто ответил Энлэй. – В них намного больше сказано. – Я склонила голову набок, будто не понимая его. Хотя я действительно не понимала его речь, и дело даже не в акценте, который лёгким флёром ласкал мои уши, а в том, что парень говорил загадками. – Ты отчаявшаяся, тебе нужно спасение. Ты обычный подросток, у которого проблем выше крыши, я угадал?