Чтение онлайн

Аледо кивнула на ходу, шагая по ледяному мосту. Орден может позволить себе тянуть время и строить обычный, но не хочет.

Я немного соврал, но эта ложь должна помочь Аледо.

Едва она приблизилась, Зегрим негромко сказал:

— Младшая, я не буду давать тебе советов, скажу только две вещи. Первое. Твоя награда за победу: набор зелий Возвышения. Второе: ты не имеешь права заходить за ограничение, назначенное тебе учителями, и можешь сжигать только выносливость.

Не одно зелье Возвышения, а целый набор? Я недовольно поджал губы. Какого дарса?

Оба поединщика пересекают границу арены и тут же размазываются от скорости. Сколько бы заёмной силы ни влил в себя дизирец, Аледо быстрее. Немного, но быстрее.

Её рваная манера боя, когда она то ускоряется, то замедляется, сбивает дизирца с толку, мешает ему. Он то и дело промахивается, неверно нацелив удар, его меч рассекает воздух впустую, но с каждым вдохом ошибок всё меньше и меньше.

И с каждым вдохом Аледо всё злее и злее, действует всё рискованнее и рискованнее. Если нужно пройти сквозь чужую технику, она проходит. Если есть возможность разменяться ударами, она разменивается.

Наш берег не замолкает ни на миг:

— Идущая Напролом! Идущая Напролом! Идущая Напролом!

Да уж. Полностью соответствует своему прозвищу. Здесь только Несгибаемой не хватает.

— Идущая Напролом! А-а-а-а!

Это они так радуются, потому что победа.

Аледо медленно поднимает над головой руки с окровавленными когтями, а к её противнику уже бежит лекарь Дизир.

Вот уж точно, один в один турнир.

И, похоже, не я один о нём вспомнил. Один из дизирцев, высокий крепкий мужчина с толстой шеей и сросшимися бровями, стоявший по правую руку от мрачного Ворака, вдруг спросил меня:

— Собрат, а почему не только твоё имя, но и лицо мне так знакомы? Вернее, нет, не так, — покачал он головой. — С чего ты вообще носишь это имя? Разве оно твоё?

— Ты? — я нарочито медленно поднял брови и покачал головой.

Зегрим согласно кивнул:

— Да, наглость Дизир поражает, столько лет на границах, но ничего не меняется.

— Старший! — припечатал я, толкая вперёд волну духовной силы. — Ты, всего лишь Мастер, должен так обращаться к тому, кто на этап выше тебя.

— Орден! — рыкнул Санмед Гарой, вернее, попытался, но не с его тонким, срывающимся на визг от малейших усилий голосом пытаться рычать. — Что вы себе позволяете на моих глазах?

— Ничего, кроме очередного напоминания о вежливости, — ответил я. — Напоминания от старшего к младшему. Этот младший нарушает все правила, и я вправе наказать его или же потребовать от тебя, Санмед Гарой, наказать его. Ты ведь здесь надзирающий за порядком. Что вы выбираете, Дизир?

— Мы выбираем извинения, — отрезал Ворак. — Мой заместитель позволил себе лишнего и просит прощения. Ну! — надавил он на начавшего это здоровяка.

Я так и не понял, играет он или и правда не ожидал подобного и злится на самом деле.

Но здоровяк послушно приложил кулак к ладони и согнул сначала толстую, бычью шею, а затем и спину:

— Прошу прощения, старший, я действительно виноват.

— Прощаю, — равнодушно бросил я. — Что до твоего вопроса… — я поднял руку и провёл пальцем по щеке. — Эта маска… Под этим лицом Леград, преемник магистра Хорита, побеждал на турнире, а уходя налогом, оставил эту маску Ордену. Он победил тогда Дизир, и мне кажется хорошей идеей взять эту маску и под ней продолжить победы над Дизир.

— То есть ты стоишь с чужим лицом передо мной? — изумился Санмед Гарой. — Ты в своём…

— Ты? — изумился я в ответ, перебивая его. — Третий раз мы уже проводим схватки, и каждый раз одно и то же. Амма ушла, теперь мне нужно напоминать Гарой о вежливости и старшинстве? Ты, Санмед, за эти две недели стал Предводителем? Нет? — тот только молча поджал губы, и я надавил. — Я спрашиваю, ты стал Предводителем, чтобы обращаться ко мне как к равному, Санмед?

— Я Гарой! — вскинулся тот. — И вижу, что вы раз за разом ни во что не ставите мой…

Я перебил его, задавил голосом:

— А я Атрий! Управитель Ордена Небесного Меча! Предводитель и посланник магистра Хорита в деле лишения Дизир земель! И я спрашиваю, какие лично у тебя заслуги на пути Возвышения, Санмед из клана Гарой? Ты — Предводитель?

Я не использовал духовной силы, не давил, но хватило взгляда, тона, уверенности и наглости.

На миг промелькнуло опасение, нет ли зелени в моих глазах сейчас, промелькнуло и исчезло. Если и есть, то это должно стать моим.

Санмед побледнел, пошёл пятнами, ответил наконец, цедя слова:

— Нет, не Предводитель.

— Так, значит, будь вежлив, младший, — уже спокойнее и тише сказал я. — Разделяй клан, свою должность и лично себя. Не в твоей власти требовать от меня глупостей. Да и какая тебе разница, как я выгляжу на самом деле. — Я подался вперёд. — А может, у тебя есть фигурка вызова Стража и ты потребуешь у него, чтобы я снял маску?

До меня донеслась чужая мыслеречь:

— Господин, только прикажите, и мы поучим его вежливости.

Глава его отряда, тот самый умный и рассудительный старик, едва слышно шепнул, скорее даже шевельнул губами:

— Старший, это лишнее.

Санмед услышал это, но услышал и я.

Я выпрямился, возвращаясь на место, пренебрежительно, вполголоса заметил:

— А Лир Гарой был Предводителем. Чем ты занимаешься вместо Возвышения?

— Зато оно моё, без зелий! — не выдержал Санмед Гарой.

Я ответил лишь улыбкой. Он вспыхнул, вновь пошёл пятнами, на этот раз, скорее, белыми на алом, рыкнул, но вместо того, чтобы наконец приказать своим охранникам поставить меня на место и дать повод, лишь объявил сам, срывая голос:

— Схватка среднего поколения! До двадцати лет!

Вперёд шагнул дизирец, и я вдруг понял, что тоже знаю его лицо, а уж когда объявили имя, тем более уверился.

Азмур. Один из младших талантов Дизир. Участвовал в турнире города Меча. Стихия огня, которой он едва не сжёг Точтала.

— Тордак!

С нашей же стороны шагнул первый из ложных талантов. Вернее, из бывших талантов, который сейчас тоже, как и я, носил чужое лицо и чужой возраст.

Орден устал играть по чужим правилам и побеждать только благодаря самопожертвованию собратьев. Рано или поздно и Идущая Напролом сожжёт себя дотла, и Несгибаемая сломается от ран. Я этого не допущу. Орден этого не допустит. Такого самопожертвования больше не будет.