Чтение онлайн

— Уэст? — Индия была одета в ночную сорочку цвета черники. Ее волосы были распущены, локоны каскадом падали на плечи.

Боже, что за волосы. Мне так нравилось пропускать их сквозь пальцы. В этом она спала? Это ее ночнушка? В те несколько раз, когда я спал в ее постели, мы не утруждали себя пижамами. Да и почти не спали.

Было странно открывать в ней ту часть, о которой я не знал. Блейн знал эту часть. Он заполучил Индиану, которая носила сексуальные ночные сорочки, едва прикрывавшие изгибы ее задницы.

— Что не так? — Она открыла дверь шире, и ночной воздух коснулся ее сосков под атласом.

Я с трудом сглотнул, заставляя себя смотреть в невидимую точку над ее головой.

— Джонатан Ли. Ты наняла его.

— Да. — Она выпрямилась, выражение ее лица стало суровым. — Он ремонтирует коттеджи.

— Больше нет. Ему здесь не рады.

— Но…

— У него нездоровая одержимость моей матерью. Она не проявляла к нему интереса, но он был непреклонен. Он так часто звонил и писал смс, что та сменила номер телефона. Он начал появляться в больнице, когда она работала. Он присылал ей дорогие, неподобающие подарки, такие как украшения, одежда и нижнее белье. Это продолжалось около года. Каждый раз она отсылала вещи обратно и просила его прекратить. Он не останавливался. Около четырех месяцев назад он пришел к ней домой пьяным. Пытался силой проникнуть внутрь. Она получила судебный запрет. Но поскольку она здесь не живет…

— Здесь он не действует, — сказала Индия, закончив за меня фразу. — Я позабочусь об этом. Пожалуйста, передай мои извинения своей матери. Я не знала.

— Спасибо.

Она закрыла глаза, ее плечи опустились.

— Мне нужен новый подрядчик. Есть какие-нибудь рекомендации?

— Я сделаю несколько звонков. У пары моих приятелей есть бизнес в этом районе. Возможно, они смогут найти подработку или освободить одного из своих мастеров. Я попрошу их связаться с тобой.

— Спасибо. — Она отошла от двери, собираясь проскользнуть внутрь, но я остановил ее.

— Почему ты не сказала мне, что это была твоя идея насчет двадцати акров и наших домов?

Она пожала плечами.

— Я уверена, твой отец попросил бы об этом. Так что я просто с самого начала сделала это частью сделки.

А папа попросил бы об этом? Я ненавидел себя за то, что у меня были сомнения.

— Спасибо.

— Конечно. — Она грустно улыбнулась мне. — Спокойной ночи, Уэст.

Я без разрешения протянул руку и нежно обнял ее за локоть, прежде чем она успела исчезнуть.

— Инди.

Она медленно подняла глаза.

Были вопросы, которые хотелось задать. Почему она вернулась? Почему купила ранчо? Где Блейн?

— Это то, в чем ты ложишься спать каждый вечер? — этот вопрос показался более важным, чем все остальные.

Моя рука отпустила ее локоть, и мои пальцы заскользили по ее коже, поднимаясь вверх по плечу к тонкой бретельке, которую можно было снять, просто потянув за нее.

— Да. — У нее перехватило дыхание, когда я просунул палец под шелковистую прядь.

Наши взгляды встретились, и когда это произошло, годы, разделявшие нас, казалось, развернулись, закружились вокруг нас, как торнадо, унося нас в прошлое.

К тем дням, когда я был молодым глупцом. А она была ярче солнца и звезд.

Я не был уверен, кто из нас пошевелился первым. Может быть, я. Может быть, Индия.

В одну минуту я потерялся в этих карамельных глазах, а в следующую мои руки оказались в этих растрепанных светлых волосах, и мои губы прижались к ее губам.

Я провел языком по ее нижней губе, и она приоткрыла рот. Наши языки сплелись в знакомом, прекрасном танце. На вкус она была такой же. Сладкой, как летняя клубника на шерстяном одеяле на горном лугу.

Черт возьми, эта женщина. Как же я скучал по ее губам.

Мы погрузились в поцелуй, прижимаясь друг к другу. Ее язык скользнул по моему, когда я прикусил ее нижнюю губу, именно так, как ей нравилось.

Я застонал, и звук вырвался из моей груди, когда мои руки обхватили ее, притягивая к себе.

Целовать Индию было так же естественно, как дышать.

Так и должно быть. Я целовал ее с детства.

Она наклонилась для поцелуя, привстав на цыпочки, а ее руки обвились вокруг моих плеч, чтобы она могла подняться выше. Ее пальцы зарылись в мои волосы, дергая за корни.

Я склонился над ней, жадно впиваясь в ее рот, облизывая, посасывая и опустошая.

Она застонала, когда я прикусил уголок ее верхней губы.

Это было вкусно. Это всегда было так чертовски вкусно. Мы были как растопка. Все, что нам было нужно, это уголек, и мы загорались.

Одна моя рука скользнула ниже, нащупав кружевной подол ее сорочки. Я скользнул под атлас и провел ладонью по гладкому изгибу ее попки.

Она ахнула, оторвавшись от меня, когда я сжал ее.

Наши дыхания были прерывистыми, пока мы смотрели друг на друга, все еще крепко держась.

Затем Индия опустилась на пятки. Ее рука скользнула вниз по моей груди, остановившись над моим бешено колотящимся сердцем. В какой-то момент она позволила ритму впитаться в ее ладонь. Это был момент, когда обычно она хватала меня за рубашку и затаскивала в дом. Когда я нес ее в постель.

Только она не тянула.

Она толкала.

Один толчок, и я покачнулся на каблуках.

В то время как она захлопнула дверь у меня перед носом и щелкнула замком.

Индия

13 лет

Мама в миллионный раз взъерошила мне волосы.

— Стооооой. Было же нормально. — Я оттолкнула ее.

— Прости. — Она подняла руки, отказываясь от борьбы с моими вьющимися волосами. — Прости, я забыла твое средство.

— Все в порядке. Я просто воспользуюсь этим. — Я сняла с запястья резинку для волос и быстро собрала свои локоны в высокий хвост. Поскольку на прошлой неделе я их обрезала, это было все, что я могла сделать. Концы на шее немного доставали меня, но, по крайней мере, они почти не касались моего лица.

Обычно, когда волосы были распущены, это выглядело мило. Мой стилист научил меня, как их поправлять, и дал специальное средство, но мама забыла его, когда мы собирали вещи.

Папа хлопнул в ладоши и вышел из спальни.

— Кто хочет поужинать?

— Я. — Мама улыбнулась, когда он подошел к ней сзади и заключил в объятия. — Я умираю с голоду. Индия тоже. Она проголодалась.

Я наморщила нос.

— Нет, это не так.

— Да, это так, — прошептал папа маме.

— Вы, ребята, такие надоедливые. — В тот момент, когда эти слова слетели с моих губ, мой желудок заурчал так громко, что они оба рассмеялись. — Ладно, я проголодалась. Мы можем идти?