Переплетения
Шрифт:
Последние строки были самыми важными.
Мы не просто выполнили квесты. Мы не просто убили монстра. Мы изменили состояние мира. Мы превратили враждебную фракцию в нейтральную, совершив нечто, что в принципе не должно было быть возможным.
Мы починили систему. А система нас за это щедро вознаградила.
Я смотрел на ошарашенные лица моих друзей и счастливо улыбался.
Глава 21
Спуск с вершины маяка был сюрреалистичным.
Там, где еще час назад бушевал ураган, теперь стояла благословенная тишина, нарушаемая лишь криками чаек и далеким шепотом волн. Ветер, наш главный противник, превратился в ласковый бриз, который приятно холодил разгоряченные лица. Небо очистилось, и солнце заливало Белые Утесы светом, превращая их из враждебной, серой крепости в величественное творение природы. Мы не просто решили проблему. Мы изменили саму атмосферу целой локации.
По пути вниз мы проходили мимо гнезда гарпий. Оно больше не было пустым и разоренным. Птицы-женщины вернулись, но в них не было прежней яростной агрессии. Они с любопытством смотрели на нас со своих насестов, но не атаковали. Мы перестали быть для них угрозой или вторжением. Мы стали просто частью пейзажа.
Возвращение в деревню у подножия Утесов было похоже на триумфальную арку. Нас заметили еще на подходе. И вместо обычного, равнодушного любопытства в нашу сторону были обращены десятки внимательных взглядов. Когда мы вошли в поселение, нас встретила целая делегация. Впереди стоял староста.
— Мы давали вам четыре разных поручения, — начал староста, и его голос, раньше скрипучий и недоверчивый, теперь звучал с глубоким уважением. — Мы жаловались на четыре разные беды, не видя связи между ними. Но вы… вы поняли то, чего не видели мы сами. Вы увидели корень нашей общей проблемы и вырвали его. Поэтому и награда будет общей. За одно великое дело.
Он сделал знак, и вперед вышли его помощники, протягивая нам наши награды. Это был не просто стандартный лут. Это были предметы, идеально подходящие каждому из нас.
Сначала Кире вручили идеально чистое, переливающееся на солнце перо.
Предмет: [Перо Великого Грифона] (Легендарное)
Тип: Компонент для ремесла
Описание: Перо с крыла одного из древних грифонов, что служили всадникам Старого Королевства. В нем до сих пор живет эхо небесных ветров.
Кира ахнула, бережно принимая реагент, который стоил на аукционе целое состояние. Это был ключ к созданию оружия совершенно иного уровня.
Олегу протянули тяжелый, немного громоздкий на вид, но богато украшенный топор, с кромкой заточки по которой проходили голубоватые волны.
Предмет: [Топор Морского Прилива] (Эпическое)
Тип: Двуручный топор
Эффект: Находясь под дождем или в непосредственной близости от большого объема воды, оружие получает эффект «Вода точит», игнорируя 100% брони цели.
Олег молча взял оружие. Его старый, простой топор был надежным инструментом. Этот же был произведением искусства, созданным для сражений в прибрежных скалах.
Михаилу передали тяжелый, переплетенный в кожу фолиант.
Предмет: [Трактат о Призыве и Удержании] (Уникальное)
Тип: Книга знаний
Описание: Древний текст, описывающий принципы взаимодействия с элементалями. Содержит схемы ритуальных кругов и формулы контроля.
Глаза Михаила горели. Это была не просто книга. Это был ключ к пониманию той самой магии, с которой мы только что столкнулись. Бесценный источник знаний. Фолиант с магическим навыком.
Наконец, староста подошел ко мне. Но в его руках не было ни меча, ни доспеха. Он протянул мне простой, запечатанный воском тубус из темной кожи.
— Это не от нас, — сказал он тихо. — Человек в серой робе передал это мне. Прежде чем уйти, он просил передать «Это подарок тому, кто слушает, но не кричит».
Я взял тубус. Он был холодным на ощупь. Я решил не открывать его нелюдях.
Мы покидали деревню под провожающими нас уважительными взглядами. Мы пришли сюда никому не известными новичками. А уходили легендами. Героями, которые не просто убили монстра, а исцелили целый край. Наша репутация здесь взлетела до максимума.
Возвращение в Лирию-Порт было как выход из глубокого погружения на оглушительно шумную поверхность.
После чистой, ветреной свободы Утесов, город давил. Запахи специй, пота и денег смешивались в густой, тяжелый коктейль. Гул тысяч голосов, стук молотов из «Наковальни», крики зазывал — все это обрушивалось на нас, напоминая, что наше маленькое эпическое приключение было лишь одной из бесчисленных историй, ежедневно разыгрывавшихся в этом каменном муравейнике.
Мы шли сквозь эту суету не как испуганные новички или растерянные жертвы. Мы шли как единое целое. Спокойные, уверенные, сплоченные общим испытанием.
Мы вернулись не просто с лутом и опытом. Мы вернулись с гордостью первопроходцев.
Общий зал в «Последнем Глотке» встретил нас привычным гамом и запахом дешевого эля.
Мы сели за тот же стол, но атмосфера была совершенно иной. Не было больше ни гнева, ни растерянности. Эйфория от победы тоже улеглась, сменившись тихой, деловой сосредоточенностью профессионалов, готовящихся к следующему проекту.
Кира тут же выложила на стол свое сокровище — огромное, переливающееся перламутром [Перо Великого Грифона].
Рядом она положила горсть [Ветряных кристаллов].
— С этим пером, — начала она, и ее голос был полон инженерного азарта, — я смогу встроить в арбалет модуль [Попутного Ветра]. По идее, он должен стабилизировать полет болта, используя потоки воздуха. Стрелы будут лететь дальше, точнее, возможно даже с донаводкой. Но это тонкая работа. Мне нужен гном-инженер уровня мастера, чтобы выгравировать фокусирующие руны, не повредив структуру пера.
Олег молча положил на стол свой новый [Топор Морского Прилива].
В его темном металле, казалось, скрывалась мощь океанской волны.
— Топор хороший, — ровным голосом произнес он, проводя пальцем по острому лезвию. — Но тяжелый. Баланс смещен к навершию. Потребуется перераспределить очки навыков из пассивной защиты в выносливость и силу, чтобы использовать его эффективно. Теряю 5% поглощения урона, приобретаю 25% к урону и контролю. Размен хороший.
Михаил же, казалось, и вовсе забыл о нашем присутствии. Он был полностью поглощен [Трактатом о Призыве и Удержании], его глаза бегали по строчкам древних рун, а губы беззвучно шевелились.