Чтение онлайн

– Все слишком зыбко. То, что произошло здесь, не «белая язва». Это я тебе говорю точно. Но, скажу честно, то от чего умер этот бедняга очень похоже на «язву». И обнародование этой информации губительно. Журналисты поднимут шумиху, да и люди ударятся в панику. Но я говорю тебе - это не «белая язва». Иначе половина жителей города уже разлагалась бы, - Саврасов не отводил взгляда от друга, пытаясь достучаться до него.
– Что произошло здесь вчера с этим водителем мне неизвестно, никому неизвестно. К работе привлечены лучшие вирусологи, так что будь спокоен.

– Я слышал, что в Петрополисе, на Васильевском острове такой же случай?

– Да, точь-в-точь. Это не «белая язва».

– Я понял уже. Что ж, пойду, навещу директора этого биогадюшника, - Бобров оглядел фасад исследовательского центра.

– А тебе туда зачем?
– удивился Саврасов.

– Тот убитый, которого сожгли рядом с концертным залом, работал здесь. В пепле мы нашли оплавившийся значок охраны, - Бобров достал из внутреннего кармана пакет, в котором лежал кусок металла, на поверхности которого можно было различить часть герба БиоНИЦ и большие цифры - 777.

– Ну что же, удачи, - Саврасов похлопал Боброва по плечу.

– И все же, - Бобров остановился на лестнице и немного обернувшись, добавил напоследок, - Тебя бы не послали сюда будь это обычный вирус.

Капитан Бобров столкнулся со знакомым ему чиновником на подходе в приемную директора БиоНИЦ. Винбург даже не обратил на него внимания. Капитан облегченно выдохнул: общаться со змеей ему не хотелось.

– Директор, как я и предполагал, восстановил тебя, - Александр Винбург был весьма доволен разговором Кирилла с Антоном Исаевичем.
– Это уже от меня: ты будешь ассистировать Данилевскому, но с одним условием. Если ты сможешь вывести то, о чем упомянул, я сумею в обход Антона Исаевича поставить тебя главным в этих исследованиях.

Кирилл остановился.

– Вы это серьезно?
– он не верил своим ушам.

– В четверг состоится заседание, на которое я тебя возьму с собой. Там ты продемонстрируешь ученым свои умозаключения и, если сможешь, какие-нибудь доказательства. Потрудись сегодня.

– Но...
– Кирилл попытался что-то возразить.

В голове его встрепенулась мысль о поездке домой, запланированной на четверг. Очередная порция лекарств для мамы не должна была опоздать.

– Никаких «но»!
– отрезал Винбург.
– Я заставил твоего директора дать заявку на твое участие в совете, это дорогого стоит.

– А вдруг ничего не получится?
– скулил Кирилл.

– Должно получиться. Не так давно ты с блеском отвечал на выпады ученых, а теперь в кусты?!

Кирилл виновато опустил голову.

– Если ты сумеешь убедить совет в своей правоте, как меня сегодня, - тебе обеспечена собственная лаборатория. Ты это осознаешь?
– Винбург бросил самую желанную наживку.

Кирилл посмотрел на чиновника. Широкая улыбка ехидно висела на лице Винбурга.

– Уж не знаю, какие мысли в твоей голове, Кирилл, но я пошел бы на все, чтобы мне дали такой шанс.

Кирилл молчал. Чиновник был доволен. Взгляд Кирилла был красноречивее любых его еле слышных слов.

– Четверг - ваш день, господин Семиовский. Министерство науки должно услышать ученое мнение и увидеть вашу работу. Ваше будущее в ваших руках.

Винбург протянул руку. Кирилл посмотрел на нее и пожал. Чиновник одобрительно кивнул.

Кирилл сделал свой выбор. Все начинало складываться как нельзя лучше. А о том, чтобы его продвигал чиновник из Министерства науки, даже не мечталось. И сейчас не важно, какие цели преследует Винбург. Главное - он дал Кириллу шанс.

Они шли по коридору и у лифтов разошлись. Винбург крепко пожал руку Кириллу и отправился в Министерство. Оставшись один, он глянул на трясущиеся ладони. Винбург наверняка воспринял это как волнение. Кирилл спрятал их в карман. Он чувствовал, как дрожь усиливается и уже норовит распространиться по всему телу. В конечностях какое-то странное покалывание, но голова не болит, как обычно это бывает при «белой язве». Страх медленно овладевал им. Гуляющий внутри него вирус неторопливо давал о себе знать. Делая его кожу бледнее. Но пока это было незаметно.

Нужно прекращать думать о заразе внутри, иначе начнутся вопросы. Необходимо представить что-то другое. Отвлекающее... Елана. Ее нежный образ возник так неожиданно, что Кирилл невольно вздрогнул. Первый человек, который протянул ему когда-то руку. Человек, который любил его всем сердцем. Кирилл стал прокручивать в голове последние несколько дней. Он пытался найти в них Елану, ту, что отдала ему свое сердце. Но в глубинах памяти он увидел ее лишь раз: когда она, чуть не рыдая, встретила его поздно ночью на парковке электрокаров. В голове проносились мгновения объятий, подаренные Елане лишь для того, чтобы она успокоилась. И Кирилл, воспользовавшись ее секундным умиротворением, мог ускользнуть от жара ее чувств. Кирилл закрыл ладонями лицо. «А что теперь?», - сверлом прокручивалась в его голове мысль. Вирус губит его изнутри. Водитель погиб из-за него. Сейчас Еланой рисковать нельзя. Решение может быть только одно - не встречаться с ней.

Через десять минут Кирилл был в лаборатории. Кроме профессора Данилевского, во второй лаборатории, на своих местах были еще трое лаборантов. Он вызвал их специально, чтобы успеть завершить работу над «патологией 6» к завтрашнему дню. Но они вынуждены были уйти через некоторое время. Сегодня начальник охраны проводил допросы сотрудников. Кирилл переоделся и вошел во вторую лабораторию. Выйдя из кабины, Кирилл не знал, с чего начать. Профессор не обращал на него внимания. Занимался ли он тем, что поручил ученый совет или совершенно другим?! Кирилл вздохнул.

– Чего стоишь?
– неожиданно раздался сухой голос профессора.

Кирилл не знал, что ответить.

– А ты, действительно, гений, - профессор повернулся к Кириллу.
– Никто бы и не догадался, что гриппон и «белая язва» имеют одного и того же родителя.

– Это произошло случайно, - оправдывался Кирилл.

– Только ум гения готов к случайностям, способен увидеть невидимое многими, - профессор был напряжен, но голос был ровным и даже доброжелательным.
– Вот и мы, старые дурни, не сумели разглядеть.

– Вирус-хамелеон...

– Да!
– перебил Данилевский.
– Самое страшное что может произойти с миром, так это рождение на свет вируса-хамелеона. Мы можем выслеживать его, изобретать лекарства, противоядия, придумывать сложное лечение, а он, почувствовав угрозу, просто меняет свою структуру. И вот тебе «белая язва», поражающая людей и убивающая их меньше чем за час, и вот гриппон убивающий, за несколько недель.

Данилевский повернулся к столу - поменял несколько пробирок местами и продолжил не оборачиваясь.