Чтение онлайн

Так как же лучшим из нас, как нам всем, добрым людям, вернуть себе силу правоты настолько – настолько вознестись с маленькой буквы «в», – чтобы уравновесить предельные значения и отстоять свою жизнь и свое будущее? Если мы это сумеем, у нас появится возможность решить вселенские проблемы, стоящие перед нами. Мы сможем починить, что сломали, восстановить связь друг с другом и прожить жизнь, полную цели и страсти. А если не сможем? Ну что ж, свалка истории поглощала цивилизации куда древнее и затейливее нашей.

Чтобы понять, что теперь делать, нам нужно опереться на две новые научные дисциплины: нейроантропологию и архитектуру культуры. На самом деле это один и тот же подход. Один смотрит назад, в прошлое, другой – вперед, в будущее. Нейроантропология – это область на стыке нейрофизиологии, психологии и истории, позволяющая лучше понять, как и почему мы, люди, ведем себя так, а не иначе. Если вам по душе Sapiens Юваля Харари и «Ружья, микробы и сталь» Джареда Даймонда, такая аргументация покажется вам знакомой. Архитектура культуры опирается на эти соображения и использует их как строительный материал для более продуктивных решений социальных проблем. Если вам было интересно читать «Nudge. Архитектура выбора» Ричарда Талера и «Думай медленно… Решай быстро» Даниэля Канемана, вероятно, вы и сами – диванный архитектор культуры.

Книга состоит из трех частей. «Часть I. Выбери свой апокалипсис» посвящена обсуждению нынешнего кризиса смысла: мы поговорим о нашем сегодняшнем положении, почему так трудно найти в мире смысл, что будет дальше и как с этим поступить. Кроме того, из нее станет понятно, что многие наши попытки совладать с происходящим – от тревоги и отрицания до межплеменной вражды и политики на базе самосознания – только усугубляют положение. В заключение первой части мы узнаем, почему так важно расширить свой кругозор, научиться мысленно выходить за рамки самих себя, своего племени, границ своей страны, начать думать как представители биологического вида, населяющего всю планету. Сделать это трудно, но жизненно необходимо.

«Часть II. Поваренная книга алхимика» переходит от культурного анализа к дизайнерскому мышлению. При этом мы применим к кризису смысла гуманистический дизайн-инструментарий творческой фирмы IDEO [25] . Здесь книга перенесет вас в царство нейрофизиологии и оптимальной психологии, и мы рассмотрим самые мощные эволюционные механизмы, порождающие вдохновение, исцеление и единение. От дыхания, движения и сексуальности до музыки и психоактивных веществ – все эти доступные в повседневной жизни ресурсы помогут нам добиться озарений, излечить травмы и научиться сотрудничать. Так что неважно, принадлежите вы к существующей традиции или общине или предпочитаете инновации – этот раздел снабдит вас дорожной картой, которая поможет обрести ясность, отвагу и решимость сделать все необходимое.

«Часть III. Создание этического культа» опирается на антропологию и сравнительное религиоведение; мы рассмотрим, как пустить весь приобретенный опыт на службу культуре, хотя это и непросто. Дело в том, что раньше, стоило нам найти сочетание пиковых состояний с глубоким исцелением, в результате почти всегда возникали проблемные сообщества. В этом разделе в общих чертах обрисован план, как зажечь тысячу огней, но не спалить весь дом дотла. Считайте, что вам дали открытый набор инструментов для создания культуры этики.

Важно сразу отметить, что каждый из трех разделов мог бы быть самостоятельной книгой. Как и любая ее глава, по сути дела. В более простые времена так бы, наверное, и произошло. Но чтобы прийти к выводу, который был бы сколько-нибудь удовлетворительным как в краткосрочной перспективе, так и вне времени, нам придется двигаться быстро и охватывать большие поля. Если нам удастся вместе пройти этот путь до конца, вид, который оттуда откроется, стоит затраченных усилий. (Примечания рассказывают, какую поразительную работу проделали специалисты из всех этих областей. В приложении подробно рассказано об исследованиях, которые легли в основу части II. В самом конце вы найдете глоссарий, где даны определения многих классических и технических терминов, используемых на этих страницах. Так что даже если вам поначалу покажется, будто в этой книге задействован слишком широкий материал, у вас будут все необходимые инструменты, чтобы его осмыслить).

В «Погоне за вознесением» мы возьмем радикальные исследования с дальних краев науки и применим их к мейнстриму, к общей социальной задаче исцеления, веры и сопричастности. Эта книга дает ответы на встающие перед нами вопросы: как заменить слепую веру непосредственным опытом, как двигаться от сломанного к целому, как исцелить разобщенность при помощи связи. Выражаясь еще проще, книга показывает нам, как вернуть жизненные силы, пробудить творческий дух, оживить отношения и раз и навсегда ответить на все вопросы о том, зачем мы здесь и чем сейчас занимаемся.

Положение в мире требует, чтобы мы показали себя с самой лучшей стороны в интересах всего человечества, а в этой книге рассказано, как это сделать.

Прежде всего нам надо рассмотреть и разложить по полочкам, как и почему мы попали в нынешнюю ситуацию. Нам надо перечислить все моменты, когда мы пожертвовали дерзанием ради удобства, предназначением ради развлечений, вдохновением ради информации. Проще говоря, когда мы будем распутывать эту запутанную историю, в конце концов все будет хорошо, но сначала все станет очень плохо.

Что, если вдуматься, неудивительно. Все эти американские горки с хуже-лучше практически вплавлены во все наши сценарии. Когда Курт Воннегут, автор «Бойни номер пять» и «Колыбели для кошки», классики современной литературы, изучал антропологию в Чикагском университете, он обнаружил, что все истории строятся по нескольким шаблонам [27] .

По словам Воннегута, в любом нарративе прослеживаются взлеты и падения в судьбе главных героев. Он выявил несколько таких схем – например, старая добрая история «из грязи в князи» (снизу вверх), а также «мальчик встретил девочку», где пара знакомится, потом разлучается, а потом снова находит друг друга (вверх, потом вниз, потом снова вверх).

Но из всех возможных конфигураций, которые обнаружил Воннегут, самой убедительной ему показалась снизу вверх, потом резко вниз и резко вверх. Мы взахлеб читаем и слушаем о скромном происхождении героини (зола в очаге, вредные сестрицы, злая мачеха), о ее упорном восхождении к вершине (фея-крестная, роскошные наряды, танцы с принцем), стремительном падении (часы в полночь, карета превращается в тыкву, потеряна туфелька) и счастливом конце, который должен послужить моралью для всех остальных.

Примерно таков же график нашего сценария. Только мы включаемся в нарратив на середине. На протяжении почти всей истории человечества жизнь была гораздо более жестокой к нам и жили мы хуже и меньше, чем хотелось бы (низ). Затем промышленная, научная и демократическая революции подарили нам электрические лампы, водопровод и канализацию, право голоса, вакцины и смартфоны. Мы уже некоторое время, правда, небольшое, живем дольше, знаем больше и нуждаемся меньше (вверх).

Вплоть до сегодняшнего дня, когда мы и включаемся в повествование – на последнем ударе часов в полночь, за миг до того, как потерять все. По данным журнала Bulletin of the Atomic Scientists на январь 2021 года на часах Судного дня, которые отражают уровень опасности для существования человечества, до 12 остается всего 100 секунд [28] . С тех пор как часы стали отслеживать положение вещей, а это началось в 1947 году, мы еще не были так близки к Армагеддону. Доклад ООН по вопросам климата в 2020 году дал нам десять лет на то, чтобы понять, как быть с планетой, иначе нам не миновать тяжелых последствий [29] . Геополитика, стихийные бедствия, голод, потоки беженцев, войны, супервирусы, кибертерроризм и экзистенциальное отчаяние заполонили наши новостные ленты, а простых решений для этих проблем не видно (вероятно, это и есть резко-резко вниз). Самые умные и осведомленные паникуют больше всех. А мы, все прочие, мечемся между приступами тревоги и попытками сделать вид, будто ничего не происходит. Но если нам удастся сосредоточиться, мы увидим, что по другую сторону этого откоса маячит надежда на избавление, да еще какое – на небывало счастливый конец.