Чтение онлайн

– Можно пойти к «Пересмешникам», – сказала она.

– Шш… Не хочу, чтобы другие слышали, – заявила я.

– Ну: – спросила Т.С. – Пойдешь к ним?

– Я ничего не хочу, – сказала я. Я хотела, чтобы все это пропало. Чтобы меня не показывали как пример изнасилованной на свадьбе девушки.

– А если он еще что–то о тебе расскажет? – спросила Т.С. – А если он скажет своим друзьям, что тобой можно легко воспользоваться? И если он расскажет другим парням, что трахнул тебя дважды при первой встрече?

Я скрипнула зубами. Я сжимала их так, что зубы могли треснуть. Я представила кусочки белой крошки, наполняющие рот, обломки, похожие на ледники в океане.

– Может, и не скажет, – тихо ответила я, пытаясь придумать, как уйти, где найти потайную дверь. Я была тихой мышкой и хотела пропасть в лесу.

– Думаю, уже сказал, – сказала Т.С.

– Может, он сказал только Кевину, – жалко отозвалась я, голос дрожал. Я сглотнула ком в горле. – Может, они лучшие друзья. Я же рассказала тебе, Т.С. И Майе. И Натали знает, потому что видела меня и встречается с Кевином. Может, только они и знают. Это ведь не так и плохо?

Майя вмешалась:

– Предположим, он сказал только Кевину. И Натали, тихая Натали, никому не сказала. Это изменит то, что произошло в ночь пятницы?

– Это тут ни при чем.

Т.С. вскинула бровь.

– Изнасилование не связано с тем, идешь ли ты к Пересмешникам? Еще как связано.

– Не говори так.

– Посмотрим, сказал ли он только одному человеку, – сказала Майя. – Сомневаюсь, учитывая, что Хэдли и Генри обсуждали тебя в субботу в клубе дебатов, а они в команде по плаванию. Они дружат с клубом водного поло. Давайте узнаем, как далеко он разнес свою ложь. Я знаю пловцов. И Хэдли Блейн хочет стать моим заместителем в клубе дебатов, так что я могу все у него выведать.

Она развернулась и отправилась в кафетерий. Я уставилась на Т.С.

– Что она делает?

Т.С. покачала головой.

– Не знаю, но идет она быстро.

– Ага.

– Она ничего не знала, а через десять секунд решила устроить допрос. Копам стоило бы ее нанять, – сказала Т.С., стараясь шутить. Но я не могла смеяться. Я опустилась на прохладную траву. Я сорвала пару травинок. Т.С. села рядом со мной.

– Слушай, – тихо сказала она. – Я думаю, тебе нужно постоять за себя.

– Ты говоришь так, словно я жертва, словно я всегда была жертвой.

– Не всегда. Но теперь – ты жертва. И я думаю, что с этим нужно что–то сделать.

– И Пересмешники решат это? – спросила я.

– Ты сама знаешь об их достижениях, – сказала Т.С. Майя вернулась и села с нами. Она пару раз шумно выдохнула, словно выпускала пар, чтобы заговорить. Она кипела, ноготь на среднем пальце был сломан. На ее пальце было немного крови.

Я указала на палец, мои глаза расширились.

– Что случилось?

Она вдохнула и поправила хвост волос.

– Вся команда знает. Обе команды – плавания и водного поло.

Я сжала голову руками.

Она продолжала:

– Я села с Хэдли, спросила, не хотел ли он помочь мне с подготовкой к следующим дебатам, и он чуть не отключился от радости. А потом парни за столиком рассмеялись, и я склонилась к Хэдли и сказала: «Что так веселит твоих друзей?». А он сказал: «Картер развлекает друзей по команде отчетом о своей активности на выходных».

Я скрипнула зубами. Я могла вот–вот раскрошить один из клыков во рту.

– И я сказала Хэдли прийти на два часа раньше, чтобы помочь, а он стал рассказывать, как все сделает, но я лишь делала вид, что слушала, а сама сосредоточилась на словах Картера. Он и не понял, что я слушала его, а не Хэдли. И тут я впилась ногтями в стол, чтобы не вырвать Картеру глаза. И один сломался, – Майя подняла палец с обломком ногтя, – когда он сказал, что ты… – она сделала паузу, – умоляла его об этом.

Я вскочила.

– Это ложь!

Я не дам ему сказать последнее слово.

Я повернулась к Т.С.

– Веди меня к Пересмешникам.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Помещение

Физика днем была хуже, чем обед, ведь в классе был Картер. Вена на моем лбу так пульсировала, что все могли ее услышать. Я была уверена, что она лопнет с брызгами крови, и все обернутся и скажут:

– Вот это ты устроила, Алекс.

Но Картер не замечал меня, и мы переписывались, пока мистер Уалдман рассказывал об эффекте Мейснера, магнитных полях и сверхпроводимость. Спасало лишь то, что мы всегда сидели на одних местах. Картер был на первом ряду, а я – почти в конце рядом с Мартином. Я весь урок думала, чтобы он не обернулся, пыталась представить, как использовать Мартина как щит, если Картер начнет поворачиваться в свою сторону.

Я хорошо знала Мартина. Я часто видела его лицо, он прибегал узнать о посещаемости на моих уроках. Но я не встречала его лично, пока Т.С. и Сандип не стали встречаться после весенних каникул на втором курсе. Вскоре мы стали делить столик в кафетерии, и, раз Т.С. и Сандип почти все время были увлечены собой, мы с Мартином говорили чаще между собой, а не с ними. Мартин странный, например, с птицами, но при этом он целеустремленный. Он высокий, с растрепанными каштановыми волосами, карими глазами с зелеными вкраплениями. Он был в футболке с длинными рукавами и браслетом или напульсником. Он склонился и зашептал так тихо, что слышала только я:

– С эффектом Мейснера можно устраивать левитацию предметов.

Я тихо рассмеялась и еще тише прошептала:

– Может, ты и смог бы, но не я.

– Я тебе покажу. Я же повернут на учебе, – он говорил так, словно это была тайна. Я заметила, как Мартин полез в карман джинсов. Он незаметно для учителя вытащил телефон. Он открыл экран и быстро закрыл. Его плечи напряглись, на миг он прижался лбом к ладоням. Я хотела спросить, все ли хорошо, а он опустил ладонь на блокнот и написал внизу страницы аккуратными, но большими буквами: «УВИДИМСЯ В ВОСЕМЬ».

Я нахмурилась. Я написала в блокноте «ЗАЧЕМ?».

Он ответил: «Я – ВО ГЛАВЕ ПЕРЕСМЕШНИКОВ».

– Ох, – выдохнула я, мистер Уалдман не заметил. Он был занят, рисуя на доске, лысина на затылке сияла нам. Я и не думала, что Мартин будет вовлечен. Я не знала, кто вообще там будет. Политика и прочие вещи, не включающие мертвых композиторов, не были моим коньком. Я едва задумывалась, кто был в «Пересмешниках». Ирония была в том, что я должна была знать о «Пересмешниках» больше всех учеников.