Чтение онлайн

Doktor

— Великолепная статья. Великолепная смесь зависти и животного страха! Московский парад ударил в самое сердце польских комплексов.

Sibiryak:

— Браво, автор! Пишите ещё, такого весёлого бреда нигде больше не найдёшь, кроме как у поляков. Вашу статью я скопирую и отошлю всем своим друзьям — пусть тоже повеселятся. И сыну с дочерью в Нью-Йорк, пусть посочувствуют родителям.

Wspaniala Rosja:

— Помнится, президент Качиньский тоже организовал демонстрацию оружия в Варшаве. Ох, у поляков не было такого хорошего оружия. Зависть — великая сила, господин Рафал. Зависть.

Не будем обсуждать высказывания форумчан. Агрессия, оскорбления, иногда ругательства характерны для интернета в любой стране.

Но текст Земкевича появился в газете, которая считается серьезной и влиятельной. К тому же, она на 50 % финансируется из государственных средств, о чём прекрасно знают в России. Для российской дипломатии это великолепный предлог, чтобы воспринять этот текст как антироссийскую провокацию и подготовить подобную реакцию в подчинённых Кремлю СМИ. Земкевич может об этом не знать, потому что он, вообще, мало что знает о России. Я, однако, удивлён тем, что в «Rzeczpospolita» не нашлось здравомыслящих людей.

Дело не только в России и «Rzeczpospolita». Газета — даже частично принадлежащая государству — не обязана руководствоваться пользой для польско-российских отношений, если у неё есть на то серьёзные причины. Она борется за свободу, права человека, защищает жертвы репрессий, например, в Чечне, на московских улицах, где оппозиция не может легально протестовать, в Ираке или в Тибете. Каждый из нас, журналистов, делает это каждый день, согласно собственным убеждениям. В нашей профессии нельзя быть покорным.

Но в тексте Земкевича не видно заботы о каких-либо ценностях. Это просто ругательства. Автор испытывает радость, выливая на русских ведро помоев. Бросает их в один мешок, не разбираясь, не видит в русских ничего хорошего. Wot, zurnalistika…

http://rafalstec.blox.pl/html

Rafal Stec Przyja'z'n zamiast wojny przed finalem Ligi Mistrz'ow. Pustawe trybuny podczas finalu?

Я не интересовался, сколько русские выдумали служб, но, болтаясь по Москве, я видел столько мундиров, эполет и головных уборов, что хватило бы на все армии и полиции Европы. Теперь я лучше понимаю, почему их так ужасает демографический кризис (наших соседей становится всё меньше, к середине века от 140 миллионов может остаться 100 миллионов) — организовать следующий финал Лиги Чемпионов им будет не по силам, потому что людей не хватит. Сегодня они, кажется, созвали всех. Никогда ещё я не видел около стадиона такого количества самых разных функционеров, хотя власти сообщили, что большинство охранников порядка будет патрулировать улицы в штатском. Если это правда, то по дороге в Лужники — особенно между станцией метро и стадионом — я, видимо, не встретил ни одного туземца, который не был бы при исполнении.

А те, что в форме, осматривали толпу — все до единого с одинаковым, мрачно-грозным выражением лица, как будто на них давила важность миссии. В конце концов, они защищают столицу.

Защищают от нашествия более чем сорока тысяч лондонско-манчестерских гуннов, потому что их предостерегли, что британские болельщики любят перед матчем напиться (сегодня у них было много времени, потому что матч начнётся в 22.45 по местному времени) и повеселиться (особенно за границей). Подготовительные маневры длились несколько недель, Москва готовилась к Третьей мировой войне, заключая временный союз — несмотря на скандалы вокруг смерти Литвиненко — с Великобританией. Болельщикам (тем, у которых есть билеты) подарили временные визовые льготы, а Островитяне со своей стороны ответили тем, что ещё в лондонских аэропортах вылавливают хулиганов, которым запрещен вход на стадион, а также послали своих людей в Москву. Говорят, бобби тоже гуляют по улицам инкогнито, впрочем, если бы они переоделись в здешние полицейские кафтаны, я бы их всё равно распознал. По одной простой причине — они умеют улыбаться и ещё пользуются этим навыком. Русский на службе — это русский с трауром на лице.

Во всяком случае, цель — пока что — достигнута. В центре города царит спокойствие, процветает дружба и британско-российская торговля. Гости, воспринимаемые как безвредное чудо природы, позволяют русским фотографировать себя, попозировав, принимаются покупать матрёшек в версии «Руни», «Гиггз», «Лампард» и т. д. Полной радости, однако, нет. Болельщиков-островитян отпугнули чудовищно высокие цены билетов на матч, перелёта, гостиниц и, вообще, московская дороговизна. Кажется, их прилетело около 25 тысяч, хотя каждый клуб получил от УЕФА по 21 тысяче билетов. Некоторые продают билеты знакомых, которые отказались от поездки. Поэтому цены на чёрном рынке упали — вчера у стадиона мне предлагали увидеть финал за 700 евро, сегодня — уже за 400. Грозят ли нам полупустые трибуны? Это был бы провал.

Возвращаясь к тотальной мобилизации русских: последняя проверка — я не хочу пророчить, что бой — должна произойти всё-таки ночью. Болельщики «Манчестера», которые приземлились в аэропорту Домодедово, и болельщики «Челси», которые прилетели в Шереметьево, после матча встретятся на Красной Площади (там нельзя пить, во всяком случае, теоретически). Я предсказываю: алкоголь польётся в охрипшие горла весёлой или горестной струёй (в зависимости от цвета шарфов), но совершенно мирным образом. Если бы гости вздумали устроить битву, им сначала придётся бросить вызов такой силе, что в истории войн трудно назвать что-либо подобное в смысле численной диспропорции. А если история и припомнит такое, то это, скорее всего, привело к немедленной капитуляции.

http://kotlarz.salon24.pl/75512,index.html

Jan Kotlarz Dwie okupacje okiem matematyka

Львов — прекрасный город, прекрасный не только архитектурой, но и — что редко случается среди современных столиц — прекрасный духом. До 1939 года он был городом польской культуры и одним из важнейших центров польской науки.

Это во львовском университете Яна Казимежа возникла польская математическая школа, здесь преподавали такие знаменитости польской науки, как хирург, пионер операций на открытом желудке профессор Людвик Рыдыгер; старший брат Владислава Грабского (дважды премьера и реформатора польской валюты) — Станислав; создатели топологии Станислав Банах и Гуго Штейнхаус. Расцвет польской науки был прерван Второй Мировой войной. Львов заняли Советы, а потом — немцы. Эти две оккупации описал в своих дневниках Штейнхаус. Их чтение наводит на многие мысли.

Западный город.

Вскоре после 17 сентября среди местного населения распространилась весть, что «Советы занимают Польшу до самого Сана». Штейнхаус описывает естественные в такой ситуации терзания: остаться в городе или бежать. С первых дней можно было заметить специфику русского взгляда на Львов. Советы, занимая Львов, входили в западный город. Быстро оказалось, что советская пропагандистская машина, много лет рассказывавшая о толпах безработных на Западе, заставляла их ожидать совсем другого, нежели цветущий Львов.