Чтение онлайн

– Что это за птица? Ласточка?

– Черный стриж, он же apus [32] . Известно ли вам, на что он способен?

– Нет, расскажите, господин Исидор, – ответил Мельхиор.

– Он может лететь двести дней подряд, ни разу не приземлившись.

Брат Мельхиор недовольно скорчился.

– Впечатляет.

– У черного стрижа такие короткие лапы, что при каждом приземлении он рискует больше никогда не подняться в воздух.

– Невероятно. И почему сегодня мы обсуждаем именно черного стрижа?

Мельхиор принялся так пристально разглядывать юношу, будто тот представлял собой тайну, которую обязательно надо было разгадать. Сделать это было нелегко, поскольку Исидор выражал свои мысли любимыми им птичьими метафорами. Юноша повел кончиками пальцев по линии крыла стрижа.

– Как думаете, брат Мельхиор, сколько еще дней мне придется провести во дворце? Двести?

Исидор провел во дворце целый месяц. Первые дни дались трудно как ему, так и слугам. В конце концов, Исидору пришлось смириться с ситуацией, хотя он и продолжал иногда выказывать беспокойство.

Понтифик вздохнул:

– Наверное, дольше, – пришлось признать ему. – Через несколько дней ваша свадьба, господин Исидор.

– Мне всегда было интересно, не устает ли стриж оставаться в воздухе большую часть года.

– Вы боитесь оставаться здесь слишком долго? – спросил Мельхиор.

– Я бы хотел вернуться на Пурпурную виллу, – пояснил Исидор.

Брат Мельхиор внимательно отслеживал признаки надвигающейся бури. По сравнению с началом пребывания во дворце, приступы Исидора стали более редкими. Несмотря на это, Понтифик боялся того, что может произойти в следующий раз.

– Сделаю все возможное, чтобы после свадьбы вы вернулись туда, – как можно более успокаивающим голосом произнес Мельхиор.

– Все постоянно дают мне какие-то обещания. И вы, и Дезидерия. Вы разговариваете со мной как с ребенком, который будет слушаться только за награду. Но даже когда я следую вашим приказам, вы не держите слово. Для вас оно ничего не значит.

– Значит, господин Исидор. Клянусь Светом. Ваше благополучие важно для меня. Я понимаю ваше непростое положение. Должно быть, вы чувствуете себя потерянным.

– Я не понимаю всего, что происходит…

– Это для вашего блага.

– Мне постоянно это твердят, однако никакого блага я в итоге не ощущаю.

Мельхиор заметил, что запястье юноши начало мерцать, и это означало, что ему срочно надо найти правильный ответ, иначе разразится буря. Брату приходилось адаптироваться к способу общения Исидора в слабой надежде привести юношу в чувство.

– Вы в эпицентре бури. Вас швыряет из стороны в сторону, и вы не знаете, где земля, где какая сторона света. Но птицы понимают, как выжить в бурю. Они пролетают сквозь нее и выживают. И вы спасетесь. Пусть даже порывы ветра пока хаотичны.

– Я не в эпицентре бури, я во дворце, где даже слишком спокойно.

– Это метафора, чтобы обсудить происходящее с вами, – пояснил Мельхиор.

– Откуда вам знать? Вы же не были мной, – возразил юноша.

– Послушайте, господин Исидор. Здесь вы в безопасности. Никто не причинит вам зла, тем более когда вы под моей защитой. Вы совершаете великое деяние на благо Фаоса и Серебряного королевства. Сейчас вы самый важный человек на континенте. Я знаю, ничего из этого не входило в ваши планы, но скоро вы сможете вернуться к привычной жизни и воссоединиться с Дезидерией.

Исидор вздохнул и отодвинул рисунок стрижа.

– Хочется доверять вам, брат Мельхиор. Здесь только вы добры со мной.

– Принцесса Элоиза тоже заботится о вас, – возразил брат.

– Я видел ее лишь дважды, – ответил юноша.

– Принцесса очень занята, особенно в преддверии приближающейся свадьбы, ведь подготовка требует времени. И все же я скажу ей, чтобы она выкроила время повидаться с вами.

Мельхиор привстал на цыпочки, чтобы вытащить из плетеной корзины чистый пергамент.

– А до тех пор, берегите своих птиц. Если вы уже читали эти книги, то завтра я принесу новые.

Исидор согласно кивнул и взял пергамент, который протягивал ему Понтифик.

– Lucem afferre, господин Исидор. Отдыхайте.

Брат Мельхиор отошел от юноши. Он не стал сразу уходить из комнаты, силясь удостовериться, что Исидор успокоился. Молодой человек оторвался от зарисовок, чтобы изучить книги, которые принес Мельхиор. Он отложил уголь, вытер руки о льняную тряпицу и пощупал обложку «Кодекс авис». Книга была тяжелой, но Исидор обращался с ней так нежно, будто держал в руках редкое сокровище. Он пролистнул первые страницы, погрузившись в их содержимое.

На его лице воцарилось умиротворение. Успокоенный Мельхиор ушел.

Госпожа Дезидерия стояла в прихожей Пурпурной виллы, сложив руки на груди. Она пристально смотрела на песочные часы в атриуме, которые Отверженные исправно переворачивали через равные промежутки времени. Фисба и Эвандер пришли вовремя, тогда как Андреа…

– Могу я полюбопытствовать, чем занят ваш друг? – нетерпеливо спросила аристократка.

– Андреа не отличается пунктуальностью, – попыталась объяснить крайне смущенная Фисба.

– Насколько мне известно, он обычно хорошо справляется с заданиями и должен уметь придерживаться часов, которые ему указывают!

– Обычно клиенты приспосабливаются к нему…

– Я, в свою очередь, не опоздал ни на одну встречу! – вклинился Эвандер, широко улыбаясь.

– Мне кажется, сейчас не лучший момент, чтобы привлечь к себе внимание, – одернула его Фисба.

Дезидерия вздохнула, ей было совершенно не до мелких подростковых склок. Ей было всего двадцать восемь, но она уже считала себя женщиной влиятельной. В этот день по ее приказу слуги подготовили Дезидерии особый наряд для визита во дворец. Это было пышное платье пурпурного цвета, цвета ее семьи; медная корона в форме розового куста выгодно оттеняла ее темные волосы.

Несколько минут спустя Пирам, которого отправили за Андреа, вернулся с женщиной крепкого телосложения, одетой в оранжевое платье.

– Подозреваю, что выбор наряда обусловлен маской, которую вы надели, – сухо произнесла Дезидерия.

Она рассматривала Андреа с ног до головы. Он пожимал плечами, надувал мясистые губы и принимал вычурные позы, из-за чего Фисба и Эвандер не могли не посмеиваться за спиной хозяйки дома.

– Мне кажется, она слишком… выделяется, – отметил Эвандер, не поверивший в персонажа маски.