Чтение онлайн

Понтифик был известным деятелем Фаоса; на эту должность его назначили в Культе. С тех пор он находился рядом с королевской семьей и обладал властью говорить от имени Света. Все Соратники, несущие службу во дворце, подчинялись ему, и сам Понтифик редко выходил в город. По этой причине подопечные Оффиция не знали сущности его Дара. Это была государственная тайна. Это могло быть управление ветром – даром Аквилы, способностью Венены [34] отравлять. Наконец, что еще хуже, это мог быть дар Круциаты [35] – способность одним прикосновением вызывать сильнейшую боль.

– Понтифик опасен?

– Вы даже не представляете насколько, – ответила Дезидерия.

Фисба и Андреа с трудом сглотнули.

– Это из-за его Дара?

На этот раз Дезидерия промолчала.

Карета остановилась около дворца, поскольку въезд туда был запрещен. Рядом слонялись бродячие торговцы в надежде продать что-нибудь проезжавшим вельможам. Их неизменно отгоняли стражники. Неподалеку какой-то музыкант наигрывал на двойной тростниковой флейте жизнерадостные мелодии. Звуки музыки сливались с шумом просыпающегося города.

Андреа не удержался и остановился перед белой доской городских объявлений, на которой размещали разную информацию. Среди множества прикрепленных листов значились: набор в гвардию; приказы, связанные со свадьбой принцессы; новость про ювелира, который закрывал лавку и распродавал имущество; фонари для Люцернария, которые изготавливала одна горожанка; обвинение конкурента в мошенничестве; рисунок потерявшейся кошки.

Помимо этого, на всех досках объявлений Фаоса был список Даров, доступных для найма в Оффиции с указанием стоимости за выбранное время. Андреа нашел там себя. Имена детей в списках не значились, ведь для горожан существовала только их сила. Их Дары были доступны каждому. Всего за несколько Вспышек.

Однажды во время выхода в город он встретил одну из подопечных Северного Оффиция, такую же благословленную Светом, однако дальше знакомства дело не зашло. Порой молодые люди разных Оффициев составляли пары и женились, сбегая из лап Культа ценой своих Даров.

Над табличкой виднелась начертанная впопыхах надпись:

«Пусть Свет сожжет их всех!»

Андреа не обратил внимания на эту надпись, ведь он прекрасно знал, как на практике ведут себя такие недоброжелатели. Обычно клиентам было плевать на подобное. И хотя общество осуждало использование услуг Оффициев, многие обращались за помощью к их подопечным. При этом клиенты стремились скрыть это от соседей, ведь подобные поступки могли дурно сказаться на репутации.

Назавтра после того, как список услуг Оффиция в очередной раз срывали или разрисовывали, Соратники вешали новый.

Две боковые лестницы объединялись в большую эспланаду дворца, в центре которой возвышалась статуя регента. В тот день мастера продолжали работать над каменной статуей, которую частично скрывали завесы, натянутые на деревянные каркасы. Изображение принцессы Элоизы все еще нуждалось в завершении.

Как требовала традиция, скульптуру короля Анастасия перенесли на фасад Монархов, где памятники государям выстраивались между огромными колоннами. Казалось, они удерживают вес здания на себе.

Безупречные статуи регулярно начищали, чтобы сохранить их белизну. Каждая покрытая сусальным золотом статуя точно воспроизводила какую-либо особенность своего государя в момент смерти. Это могли быть глаза царицы Приа, славившейся своим умом, или грудная клетка царя Валериана, которого любили за доброе сердце. В случае с Анастасием это был сжатый кулак. Он служил напоминанием о том, что правил король железной рукой.

Несмотря на ранний час, на площади было много народу, по большей части – Братья и Сестры Света. Некоторые из них предпочитали гулять при первых лучах солнца. Новоприбывшие тоже могли бы насладиться прогулкой, однако госпожа Дезидерия и ее маленькая свита знали, что за ними следят.

Без какого-либо предупреждения, Андреа схватил Дезидерию за руку. Она изумленно посмотрела на него, готовая разразиться недовольством.

– Самое время довериться мне, – подмигнул он, а затем громко воскликнул, – Дезиде-е-е-е-е-ерия! Ты была права! Два-а-арес велика-а-алепен!

– Так и есть, кузина, – заикнулась Дезидерия, изо всех сил пытаясь сохранить бесстрастное выражение лица.

– Пракасе не срауни-и-ится с Фаосом! Ни у чем!

– Ты кричишь мне на ухо, Марселина!

– Ни-и-и ма-а-агу ничего поделать! Это та-а-ак храсива-а-а-а! А эти там что дела-аут? Ах, эта-а-а статуи-и-и! Огро-о-о-оумные!

Фисба, изображавшая примерную горничную, изо всех сил старалась не смеяться над выходками Андреа. Он так хорошо сживался со своими масками!

Возгласы Марселины привлекли к ним все внимание окружающих. Прохожие принялись обсуждать их, и вот уже одна из Сестер Света спешила во дворец, чтобы предупредить Понтифика: госпожа Дезидерия приехала.

Как только они вошли во дворец, все вокруг стало красным: от рисунков на вытканных полотнах до их кисточек, от мраморных плит до самого незначительного орнамента. На потолках красовались фрески. Хотелось стоять и разглядывать эту красоту. С приближением свадьбы дворец превратился в настоящий муравейник. Слуги сновали во всех направлениях, вокруг обсуждали блюда, цветы, освещение, списки гостей… Все были заняты подготовкой к важному дню.

– Каков перепа-а-а-а-а-алох! – восклицала Марселина. – А-а-а-абажа-а-аю, когда жи-и-иуэнь-ко! Это придает жизни-и-и!

– Похоже, ты знаешь, как оживить любое место, сестра, – ответила аристократка.

– Госпожа Дезидерия!

К их кортежу маленькими шажочками приближалась Сестра Света в огромных очках. Просветленная держалась с достоинством и высоко несла голову.

– Lucem afferre, госпожа, – поклонилась Сестра.

– Lucem afferre, сестра Октавия. Не стоило так спешить к нам!

– Мы ожидали вашего визита!

– Было бы очень странно, случись наоборот, – насмешливо ответила Дезидерия и указала на Марселину, чьи пухлые щечки озаряла улыбка.

– Lucem afferre, на-а-а-алиуное ва-а-аблоч-ко! – ворковала она. – Какой сияушший цуэт лиса-а-а-а!

– С-спасибо, – растерялась Октавия. – Lucem afferre, госпожа Марселина, никогда раньше не встречала вас в Фаосе.

– Ес-с-сесна-а-а-а, дара-а-аху-у-у-уша! Я изда-лека-а-а!

– Да, узнаю характерный выговор Бронзовых пиков. Так вот куда вы ненадолго уезжали, госпожа Дезидерия? Навещали сестру?

– Как всегда, не удивлена тем, что вы в курсе происходящего, – саркастически ответила Дезидерия.

На этот раз Октавия померкла. Марселина постаралась сгладить неловкость:

– Я та-а-ак ра-а-а-ада поехать домой уме-е-есте с да-а-арахой сестрой! Ка-а-ара-а-алеуская суадьба! А вы-ы-ы-ы уремя не тра-а-а-атите да-а-аром!

– Предстоит исключительный праздник. Мы должны создать соответствующую атмосферу.