Чтение онлайн

Насколько мог вежливо Джийа представился. Существо попалась на редкость тупое, потому как в упор не поняло прозрачного намека на благодарность за сохранение его жизни, но Джийа был великодушен и извинил его глупость. Хотя (ему так почудилось) оно не оценило доброты своего благодетеля, а наоборот еще и озлобилось.

Пришельца забрали в Агартху. Джийа предчувствовал, что с его появлением все в Гиладе изменится; а при его везении с предательством от "верных" друзей - наверняка не в лучшую сторону. Но было что-то в этом парне неуловимое, что-то увлекающее и вдохновляющее: детская наивность или жесткая расчетливость - это Джийа и предстояло выяснить.

"Девяносто процентов информации об окружающем мире воспринимается через глаза"

Медицинский справочник Культа Целительницы

Незнакомый мужчина преграждал им путь. Внешностью, повадками и манерой одеваться он походил на холеного лихого пирата, выпрыгнувшего со страниц дамских романов: аккуратная козлиная бородка лилового (как и его волосы) цвета, придающая ему схожесть с мыслителем древности, густые, чуть сдвинутые брови, самодовольное выражение лица, костюм вольного мушкетера, покоящиеся у бедра черная рапира и белый кольт - в общем, этот тип знал, как эффектно нарядиться.

– Вижу, вы не в полном составе, - сказал Сваран слегка насмешливо.
– И где же ваш непревзойденный лидер? Испугался большого и страшного Города Иллюзий?

– Кто ты и почему мешаешь нам пройти?
– пропустил издевку Хофу.

– Я уже назывался, безмозглый вояка. Тебе бы следовало внимательно слушать того, от кого отныне напрямую зависят ваши убогие жизни.

А вот этого ему говорить не стоило: почти синхронно четверо мужчин достали свое оружие и наставили его на Сварана. Сил призвал из костюма гибкий меч, Хофу отрастил еще одну пару рук и встал в оборонительно-наступательную стойку, Х'асир прицелился, а Джийа создал пару кровавых зарядов. Однако незнакомец не испугался, а наоборот лишь ехидно улыбнулся, достав из ножен рапиру...и еще так тысячу подобных, угрожающе застывших над ним.

– Надо же, какие вы чувствительные, - оскалился Сваран.
– Чуть что не по вам, так сразу в обиды. Неудивительно, что вас выгнали из Культов, как позорных ша...ААА!!! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!

Пока Сваран разглагольствовал на тему оскорбленных и отверженных, Костя отчаянно боролся с рвотными позывами. Его вестибулярный аппарат не привык к таким "закидонам", а потому, только очутившись на свежем воздухе, незамедлительно подал одобряющий сигнал желудку. Тот, наплевав на этические, эстетические и моральные соображения, издал звук вулканического грома и освободил заключенных в себе недопереваренных пленников. Единственное, что мог сделать Костя, так это обезопасить своих товарищей, пробежав мимо них немного вперед и пустив извергающиеся потоки в другое направление, которое, по чудесному стечению обстоятельств, совпало с тем местом, где ораторствовал Сваран.

– Так и знал, что клубничка мне еще аукнется, - вытираясь, спокойно заметил Костя.

– Ты...
– самым уничижающим голосом промолвил Сваран, отстраняясь.
– Как ты посмел приблизиться ко мне?!

– Ой, прости, мужик. Это не я - меня подставили, - попытался оправдаться Костя, но тут к его горлу подлетело несколько рапир.
– Эй! На больных и пьяных никто не обижается! Подумаешь, испачкал слегка твои ботинки. Это ведь еще не повод записывать меня в заклятые враги.

Рапиры испарились. Как и тот, кто их призвал.

– Ошибаешься, Пришелец, - заговорил из ниоткуда Сваран, - у меня найдется достаточно оснований, дабы вынести тебе смертный приговор. Любимец Танцора. Тебя избрали только потому, что ты был рожден Избранным. И все в этом мире тебе дается слишком просто, без малейших усилий. Не постигнуть тебе той боли, тех страданий и унижений, которые пришлось испытать кому-то, не озаренному благодетельными лучами Бога.

С разных сторон из пола вырвались сотни шипастых кирпичных стен, которые меньше, чем за миг, врезались в потолок, создав из развлекательного этажа замка, непроходимый лабиринт, наводненный шныряющими тот тут, то там, молчаливыми клонами Сварана и чудовищными созданиями, глядящих на Д'аку голодными глазами. И вроде бы и так все обстоятельства сложились не в пользу Гилады - противник невидим, каждый отделен от другого высокой непреодолимой преградой, а кому-то еще и его одиночество скрашивали гигантские скорпионы (как в случае с Костей) и озверевшие демоны - но Сварану этого показалось мало. Дюжина лихих пиратов сделала чудаковатый жест, точно вытирая грязное пятно с незримой поверхности и... ничего. Костя облегченно вздохнул: очередных монстров не прибавилось, пол не обвалился, метеоритный дождь не пал на их головы; но тут с ужасом осознал, что не видит собственного тела. Ни рук, ни ног, ни костяных клинков (хотя он их сжимал с такой силой, что еще чуть-чуть, и у него от напряга пошла бы кровь). Полная дезориентация.

– А ну выходи, хитрый ублюдок, и сразись со мной как мужчина с мужчиной!
– где-то неподалеку заорал Х'асир.

Раздался выстрел. Из последующей череды нецензурной брани, которая поносила как самого Сварана, так и его предков, и предков их предков, и породившую их землю, и небо, и все-все-все на Самагре, что имело хоть какое-то отношение к нему, Костя догадался, что Х'асира ранили.

– Что это за способность такая?!
– воскликнул Джийа.

Юноша всячески старался отбиться от наступающего полчища муско. Но либо его заряды без конца мазали (ведь они тоже оказались невидимыми), либо существа, обитающие в лабиринте, обладали невероятным умением впитывать в себя все брошенные в них снаряды и заклинания. Муско медленно приближались: их клыкастые пасти были искривлены в злой ухмылке, а в черных глазах отражалось безрадостное будущее Д'аку - съеденный заживо. Последний шаг - и Джийа уже некуда отступать (если, конечно, он не планировал спиной насадиться на длинные металлические шипы) - он в смертельной ловушке. Однако Джийа не отчаивался. Наугад он создал тысячу зарядов (спасибо бесконечному голоду Протеи и бессоннице Мгогоро), которые тут же бросил от себя по всем частям света.

– Джийа! Хватит бить по своим! Я уже в третий раз себе плечо отращиваю!

Костю тоже задело. Хотя изначально он подумал, что это его ужалил скорпион: боль в ногах была настолько ужасной, что Костя тут же повалился на холодный пол в позе младенца, негромко постанывая.

Еще один выстрел: пуля пролетела совсем близко от Костиной головы - он даже ощутил легкий ветерок, колыхнувший его волосы.

– Ребята, послушайте!
– сказал Сил.
– Не обращайте на монстров внимания! Это все иллюзия - мы по-прежнему в Маг Мелле. Он хочет, чтобы мы перебили друг друга, пока сам прячется в надежном укрытии.

– Кто бы мог подумать, что среди таких отбросов есть толковый малый.

– Нашел!
– крикнул Сил и бросился на звук.

Ему не впервой было сражаться с невидимкой. Когда-то давно он уже разгадал эту загадку, с точностью определив слабое место противника. К тому же, окружающий лабиринт помог ему догадаться о нереальности происходящего: ни одна тварь не издала даже тихого шороха, земля не содрогалась от тяжелых шагов, а специфического перстного запаха, которым обычно за версту разило от муско, в воздухе не было и следа. А еще, Сил почти за три года существование в мире, лишенном лиц, научился абстрагироваться от внешних характеристик человека - для него главное крылось в мелочах: походке, особенностях речи, частоте дыхания. Поэтому он без труда определил, где все это время скрывался Сваран.

– Хофу - идите на мой голос, мне нужна ваша помощь. Джийа, сделай несколько шагов на север: на полу найдешь раненного тобой же Боунза, - командовал Сил.
– Х'асир, проползи немного вперед - наткнешься на них. Никого не забыл?

Костя почувствовал, как исцеляющая волна теплым потоком пронеслась по телу: хоть с Джийа они и не ладили, но когда дело касалось спасения товарища, лекарь быстро забывал все претензии и недовольства. Через минуту с его ног сбросились оковы боли - Боунз не без энтузиазма поднялся, готовый отомстить унизившему его Сварану.

Бранящейся (не самыми приличными словесными оборотами) гусеницей к ним подобрался Х'асир - Джийа помог и ему. Вместе они стояли в преддверии дальнейших приказов Сил (единственного из Д'аку, кто не растерялся в сложной ситуации). Откуда-то сверху до них доносились звуки клацающих мечей: кажется, Сил с Хофу успешно давали отпор неведомому иллюзионисту.

Неожиданно лабиринт и все его обитатели исчезли - Маг Мелл вновь окрасился уже знакомыми тонами помпезности и дорогих излишек культурного центра. Хотя, по мнению Кости, он стал чуть более контрастным, но он списал это на уставшие глаза и плохую зрительную память. Их взору предстала завораживающая сцена: Сваран пытался отбиться от противников и тем самым неизбежно загонял себя в угол. Ему приходилось уворачиваться сразу от двух стальных вихрей: змееподобного гибкого меча Сил, который размахивал им, словно гимнастка на показательных выступлениях, и четырехрукой машиной всеразрушения, имя которой было Хофу. Стоит отметить, что уклонялся Сваран от мастерских атак соперников с непринужденной грациозностью, которая была присуща той категории людей, которая любое дело могла превратить в танец. Он плавно кружился, точно в смертоносном вальсе, иногда отражая атаки, а иногда пропуская их через очередного двойника, которого создавал за миг до отступления.